Чтение онлайн

— Тшшш, дорогая. Тебе нужно ко мне привыкнуть.

Желание уколоть его сменяет боль и тревогу, и я огрызаюсь:

— Откуда тебе знать? — Было ли у него много девственниц за эти годы? — Ты что, эксперт в этом вопросе?

Мои ногти впиваются в его плечи, чтобы удержать меня от искушения содрать это самодовольное выражение с его лица.

— Я эксперт, когда дело касается тебя. — Он слегка сдвигается, и мое лоно сжимается, легкое щекотание закручивается глубоко внутри. Он сильно разминает мое бедро, и этот контакт посылает электрические разряды по всему телу. Страсть усиливается, заставляя боль и скованность наконец отступить. — Спрячь

Томление подстегивает меня. Чем дольше он остается неподвижным, тем сильнее пульсация его плоти заставляет меня сжиматься вокруг него. Наконец он медленно подается назад, позволяя мне почувствовать всю его длину, и толкается снова. На этот раз его толчки глубже, и сладкое наслаждение накрывает меня вместо ожидаемой боли. Оно обрушивается каскадом. Дыхание ускоряется, я переплетаю пальцы в его волосах, притягивая его к себе для поцелуя.

— Так ведь лучше, правда, дорогая? — Он облизывает мои губы, прежде чем поглотить мои стоны и начать по-настоящему вбиваться в меня.

Наши тела покрыты потом. Наши запахи смешиваются с его жесткими толчками, усиливая сладкую энергию, расцветающую во мне. Она растет еще быстрее, когда он меняет темп.

Один. Два. Еще три мощных толчка, пока мое лоно не сжимается в диком спазме вокруг него. Я вскрываюсь в крике, радостные волны обрушиваются на меня снова и снова, пока он продолжает владеть моим телом и душой, доведя меня до полного изнеможения.

Прижав голову к подушке, я тяжело дышу и кладу руки на его натянутый живот, скользя ими по блестящей коже. Он толкается во мне еще несколько раз, великолепный в своем вожделении, прежде чем издать глухой рык и излиться внутрь презерватива.

Он опускается на меня, и я полностью обвиваю его руками и ногами, сцепляя наши липкие тела вместе. Я никогда не хочу его отпускать.

Он поднимает голову, и мое сердце теплеет при виде того, как его губы трогает легкая улыбка.

— Каков теперь вердикт, дорогая? Все еще предпочитаешь прелюдию?

Я фыркаю от напускного изнеможения и сглатываю. От этого движения его член погружается в меня еще глубже, и отголоски прежнего блаженства снова проносятся сквозь тело.

— Думаю, мне нужно провести еще несколько экспериментов, прежде чем выносить окончательный вердикт по данному вопросу.

Он смеется перед тем, как поцеловать меня. Дождь стучит по крыше, укрывая нас от внешнего мира, и в этот момент я впервые по-настоящему счастлива.

Я понятия не имею, что принесет завтрашний день, но в одном я уверена железно: я никогда не пожалею об этом, когда все неизбежно закончится.

Моя невинная жена больше не так невинна, потому что она отдала себя мне.

Мне было бы все равно, будь у нее бесчисленное множество мужчин до меня, но мысль о том, что я единственный, кто владеет ею, взывает к темной и первобытной стороне меня, которая желает получить все ее первые разы. Только для меня.

Я все еще вижу следы ее крови на себе, и собственничество скребет меня изнутри, жаждя запереть ее здесь, чтобы ничто и никто не мог ее коснуться.

Диана моя.

И пусть удача будет на ее стороне, как только она узнает, что это влечет за собой на самом деле.

Морось, стучащая по крыше, нарушает мой сон, поэтому я переворачиваюсь на бок и резко открываю глаза, но тут же снова зажмуриваюсь, когда солнце, льющееся сквозь открытые жалюзи, ослепляет меня.

Поморщившись, я прикрываю глаза ладонью и привыкаю к свету, качая головой. Похоже, несмотря на дождь, солнце все же завоевало право осветить все вокруг. Ночных темных туч нигде не видно.

Взглянув на прикроватные часы и поняв, что уже десять, я сажусь в постели, но тут же стону, когда мое ноющее тело протестует во всех непривычных местах.

— Боже мой. Что вообще произошло? — бормочу я, потягивая руки над головой, и в этот момент обжигающий румянец проносится по моим венам, когда воспоминания о прошлой ночи проносятся в голове, обреченные вечно искушать всю мою решимость.

Орион играл моим телом, как своим самым любимым инструментом, и пробудил потребности, которые спали внутри меня, но теперь я не уверена, что смогу выжить без них.

Когда человек всю жизнь обделен элементарными человеческими прикосновениями… трудно снова вернуться к холоду, как только он их получает.

Особенно после прошлой ночи, когда показалось, что мой муж наконец перестал быть чужаком и открылся мне так, как я не ожидала, от чего он стал привлекать меня еще сильнее.

После нашего первого раза он приготовил для нас ванну, и мы провели там часы, прежде чем он решил побаловать себя вторым раундом. Мои щеки горят при этом воспоминании.

Он скользит губами вверх к моему плечу, укрывая мое тело со спины, и целует мою шею, облизывая мою чувствительную кожу и посылая приятные ощущения по всему телу. Мои ногти впиваются в матрас, сжимая простыни в кулаках.

— Ты прекрасна, — шепчет он, пока его руки скользят вверх по моим бокам и сжимают бедра, прежде чем сильнее прижаться к моему телу, что заставляет меня шумно выдохнуть. — И ты моя. — Он сильно впивается ртом в мою плоть, и это жжение передается моим нервным окончаниям, разжигая огонь внизу живота, который может унять только его прикосновение. — Любой, кто посмеет отнять тебя у меня — покойник.

Прежде чем я успеваю отреагировать на его слова, он переворачивает меня на спину, устраиваясь между моих бедер. Его рот накрывает мой, заключая нас в обжигающий поцелуй, пока он резко входит в меня.

Мой телефон громко звонит в этой тишине, и, прикрывая пылающие щеки, я делаю глубокие вздохи и пытаюсь сосредоточиться на чем угодно, кроме эмоций, обрушивающихся на меня со всех сторон.

Я и представить себе не могла, что мужское собственничество может быть чем-то, чего будет жаждать моя застенчивая натура, но это вызывает зависимость — знать, что такой сильный и красивый мужчина одержим мной.

Той, которая никому не была нужна, даже собственному отцу.

Психологи сказали бы, что опасно привязываться к первому мужчине, который проявляет к тебе внимание, так как он может легко манипулировать тобой, чтобы ты жила той жизнью, которую хочет он. Вот только прямо в этот момент мне, кажется, плевать.