Чтение онлайн

К Джеку Китти вернулась с тяжелым сердцем. Когда она открыла дверь, брат посмотрел мимо нее, явно рассчитывая увидеть за ее спиной Хлою.

— Ее там нет, — сказала Китти.

Джек молниеносно вскочил на ноги и выскочил за дверь. Он не побежал вниз по лестнице, но все же шел так быстро, что Китти с трудом поспевала за ним. Ни в таверне, ни в прилегающем к ней дворике Хлои не оказалось. Не было в поле зрения и других Прибывших.

Выйдя из «Промоины», Джек остановился и огляделся по сторонам. Здесь не оказалось вообще ни души. На лице у него не было гнева, только тревога, и Китти очень надеялась, что Хлоя не попала где-нибудь в неприятности. В городе ей грозило меньше опасностей, чем в пустыне. Большинство пустоземцев не стало бы связываться с кем-либо из Прибывших, но ведь Хлою еще никто не знал. Ее могли принять за обычную обитательницу

Джек зашагал вперед. Китти шла за ним, опустив правую руку, на тот случай, если потребуется быстро выхватить оружие. Ее тревожила мысль о том, что они могут встретиться с другими монахами или с кем-то из людей Аджани, а подкрепления могло и не оказаться. Эдгар сидел с Фрэнсисом; Мелоди и Гектор шлялись неизвестно где. Обычно Китти не слишком волновалась, если с ней был Джек, но, учитывая возможные опасности, яд, ослепивший Фрэнсиса, и необычное для Джека возбужденное состояние, она не отказалась бы от поддержки. Увы, товарищей не было поблизости, но все же она могла кое-кого позвать на помощь.

— Гаруда!

Китти мысленно ощутила, что дверь, за которой находился Гаруда, открылась. Кровосос деликатно держал ее прикрытой, но Китти подозревала, что благодаря разговорам с нею и ее признанию Джеку у старого кровососа изрядно полегчало на душе или что там у него было. Прежде, когда она принимала веррот, он был для нее лишь досадной помехой.

— Кто-нибудь еще пострадал? — Гаруда менее тщательно, чем обычно, следил за своим голосом, и Китти уловила в нем тревогу. — Это не Джексон и не твой мужчина, да?

— Нет. — Она невольно улыбнулась и добавила: — Может быть, это я?

Гаруда выразительно цыкнул на нее.

— Нет, с тобой ничего не случилось. Иначе я уже знал бы об этом.

Китти на всякий случай запомнила эту реплику и объяснила:

— Хлоя пропала. Может быть, кто-нибудь из твоего клана видел ее?

— Нет, — ответил Гаруда после секундной паузы. — Они уже отправились на поиски.

Китти, дожидаясь новых сведений, шла дальше рядом с Джеком. Они поравнялись с одним из публичных домов, которые здесь никогда не закрывались. Несмотря на ранее время, когда работы у ее обитательниц еще не предвиделось, девушки все равно торчали на балконе и выглядывали в окна, готовые облегчить потенциальных клиентов особого пола от части содержимого их кошельков. Китти не считала их занятие чем-то из ряда вон выходящим, но ей не нравилось, что многие из Прибывших охотно соглашались на него. Пустоземцы неохотно вступали в любовные отношения и тем более в брак с Прибывшими, но охотно платили за секс с ними. При виде такого отношения к себе Китти исходила пеной от злости; именно поэтому Джек требовал, чтобы Прибывшие не пользовались даровыми услугами проституток, даже если те предлагали, и не позволял никому из своей команды подрабатывать в публичных домах. Человеку, попавшему в их отряд, не следовало торговать своим телом, а те, кому требовались развлечения и удобства, которых не имелось в лагере, должны были платить за них наравне с местными жителями.

Конечно, благодаря стараниям Джека добиться того, чтобы к Прибывшим относились так же, как и к пустоземцам, девки из публичного дома рассматривали его как самого желанного клиента.

— Джек! Джек! — окликнули его с балкона. Он вежливо склонил голову в ответ.

Китти сурово взглянула на них, но они лишь размахивали руками и смеялись.

— Если ты ищешь свою новую девицу, то она ушла с Дэниелом, — сообщила одна из девушек.

— Добровольно? — Джек сразу же напрягся.

— Похоже на то.

Китти услышала, как Гаруда беззвучно подтвердил эти слова.

— Гаруда говорит, что это правда, — шепнула она Джеку.

Джек ничего не ответил, но его лицо перекосилось от гнева. Хлоя каким-то образом, словами ли, поступками ли, привлекла к себе внимание Джека, как никому прежде не удавалось, и теперь Китти готова была убить ее за это. Джек был цельной натурой, единственной опорой, позволявшей им всем сохранять здравый рассудок в этом безумном мире. Он был островом стабильности в океане хаоса, и из-за того, что Хлоя причинила ему боль, Китти сама чувствовала себя так, будто ее предали, и была очень встревожена.

