Ничейные земли
Шрифт:
Взгляд алькальде похолодел.
– Они вполне серьезно предлагали убить всех женщин, детей и стариков, мол, они только балласт и бесполезный груз. Когда им отказали и в этом, начались ночные грабежи. Приходилось выставлять охрану у складов, к которым мародёры лезли как крысы. Они ушли из города в степь, прятались там в тайных схронах, совершали вылазки. Банд в тот период развелось в Васио... "Зеленые круги", "Желтые треугольники"... Каких только красивых названий они себе не придумывали...
– И что?
– жадно спросила Кейт.
– Что-что... Мародёрство - не выход, госпожа Фолиан. Ни для общества, ни для одного человека.
В противоречии со словами алькальде Льебре мимо них прошли трое мужчин. В зелёной полевой форме, кепках с козырьками. На плечах солдат - а как ещё можно назвать людей в форме и с оружием?
– висели автоматы. Пусть не современные "Эхе", а всего лишь тощие "Сандеры" конструкции семидесятилетней давности, но всё равно...
В тихом мирном городе вооруженные патрули не нужны.
– А это что за ребята, товарищ Льебре? Для чего они прогуливаются, если бандитов у вас нет?
– Видите ли, в чём дело, госпожа Фолиан...
– алькальде вздохнул, - банд у нас на самом деле нет. Все банды, которые нападают на города Васио, приходят из-за гор.
Алькальде кольнул Кейт острым взглядом:
– Это ВАШИ бандиты.
– А я думала, - ушла от скользкой темы Кейт, - что они обороняют город в случае нападения мутантов...
Товарищ Льебре расхохотался, искренне и весело:
– Ох, госпожа Фолиан, ведь вы же взрослый, образованный человек, а верите в сказки. Ну откуда у нас возьмутся мутанты? Или вы думаете, что зловещая радиация, которой у нас, кстати, нет, немедленно превратит всех зверей и птиц в кровожадных чудовищ? Госпожа Фолиан, я был лучшего мнения об уровне образования в современном Этерно...
Кейт замерла:
– Значит, - произнесла она мертвым голосом, - мутантов здесь нет?
– Могу вас...
– Тогда что ЭТО такое?
Алькальде повернулся. Из-за памятника выглядывало... Это животное походило бы на крупную свинью, не будь оно таким лохматым. И таким ярко-рыжим в черных пятнах.
Алькальде крякнул:
– Это ещё что такое?!
– А вы говорите, здесь нет мутантов, - Кейт на всякий случай спряталась за спину мужчины.
– Каких мутантов?! Это свинья с нашей фермы! Что она здесь делает?
Рыжее чудовище промолчало, а больше в окрестностях никого не было.
– Вы уверены, что это не мутант?
Кейт с подозрением посмотрела на свинью. Свинья посмотрела на Кейт.
– Конечно, нет. Обычная свинья.
– Тогда почему она такой странной расцветки? И лохматая?
– Просто порода такая.
– Что-то не слышала
я о такой породе.– Так её вывели только десять лет назад...
Кейт навела на свинью фотоаппарат и щёлкнула. Свинья подозрительно хрюкнула и потрусила вдоль по улице.
– Вот ты где!
– Со стороны, где якобы находились фермы, показался мальчишка с палкой. Свинья заполошно завизжала и рванула быстрее. Мальчишка погнался за ней.
Алькальде рассмеялся и махнул Кейт, приглашая её к стоящему неподалеку зданию, где, видимо, находилась его резиденция.
– А почему так мало людей на улице?
– Что делать людям на улице в рабочее время? Они работают, кто на заводе, кто на ферме, кто в мастерских...
Кейт остановилась:
– А это тогда кто?
На тротуаре лежал человек, наиболее полно отвечавший всем представлениям журналистки о Ничейных Землях: грязный, одетый в лохмотья, распространявший ароматы канализации и перегара. Человек спал.
– Это, - раздосадованный алькальде пнул грязнулю ногой, - наш слесарь. Который, - алькальде повысил голос, - после ремонта канализации никогда не переодевается, прежде чем напиться!
– Я не слесарь, - проворчал человек и укрылся рукавом, - я учитель...
– Учитель, учитель... Учителем ты был до того, как решил, что жизнь потеряла смысл и начал искать утешения в бутылках с ромом. Если бы я по старой памяти не пристроил тебя в слесари, так бы и сдох с голоду...
Кейт защёлкала, делая снимки:
– Вы несправедливы к нему. Люди с тонкой душевной организацией, такие, как учителя, поэты, художники, при крушении прежнего уклада могут сломаться...
– Другие же не сломались. Другие работают в школе, обучая детей... Или сменили профессию.
– Вам легко говорить. Вот вы сами кем были при партии?
– Учителем и был, - пожал плечами алькальде, - физику преподавал. Пойдёмте.
***
У дверей кабинета алькальде - фанерных, аккуратно выкрашенных бурой краской - сидел на стуле колоритный человек. Лет тридцати, высокий, с двумя пистолетами на поясе, в широкополой шляпе, надвинутой на глаза.
– Это, - представил человека алькальде, - товарищ Рок, альгуасил нашего города. Закон и порядок.
– Полицейский?
– прошептала Кейт, когда товарищ с мрачной фамилией коротко обсудил свои дела с алькальде и удалился.
– Можно сказать и так. Скорее, наш местный аналог шерифа времён Фронтира. Тогда, как вы помните, ситуация была похожа на нашу: множество небольших городков, разбросанных на значительном удалении друг от друга, центральная власть не имеет сил, чтобы навести там порядок, все носят оружие... И тем не менее, какой-никакой, а закон и порядок там был. И поддерживали его шерифы. Мы просто решили воспользоваться историческим опытом...
– А кто его сделал альгуасилом? Вы?
– Почему я? Его выбрали всеобщим голосованием. Нас тут всего около тысячи. Все друг друга знают.
– А судит кто? Он?
– Почему он? Судим всем городом.
– По закону силы?
– По уголовному кодексу. Госпожа Фолиан, у меня много дел. Чтобы бы вы хотели увидеть в нашем городе. Если крыс, то в школе в живом уголке, кажется, жили две...
– Разрешите мне просто погулять. Можно взглянуть на завод?
– Нет. Город, фермы, мастерские - пожалуйста. Завод, электростанция - нет.