Невозвращенцы
Шрифт:
Бандиты не смогли оказать княжеским дружинникам достойного сопротивления. Слишком неожиданно все началось, да и специализация немного разная — засада и прямое столкновение. Стрелка зарубили после первого же выстрела, остальных просто вырубили. Только главарь еще оборонялся, прижавшись спиной к телеге. И то, не из-за каких-то особых воинских навыков, а только потому, что взять его хотели живьем. А тот, понятное дело этого совсем не хотел, а зарезаться — духу не хватало.
— Ну, подходите, п…ры! Ща я вас опущу! Ну!.. соси!..!..!
Ярослав дернулся. Знакомого родного мата он не слышал уже лет пять. Наличие огнестрельного оружия и так ясно доказывало,
Волхв присмотрелся к атаману. Что-то знакомое было в этом мужике. Ярослав мысленно убрал с лица атамана неряшливую, давно не стриженную бороду, убрал шрам через все лицо и с удивлением, переходящим в мрачное удовольствие, присвистнул. Легкий жест рукой, и дружинники расступаются. Волхв захотел поединка, а поединок — дело святое. Да и интересно же, какой прием посмотреть…
— Ба! Кого я вижу! Витенька! Ты ли это? Сколько лет, сколько зим! Как твои дела? — вытащив саблю, воин, бывший когда-то давно солдатом первого полка, окликнул своего собрата из второго.
— Че, ты кто? Откуда по-нашему базаришь?
— Не узнал? Это хорошо. Значит, долго жить буду!
— Б…! Я тебя помню! Ты тот сученок, что мне руку прострелил!
— Вот! Видишь. А я вот тебя сразу узнал. Понял намек?
— Че, п. к, перековался? Теперь своих режешь? С этими дикарями? Не по понятиям это…
— А ты зачем столько крови пролил? Неужели не мог грабить не так жестоко? Тебя когда Боги спроят за это, что ты ответишь?
— Да мне п…й! И на тебя, и на Богов твоих, и на прочую х. ню!
— П. й? Ну как скажешь!
Витя оказался никудышным фехтовальщиком. Даже будучи всего лишь дитем Перуна, волхв легко блокировал все его атаки. Даже странно, что с ним не могли справится дружинники князя. Пара подленьких приемов были легко разгаданы и парированы, а еще один, метательный нож, из-за резкого движения противника ударился в Ярослава «пяткой». Впрочем, затягивать бой тоже не имело совершенно никакого резона — это же не воин какой знаменитый, у которого можно поучиться, и не мастер былинный. Просто охмелевший от крови зверь в человеческом обличие.
Бой был закончен строго по науке. Резкий срыв дистанции. Обманный замах. Мгновенный разрыв дистанции от контратаки и тут же обратно, пока Виктор завис провалившись в ударе вперед. Удар по руке — обшитые кусками кольчуги перчатки сохранили врагу руку, но богато изукрашенный меч падает на землю, что, в принципе, уже не важно. Взмах, и только жутким усилием Ярослав смог довернуть руку, чтобы сабля ударила врага плашмя. Надо было кое-что узнать, да и легкая смерть — подарок не для бывшего однополчанина. Отвесив напоследок Виктору, как он и просил, смачного пинка по яйцам, волхв закончил поединок.
Бой закончился. На ошеломленного, полусогнутого от боли в паху, атамана набросились дружинники и быстро связали. Впрочем, при деле были все. Кто-то бинтовал раны друзьям, кто-то пара с горестью приводила в божеский вид единственного убитого — секира татя снесла ему полчерепа. Однако большинство занималось самым что и на есть приятнейшим делом — потрошила добро бандитов. Ведь по росской правде, все добро это теперь принадлежало тем, кто его отбил у татей. А еще часть воинов вырубала в лесу толстые колья. Для пленников…
Ярослав тем временем уже успел посмотреть через Правь на захваченных в плен. О чем пожалел — еще никогда ему так не было гадко.
Души у этих людишек были омерзительного, серовато-желтого, гнойного цвета, в которых как куски говна плавали коричневые мыслишки. Человеку с такой душей Ярослав не поверил бы даже в ответе на вопрос, какого цвета снег.— … Еле сбежал от ромеев, всех там бросив. Потом немного поохотился около Прибытка. Понял — не мое это дело, шкурки бить. — Виктор отвечал как сомнамбула. Равнодушное отупение от страха за свою судьбу и сильная боль в отбитых тестикулах, сделала его очень покладистым. Костерок дружинники, чтобы железо калить, точно развели зря. — Решил вот банду сколотить. Сначала из наших. Потом, когда мало осталось патронов, и наши стали в боях быстро гибнуть, меня вон видишь тоже как-то зацепило, прибавились местные. Вот тогда и стал…
Слушать эту исповедь Ярославу было… ну совершенно равнодушно. Просто — никак. Он уже приговорил Виктора, который и по старым то законам был желанным клиентом любого суда, то что уж говорить про местный?
Планы дальнейшей дороги претерпели серьезные изменения. Командир дружины чуть ли не силой потащил Ярослава к своему князю. Зачем он там нужен, волхв так и не понял, но так как, опять же, ему было все равно куда идти, он согласился. Оставив Иву в ближайшей богатой деревне, щедро одарив на прощанье из трофеев, отряд насколько мог спеша, отправился дальше. Пришлось по дороге заехать к местному князю. Приняв богатые подарки (а зачем лишний раз давать повод для ссоры), тот только крякнул от досады, что упустил такой большой куш.
…В тот день, у дороги на месте боя, на толстых, заботливо затупленных кольях, остались висеть двенадцать живых тел. Времени, чтобы прочувствовать свое плохое поведение, им было оставлено предостаточно…
Глава 63
— Чай не родич я тебе? — Удивился князь Володимир.
— Да кого ты, худородный, в братья зовешь! А даже и родич если, то тем более! Отдай!
— Но как же…
— Сам посуди! Зачем тебе тот лесок? Да и деревеньки те совсем у тебя обезлюдели!
— Тридцать крепких дворов, это что, по-твоему, обезлюдели?
— И еще, не забывай. Ты всю свою дружину, — на этом месте князь Ростислав немного поморщился, но все же продолжил, — положил в том походе на север. А я ведь тебя предупреждал! И прибытка ты особого не получил, и воев своих потерял…
— То ради Роси нашей! И не тебе, отсидевшемуся за чужими спинами, меня попрекать!
Ростислав побагровел. Правда, она действительно глаза колет.
— Как бы там не было, — зло прошипел князь, — дружина твоя новая, Володимир, не чета моей. А посему, — теперь князь уже ревел, — Отдай то что мое по праву! — и снова спокойным голосом, почти шепотом, проникновенно: — Не доводи до греха, сосед. Говорю тебе последний раз: отдай добром, иначе отберу силой! Не на твоей стороне она…
— Но кроме силы есть и Правда! — раздался от двери звонкий голос.
Князья настолько были сосредоточены на споре, переходящем в безобразную свару, что даже не заметили, как открылась входная дверь, и в горнице появились новые действующие лица.
— А это что за холопы? Ас! Карим! А ну-ка выкиньте их отсюда! Да и плетьми угостите, чтоб не жаловались на плохой прием!
— Кажется, мы не совсем вовремя… — неуверенно начал хорошо и богато вооруженный воин, явно командир дружины, но второй его тут же перебил.