— С

— Пожалуйста, не надо меня сейчас успокаивать, — взмолилась она. — Придумай, чем вылечить Фрэнсиса. А с Джеком я управлюсь.

Едва Гаруда укрылся за свою дверь, как через перила перегнулась, демонстрируя внушительное содержимое глубокого декольте, еще одна женщина.

— Джексон, я могла бы поправить твое настроение.

— В другой раз. — Джек взглянул в сторону местной резиденции Аджани.

— Джек! — Китти взяла брата за локоть. Он оглянулся на нее. — Может быть, Дэниел увел ее не…

— Кэтрин… — начал Джек назидательным тоном.

Но Китти была не в том настроении, чтобы уступить перед его наигранным высокомерием. Она резко вскинула руку.

— Если Дэниел повел ее к Аджани, что вполне может быть, — она сделает выбор. Но мы ведь даже не знаем, туда ли она пошла. Дэниелу она просто могла показаться… — Она осеклась: вряд ли ее брату было бы приятно услышать, что женщина, согревавшая его постель, могла найти более приятным общество Дэниела. Поэтому она закончила расплывчато: — Что бы она ни решила, твоей вины в этом не будет.

В глазах ее брата отразилась такая же боль, какую она увидела в них в тот день, когда Мэри так и не воскресла, и Китти решила, что, если Хлоя решит примкнуть к Аджани, она непременно всадит в нее пулю при первой же встрече. Проклятье, ее нужно будет застрелить и если она станет любовницей Дэниела. Да ни одна женщина, достойная называться этим словом, не станет работать на Аджани или спать с Дэниелом, если на нее положил глаз Джексон. Правда, могло на первый взгляд показаться смешным, что он форменным образом влюбился после нескольких разговоров и пары стычек с врагами, но чем дольше Китти вглядывалось в его лицо, тем яснее становилось, что так оно и есть.

— Мы должны заняться Фрэнсисом. — Китти почувствовала острый укол совести из-за того, что пользуется бедой Фрэнсиса, чтобы отвлечь брата от его забот, но она не смогла придумать ничего другого.

Джек промолчал.

— Прошу тебя! Если ты ворвешься в его дом, он сможет ворваться к нам, — добавила Китти. — У него появится право ловить меня.

Брат повернулся к ней.

— Я никогда не допущу, чтобы тебе грозила опасность.

— Тогда давай вернемся, — попросила Китти.

Он кивнул. Много лет назад Джек и Аджани заключили джентльменское соглашение о том, как обходиться с Прибывшими. Оно не было столь скрупулезным, как выдержанный до мельчайших подробностей этикет кровососов, но уступало ему немногим. В отличие от большинства Прибывших, родившихся в более поздние годы, Джек был из той эпохи, когда слово мужчины что-то значило. Аджани был… впрочем, никто доподлинно не знал, кто он такой и откуда взялся, но, независимо от его биографии, он тоже соблюдал соглашение. Пусть Аджани и не рассказывал никому о своем жизненном пути, но, как и Джек, держал свое слово. Если Хлоя по своей воле оказалась в одном из домов Аджани, Джек не мог поделать ровным счетом ничего; в ином случае то же самое было бы справедливо для противоположной стороны.

Постояв еще несколько секунд и, видимо, стараясь овладеть собой, Джек повернулся и зашагал обратно к «Промоине».

— Скажи Эдгару, что мы с тобой пойдем в лагерь за верротом. И передай Гаруде, что нам нужно увидеться в пустыне.

Джек решительно шагал к «Промоине», чтобы собрать все необходимое для похода на встречу с Гарудой. Только что, стоя посреди улицы рядом с сестрой, он всерьез подумывал о том, чтобы послать к чертям все порядки — ради женщины, которую впервые увидел несколько дней назад. Это было совершенно нелогично. Существовали правила, которые он соблюдал более двух десятков лет, и нарушить их значило навсегда послать псу под хвост всю безопасность. Аджани не связывался с Прибывшими, которые оставались с Джеком, ну а если они уходили к Аджани, то не вмешивался уже Джек. Они договорились, что не будут прибегать к силе или угрозам. Честно говоря, эти правила были полезнее Джеку, чем Аджани. Если бы не существовавшее между ними джентльменское соглашение, Аджани мог бы попытаться захватить Кэтрин силой. Но и при нынешних обстоятельствах Джек и Эдгар делали все возможное, чтобы Кэтрин не отлучалась сама по себе.