НИЧЬЯ СИЛА
Шрифт:
На меня налетел потный мужик с чемоданами, извинился, пошел дальше. Я мимолетно отметил его знаком силы. Неинициированный Иной, Светлый, побаивается летать самолетами, благополучно долетел, расслабился, благодушен – и потому стал заметен.
Сейчас мне это было неинтересно.
Где ты. Костя?
Где ты. Высший вампир, никогда не убивавший.
Костя?
Я повернулся, будто меня окликнули. Уставился на дверь с табличкой “Служебный вход” и кодовым замком.
Никому не слышная мелодия звенела в шуме аэропорта.
Кажется, он меня зовет.
Кнопки
Я открыл дверь, оглянулся, кивнул Ласу и осторожно, чтобы не сработала защелка, притворил дверь.
Пустые, выкрашенные тоскливой зеленой краской коридоры. Я двинулся по коридору.
Мелодия крепла, петляла в воздухе, взмывала и падала. Будто затейливый перебор классической гитары – и тонкие ноты скрипки.
Вот это как – настоящий Зов вампира, нацеленный на тебя.,.
– Спешу, спешу, – пробормотал я, сворачивая к другой кодовой двери. Позади хлопнуло – это следом вошел Лас.
Новый замок, новый код. Шесть, три, восемь, один.
Я распахнул дверь – и оказался на взлетном поле. Медленно полз по бетону пузатый аэробус. Подальше, ревя турбинами, выруливала на старт “тушка”.
Метрах в пяти от двери стоял Костя. В руке он держал маленький аккуратный пластиковый дипломат – я понял, что там и лежит “Фуаран”. Рубашка на Косте была порвана – будто в какой-то миг внезапно стала слишком мала.
Похоже, выпрыгнув из поезда он вошел в трансформацию не до конца раздевшись.
– Привет, – сказал Костя.
Музыка исчезла, оборвалась на половине ноты. Я кивнул:
– Привет. Быстро ты долетел.
– Долетел? – Костя покачал головой. – Нет… летучей мышью на такие расстояния тяжело.
– И кем же ты обернулся? Волком?
Абсурдный в своей светскости разговор завершился совершенно нелепым ответом Кости:
– Зайцем. Огромным серым зайцем. Допрыгал помаленьку…
Я не удержался – хихикнул, представив себе исполинского зайца, бегущего по огородам, огромными прыжками форсирующего ручьи и перескакивающего через заборы. Костя развел руками:
– Ну… и впрямь смешно получилось. Ты как? Не слишком… я тебя? Зубы целы?
Я постарался улыбнуться как можно шире.
– Извини, – Костя казался на самом деле огорченным. – Это все от неожиданности. Как ты понял, что книга у меня? Коктейль?
– Да. Для заклятия нужна кровь двенадцати человек.
– Откуда ты узнал? – задумчиво спросил Костя. – Никаких данных по “Фуарану” нет… а, не важно. Я хочу с тобой поговорить, Антон.
– Я тоже, – согласился я. – Сдавайся. Ты еще можешь спасти свою жизнь.
– Я давно не-живой, – улыбнулся Костя. – Что, забыл?
– Ты понимаешь, о чем я.
– Антон, не лги. Ты же сам себе не веришь. Я убил четырех Инквизиторов!
– Трех, – поправил я. – Витезслава и двоих в поезде. Третий выжил.
– Велика разница, – Костя поморщился. – И одного никогда не прощали.
– Это особый случай, – сказал я. – Скажу честно. Высшие напуганы. Тебя уничтожат, но цена победы будет слишком высока. Высшие пойдут на переговоры.
Костя молчал, пристально
смотрел на меня.– Если ты вернешь “Фуаран”, если добровольно сдашься, то тебя не тронут, – продолжал я. – Ты же законопослушный. Это все книга, ты был в состоянии аффекта…
Костя покачал головой:
– Да не был я в состоянии аффекта. Эдгар не воспринял слова Витезслава всерьез. А я – поверил. Обернулся, долетел до избушки. Витезслав подвоха не ожидал… стал показывать книгу, объяснять. Я услышал про кровь двенадцати… и понял, что это мой шанс. Он даже не возражал против эксперимента. Наверное, хотел побыстрее убедиться, что книга настоящая. Только когда понял, что я стал сильнее… вот тогда напрягся. Но было уже поздно.
– Зачем? – спросил я. – Костя, это же безумие! Зачем тебе власть над миром?
Костя приподнял брови. Некоторое время смотрел на меня – потом засмеялся.
– Что ты, Антон! Какая власть? Ты не понимаешь!
– Я все понимаю, – упрямо сказал я. – Ты рвешься в Китай, верно? Миллиард магов под твоей властью?
– Идиоты, – тихо сказал Костя. – Вы все идиоты. Вы только об одном можете думать… власть и сила… Не нужна мне эта власть! Я – вампир! Понимаешь? Я изгой! Хуже любого Иного! Я не хочу быть самым сильным изгоем! Я хочу быть обычным! Я хочу стать как все!
– Но “Фуаран” не позволяет превратить Иного в человека… – пробормотал я.
Костя захихикал. Покачал головой:
– Ау! Антон, включи голову! Тебя накачали силой и отправили меня убивать, я знаю. Но ты вначале подумай, Антон! Пойми, чего я хочу!
Скрипнула дверь за спиной. Вышел Лас. Смущенно уставился на меня, потом покосился на Костю.
Костя покачал головой.
– Не вовремя? – оценив ситуацию, сказал Лас. – Извините, уже ухожу.,.
– Стой, – сухо произнес Костя. – Ты очень даже вовремя.
Лас застыл. Я не уловил приказа в голосе Кости, но он, похоже, был.
– Натурный эксперимент, – сказал Костя. – Гляди. как это делается…
Он сильно встряхнул дипломат, замки послушно открылись, чемоданчик раскрылся и из него тяжело, солидно вылетела книга.
“Фуаран”.
Переплет и впрямь был кожаный – серовато-желтый. И уголки заделаны медными треугольниками. А еще – затейливый замочек, не дающий книге раскрыться.
Костя поймал книгу одной рукой, с удивительной ловкостью раскрыл – будто не фолиантом в пару килограммов весом орудовал, а газету разворачивал. Выпустил дипломат, звонко скребнувший бетон.
– Здесь, в основном, всякая лирика, – ухмыльнулся Костя. – Хроника неудачных экспериментов. Рецепт в конце… он совсем простой.
Свободной рукой Костя достал из заднего кармана джинсов металлическую фляжку. Отвернул колпачок – и капнул прямо на раскрытую страницу.
Чего я жду?
Что он собирается сделать?
Все во мне сейчас кричало – атакуй! Пока он отвлекся – бей в полную силу!
Но я ждал, завороженный зрелищен.
Капля крови исчезала со страницы. Таяла, исходила бурым дымком. А книга… книга начала петь. Давящий звук., похожий на горловое пение – вроде и человеческий голос, и нет в нем ничего осмысленного.