Невинная для нахала
Шрифт:
«С этого дня его нет для меня! Забуду мерзавца!» — утыкаюсь лицом в подушку и реву. Сердце сжимается от боли. После него я больше никогда никому не смогу доверять. Дядя был прав. Слова ничего не значат.
Зачем придумали любовь? Это чувство причиняет безумную боль. Никак не получается взять себя в руки, слёзы текут ручьями.
«Ненавижу его!»
Не зря говорят что, одним словом можно убить все чувства и даже самую сильную любовь. Он не просто нахал, а редкостный лицемер. А я глупая, влюбилась. Нашла, кому верить. Пусть мне это уроком будет на всю оставшуюся жизнь.
Раздаётся мелодия
— Привет подруга, — радостно звучит в трубке ее голос.
— Привет, — отвечаю, пытаясь говорить бодро, чтобы она не поняла, как мне плохо.
— Мы с Антоном сегодня хотим снова пойти на пляж, ты с нами? Антон свою сестру возьмет, будет весело, — с оптимизмом произносит подруга.
— Хорошо, я за. Во сколько? Где встретимся? — настроения идти нет, но и хоронить себя в четырех стенах не стоит, а то с ума можно сойти.
— Антону скажу, чтобы заехали за тобой. Кстати, он расспрашивал о тебе, — понижает она голос до шепота, пытается сделать из этого интригу, но я пропускаю ее слова мимо ушей. — Как и в прошлый раз, мы подъедем в три к дому твоего дяди. — Лена делает вид, что не заметила отсутствие отклика на ее заявление. — Поймёшь, когда подъедем. Думаю, несложно будет догадаться, что это мы, — шутит она.
— Хорошо. В три, буду ждать.
— Тогда пока.
— Пока.
Короткое общение с Ленкой отвлекло меня немного. Не хочу больше возвращаться в то состояние, в котором я была до её звонка. Мне надо собраться. Он, небось, веселится по пути в Москву с этой девкой, а я тут убиваюсь, дура. Подхожу к комоду с зеркалом, достаю из кармана платок и жестко утираю слёзы. Сейчас приложу лед к опухшим векам, и никто не догадается, что я плакала.
Хватит с меня боли. Он не заслуживает ни одной моей слезы. С этого момента сотру его из своей памяти так же, как номер его мобильного телефона.
В конце концов, я знаю себе цену. Это он должен рыдать, а не я. Пусть, что хочет теперь делает со своей пиявкой. Его больше нет в моей жизни!
Смотрю на своё отражение в зеркале, вижу жалкую девушку. Остается злиться на себя. Я чуть не доверилась этому уверенному в себе цинику.
«Прежней Ани Викторовны, больше не будет. В душу никогда и никого больше не пущу. Слышать не хочу о любви и всей связанной с ней чепухе! Надо любить и уважать себя, а не стелиться перед всякими ловеласами!» — мысленно успокаиваю себя.
Посмотрела на часы, время одиннадцать. После пережитого потрясения захотелось прилечь, расслабиться, немного прийти в себя. Надеюсь, посплю часок. Но сначала принесу из холодильника лед.
Крадучись спускаюсь на кухню. Быстро достаю кубики льда, и пока не попалась на глаза никому, спешу вернуться в свою спальню. Кладу на прикрытые веки лед.
Лед и сон должны помочь, иначе Ленка с Антоном поймут, что я ревела. Объясняйся потом, выдумывай: лук резала или соринка в глаз попала. Да судя по припухлостям, там как минимум нашествие мошкары было.
Когда истратила весь лед, легла удобно на правый бок, свернувшись, накрыла себя пледом.
Гоню от себя воспоминания, а они все лезут и лезут! Непроизвольно всплывают в память все моменты нашего с ним знакомства. Отгоняю прочь эти мысли. Пытаюсь
лёжа медитировать, спокойным голосом говорю себе мысленно: «Дыши ровно, расслабь мозг, отпусти всё, ничего не было, всё хорошо». Вроде получается отвлечься.Чувствую, как мои лёгкие начинают максимально наполняться кислородом, дыхание становится ровным, мозг освобождается от ненужных мыслей. Отключаюсь.
*****
Подскакиваю от мощного гудка. Этот резкий звук доносится через открытое окно еще раз. Моё сердце чуть не выскочило из груди! Да кто же так будит? Можно и от разрыва сердца скончаться! Выглядывать из окна не вижу смысла. И так понятно, что это Антон с Леной приехали за мной. Вряд ли тут в Сочи есть еще один такой экземпляр — любитель кошмарного сигнала.
Терпеть не могу в спешке одеваться, но и ждать друзей заставлять не хочу.
«Сначала уснуть не могла, в итоге уснула как мёртвая»
Забегаю в ванную, умываюсь за тридцать секунд и бегом обратно. В спешке расчёсываю волосы. Оставила их распущенными, чтобы не терять времени. Присев на кровать, достаю сланцы и быстро обуваюсь. На ходу закидываю в сумку бикини. На лестнице вспоминаю, что забыла телефон, возвращаюсь бегом обратно.
Хватаю мобильник с тумбочки, засовываю его в задний карман шорт.
— Ань, ты что так долго? — спрашивает Антон, когда закрыв калитку я подхожу к его машине.
— Потому что меня контузило от гудка твоего автомобиля. Полчаса в себя приходила. Сам виноват, — незлобно огрызаюсь я.
Лена, как и в прошлый раз, сидит на переднем сиденье, справа от Антона. Оба ржут, не ожидали такого ответа от меня. Открываю правую заднюю дверь, сажусь в машину и оказываюсь рядом с незнакомой девушкой.
— Меня Нина зовут, я родная сестра Антона, — протягивает она мне ладонь, которую я по инерции пожимаю.
— Аня, — отвечаю на ее приветливую улыбку улыбкой.
— Мы всей семьёй просим брата, чтобы он поменял сигнальное устройство своего BMW на нормальный гудок. Папа даже обвиняет Антона в смерти нашего деда. Часто шутит над братом, говорит: «если бы не твой убойный сигнал дед ещё был бы жил».
Всей компанией смеёмся над словами Нины. Позитивный настрой друзей заряжает и меня хорошим настроением. Впервые за этот день, от души смеюсь. Антон заводит свою машину и мы едем отдыхать.
Глава 27
Макс
Столько часов за рулем, практически без отдыха вымотают кого угодно. Еще и Алена всю дорогу раздражала. Ее заигрывания оборвал сразу, но разве «истинную» женщину это остановит?
Открыто лезть она перестала. Но всю дорогу я мысленно просил у бога терпения не реагировать на нее. То ей жарко в тонком топе и его нужно снять.
Можно подумать кондиционер в мерседесе не работает!
То ей холодно.
— Макс, не будь букой согрей, я замерзла, — прижималась она ко мне, отвлекая от дороги.
— Топ надень, согреешься, — не очень любезно отодвинул ее от себя.
— Я не надену на себя потную вещь! — возмутилась мажорка.
— Не стоило ее снимать, — сделал музыку в салоне громче, чтобы ее не слушать, но намек Алена не поняла.
— Все вещи в чемодане, что мне надеть? — убавляя звук, попробовала она настоять на своем.