Невеста для дофина
Шрифт:
— Минутку.
Дверь сзади снова зашуршала. Неужели кто-то ушел? Но кто? Обдумать не успела, так как месье де Армарьяк развязал ленту и снял ее. Оглянулась и едва не ахнула. Мы около самого гобелена. С интересом еще раз окинула его взглядом. Почему месье Гастону так не понравилось, что я его упомянула? Сдается мне, место нашей встречи выбрано не случайно, но чем примечательно это полотно? Похоже, мне предстоит поломать голову над этой загадкой.
Около окна стоял круглый стол, за которым с легкостью бы уместилась вся наша компания. Пажи уже перестелили кружевную скатерть и теперь раскладывали столбики фишек. Все-таки настольная игра! Но я
— Присаживайтесь, мадемуазель. — Граф пододвинул мне стул.
Я с интересом разглядывала стол. Несколько стаканов, стопочки фишек и свободная серединка. Видимо, тут и предполагалось раскладывать карты.
Напротив меня сел дофин, по правую руку от него месье де Армарьяк и месье Гастон, самыми ближайшими ко мне оказались незнакомые фавориты. Судя по платку, выглядывающему из-под рукава, — один из них месье Рауль, тот самый некромант, который был на открытом уроке у Ноэля. Любопытно. И с кем я шла? Если я сейчас пощупаю их руки, это будет смотреться странно?
— Может быть, воды? — предложил месье Гай, наливая мне в бокал воды из графина.
Я благодарно кивнула и немного отпила. В горле пересохло от волнения. Я на долгожданной встрече с дофином!
— Итак, мадемуазель, доставайте ваши карты, и я объясню правила игры.
Послушно положила мешочек на стол и выложила пластинки на скатерть. Это были тонкие костяные прямоугольники с ажурно вырезанными на них растениями и цветами. Каждая картинка была раскрашена яркими красками, и без магии тут явно не обошлось. Не знала я красок, которые бы держались на кости. Я разложила веером карты и с интересом рассматривала разные «масти» — множество карточек с различными растениями и разноцветными колбами. На основах алхимии мы проходили эти травы: болотный ус, змеевик (его толченым добавляли в разные эликсиры правды), морозник. Любопытно! На тех карточках, где были изображены колбы с жидкостью, были написаны названия зелий.
Странно, что подобную игру предложили мне, «говорящей с книгами», а не любой девочке с целительского. Хотят проверить, насколько хорошо я усвоила основы целительства и алхимии? Или, может, у дофина дар составителя зелий и он сам алхимик?
— Это будет очень популярная игра этой зимой, мадемуазель. Ее привезли из Кидана и перевели совсем недавно.
И снова Кидан. На всякий случай кивнула. Мне намекнули, чтобы я не паниковала и не смущалась, игра новая, и потому я могу не знать правил.
— Видите, у каждой карточки есть два значения: ингредиент и зелье. Только от вас зависит, как вы используете его. В самом начале игры на руки вы получаете карты, которые будут использованы как зелья. Вот эти, — дофин указал на уже разложенные пластинки с названиями растений, — в «шкафу», ингредиенты. Если в «шкафу» есть нужные карты, вы можете собрать одно из зелий, воспользовавшись карточками в руках. Например, морозник и ключевая вода собираются в зелье красоты, как и нарисовано на карточке.
Дофин подтянул к себе две пластинки и накрест сложил их на «рецепт».
— Это собранный рецепт, его я кладу к себе поближе, видите? И получаю две фишки. Выигрывает тот,
кто наберет больше всего фишек. Понятно?Я кивнула. Действительно все ясно. Правила пока казались простыми. Интересно, для чего эта игра? Разве встречи не дают дофину возможность познакомиться с нами и нашим даром? Возможно, мне предстоит оживить рисунки. Краски ведь явно магические. Накрыла ладонью одну из пластинок и послала тоненькую искорку магии, «ключевая вода» тихо зажурчала, а изображение в колбе заблестело яркими бликами.
Улыбнулась дофину и молчащим до сих пор фаворитам. Это же то, что от меня хотели? Разве нет?
— Мило, — кисло отозвался месье Гай.
Я даже стушевалась. Получается, я сделала что-то не так. Ожидали от меня не этого, но чего?
— А эта игра в Кидане популярна?
Чем не шутят бесы, может, действительно принца интересуют только разговоры об этой далекой стране.
— Вам понятно все в зельях и ингредиентах? — словно не заметил моего вопроса дофин, пока месье Гастон раскладывал карточки перед всеми фаворитами.
— Да, месье, мне всегда легко давалась алхимия, — призналась, внимательно разглядывая, что досталось мне. Какой-то скудный набор. Разве с ним выиграешь? — Я иногда даже жалела, что девушкам нельзя поступать на другие факультеты, кроме целительского и книжного. Но говорить с текстом мне все равно проще.
— Это потому, что оттенков магии много, — улыбнулся дофин. — И иногда у некоторых людей, если сравнивать с красками, кроме основного дара, просыпается легкий оттенок второго. Бывает и так, что второстепенный талант ярче первого. Вас же не удивляет, что некоторые юноши поступают на другие факультеты, хотя их явный дар — «говорящие с книгами»?
Я кивнула. Меня всегда смущало, как люди, считающие наш факультет непрестижным, записывали своих чад на некромантский или алхимический. Как можно учиться, не имея Дара? А получается, что они учились благодаря своему другому таланту. Раньше, будучи малышкой, я не задумывалась, а потом это превратилось в данность, и я уже не ломала голову над этой загадкой.
И если бы не глупый запрет, и будь у меня деньги, я вполне могла бы учиться на алхимическом? Прелестно. Всю жизнь мечтала узнать, что лишилась чего-то важного. А иначе и не скажешь.
Фавориты молчали. Вопреки словам Авроры месье де Армарьяк не задавал никаких странных вопросов. Может быть, подруге почудилось.
— Вам нравится ваш дар, мадемуазель? — поинтересовался дофин и тут же без перехода кивнул окружающим: — Начинаем игру.
— Раньше я всегда сетовала на него. Казалось, что мне могло достаться что-то поинтереснее, — откровенно призналась я и тут же на секунду замолкла, не ожидая от себя подобных слов. — Но сейчас я в восторге от того, что можно создавать с помощью иллюзий.
Запнулась. Я не собиралась этого говорить. Ведь аристократке пристало восторженно пропищать что-то в стиле: «Конечно же! Как можно не восхищаться таким даром?» Нас же оценивали на «ровность света магии», а без принятия дара всей душой невозможно показать хороший результат. Но почему тогда? Какой-то артефакт истины? Я оглянулась. Уметь бы еще определять.
Похоже, я сказала пусть и правдивую, но величайшую глупость в своей жизни. Надо что-то срочно придумать, чтобы показать свой уровень силы, что дар полностью подчинен мне, без белых пятен. Но что? На глаза снова попался рисунок на гобелене. Поддавшись внутреннему порыву и обозначая тем самым то, что хорошо владею даром, я начала по памяти читать легенду.