Чтение онлайн

А там, где провалы - там и документационный бардак.

Экипаж корабля "Ниньё" собирался в конференц-зале через полтора часа, и у Боргера было время, чтобы забежать в свою комнату и еще раз все оглядеть.

Вещи он давно уже собрал. Точнее, он их собирал примерно раз в полгода, потом понимал, что его никуда не назначат - и разбирал. В последний раз - последние полгода назад -- Алан решил, что стоит брать дело в свои руки и начал планировать. Вещи так и остались лежать, утрамбованные в рюкзак с нашивками 812-ой полицейской станции.

Держа в руках рюкзак и обнимая его, как собственного ребенка, Алан мечтал, как рано или поздно он вернется домой, кинет обшарпанную

сумку на пол и будет небрежно рассказывать своему сыну, который к тому времени подрастет, откуда какие нашивки и заплатки. И медальки за выслугу лет и за героические облавы он будет носить не на груди, а на этом самом рюкзаке, который совсем скоро должен прийти в негодность от такого количества дырок и зацепок.

Его половина комнаты была почти пуста, если не считать свернутого матраса на койке, из которого неопрятно торчало покрывало и угол пледа. Сторона Фредерика же была завалена одеждой и еще каким-то ненужным мусором. Алан не сомневался, что если пороется здесь, то обязательно найдет что-то из своих вещей - но сейчас его это совершенно не волновало. Он вернется с этого задания совершенно другим Аланом Боргером и войдет в свою комнату уже иным человеком, который наверняка поразит соседа и бывшего напарника статью и выправкой.

Планшет пиликнул, предлагая Алану ознакомиться со списком дел, которые нужно сделать, чтобы не запалиться и самому не попасть под суд. Несколькими щелчками поставив галочки у уже выполненного, Алан наполнился чувством собственного превосходства. Он, даже не сверяясь со список дел, сделал почти все, что нужно.

– - Постой здесь, -- Боргер обратился к своему рюкзаку, заботливо прислоненному к дверце распахнутого шкафа. Этот праздничный день совершенно точно требовал парадного кителя.

Алан надел китель, который был ему немного узковат в плечах, прямо поверх форменного комбинезона, используемый и в быту, и во время отправлений в космос. Чуть-чуть отвернув манжеты, чтобы не казалось, что он надевает китель раз в год на день полицейского, Алан выпрямился и повертелся перед зеркалом.

Те, кто чаще бывает на парадах, чаще и обновляли свою парадную форму. Алану же не оставалось ничего, кроме как нацепить на себя китель, который он в последний раз (и первый, кстати) надевал на принесение присяги после академии. С тех пор он - слегка - располнел и - совсем чуть-чуть - вытянулся.

Но китель на нем все-таки застегнулся, и Алан испытал еще один приступ вселенской радости от всего, что происходило.

В зеркале он выглядел совсем прекрасно. Высокий, кареглазый, в парадной форме - ну чем не герой для полицейских хроник, которые потом передадут на главные телеканалы каждой планеты?

И совершенно непонятно, почему от него ушла жена. Но это и к лучшему! Глубоко семейных соискателей не то что в полицию, даже в Полицейскую академию не брали. Так что можно было только поблагодарить стерву, свалившую к маме на соседнюю планету вместе с годовалым сыном - за то, что самолично дала ему пинка по направлению к славе.

К славе оглушающей и неизбежной, как приземляющийся пассажирский корабль класса "Коста" (такие часто мелькали в полицейских сводках, потому что через раз то их захватывали террористы, то пытались перевезти на них запрещенные вещества).

Алан вышел из жилого отсека, еще раз (безо всякой нужды) сверился с картой станции и повернул к лифтам. Следом за ним набилась толпа странно поглядывающих полицейских: никто из них не был одет в парадную форму, не все даже застегивали свои комбинезоны или натягивали их на плечи.

Не обращая внимания на косые взгляды, Боргер выпрямил

плечи (но не очень сильно, потому что, в отличие от синтетических комбинезонов, натуральная ткань кителей имела привычку расходиться по швам) и вздернул нос с россыпью мелких и почти невидимых веснушек. Остальные ему, скорее всего, просто завидовали.

Спустившись ниже на три уровня (для тренировок, для отдыха и для руководства), Алан шагнул на ворсистый пол конференц-зального уровня. Он никогда не спускался так низко - ниже, чем тренировочные залы и уровни с магазинами и бассейном (нет, на тренировках он бывал редко, доставая оружие из парадной кобуры только на учениях, но чаще всего спуститься в магазины было проще обходным путем), предназначенными для отдыха в свободное от работы время.

Под конференц-залами находились только склады и ангары с прямым выходом к кораблям. Корабли были так близко, что Алана пробрала дрожь. Совсем скоро он окажется в навигаторской рубке неподалеку от капитанского мостика, взглянет на космические карты и безошибочно проложит самый короткий путь до указанного места.

Для экипажа корабля "Ниньё" отвели самый маленький конференц-зал Z-5, добраться до которого было задачей, посильной только - кому?
– превосходному навигатору. Но все-таки Боргер немного заплутал, с непринужденным видом прогулявшись по запутанным коридорам пятого уровня северного корпуса корабля.

Время начало поджимать, и Алан прибавил ходу - опаздывать на самое первое полевое задание было никак нельзя. В комнату Z-5 он влетел на полном ходу, немедленно извинился и вытянулся по струнке, обращаясь к пустому столу. Все кресла были аккуратно задвинуты, планшеты в столах отключены, мониторы на стенах подняты к потолку.

Боргер занервничал. Неужели он опоздал? Нет, время правильное... а вдруг на его планшете выставлено неправильное время? Не могут же все и сразу так сильно (уже на три минуты!) опаздывать на задание?

Алан покружил вокруг стола и обессиленно опустился на крайний стул. Кажется, он совершенно безвозвратно опоздал.

Дверь конференц-зала, успевшая захлопнуться за Аланом, медленно поползла вбок. Алан замер, ожидая увидеть в дверном проеме кого угодно из команды - он знал их всех по имени и в лицо, и непременно бы узнал каждого, увидев сейчас.

Но никто не вошел. Вместо этого небольшой зал наполнился густым и едким ароматом перегара. Алан, и сам не дурак порой выпить, почувствовал, как запах забивается в ноздри и до слез щиплет глаза.

У Боргера могли быть сомнения, но сейчас он, кажется, мог сыграть в гадалку и предсказать, кто стоит за дверью.

Вопреки его ожиданиям, в зал вошла молодая женщина с рыжими вьющимися волосами, убранными на затылок. Удивленные глаза с огромными зрачками и светло-серыми радужками, делающие ее похожей на местную сумасшедшую, пробурили в Алане дыру. Ничего не сказав, лейтенант Никки Райт - не замужем, детей не имеет - устроилась на стуле, с таким же шизоидным интересом, с каким до того смотрела на Боргера, уставившись на дверь.

В дверном проеме появился молодой человек, чьи глаза очень сильно блестели. Новая медицинская разработка, позволяющая узнавать о состоянии человека раньше, чем тот хотя бы рот откроет. Полезная штука на службе, но только не в руках - глазах - человека, который о медицине знает не очень много.

– Лейтенант, - сержант Артур Филлипс - не женат, двое братьев, золотой диплом психолога - серьезно кивнул Райт. Та отсалютовала двумя пальцами. Взгляд Филлипса скользнул по Алану, и психолог неодобрительно покачал головой, после чего сел рядом с Никки.