Нескончаемая тьма
Шрифт:
— Нет, подожди, — выпаливаю я, когда он заканчивает приковывать мои запястья кожаными наручниками к металлической раме у изголовья своей кровати.
С раскинутыми руками, зажатыми над головой, я слабо брыкаюсь ногами, когда Кейден разворачивается. Он хватает меня за лодыжки, широко разводит мои ноги, а затем привязывает их к раме у изножья кровати.
— О, да ладно тебе, — бормочу я и дергаю за путы.
Но он так широко развел мои руки и ноги, что теперь я не могу сдвинуться ни на дюйм.
Кейден поворачивается и садится так, что оказывается верхом на моем
— Я предупреждал тебя, чтобы ты не двигалась.
— А ты попробуй не шевелиться, когда кто-то проводит ножом по твоему соску, — ворчу я и хмуро смотрю на него.
С понимающей улыбкой, играющей на губах, он перемещает нож к другой моей груди и начинает обводить ее кругами. По мне пробегает дрожь удовольствия, и мне приходится подавить стон.
— Тебе это нравится. — Это скорее утверждение, чем вопрос, и его тон полон самодовольства.
— Нет, — возражаю я, стараясь говорить как можно более убедительно.
Его темно-карие глаза блестят, когда он начинает водить ножом по моим ребрам.
— Тогда почему сейчас твои глаза светятся от удовольствия?
Жар обжигает мои щеки. Он что, читает мысли? Как, черт возьми, он может так легко читать мои эмоции?
— Просто признай это... — Он проводит лезвием по моему животу, а затем по изгибу бедра. На его губах появляется широкая улыбка, когда по моему телу пробегает дрожь. — Ты маленькая развратница, которой нравятся игры с ножом.
— Ты ошибаешься. — Но слова с трудом вырываются из груди.
— Неужели? — Из его горла вырывается низкий мурлыкающий звук. — Хм. Тогда я предлагаю тебе сделку.
Напряжение пульсирует внутри меня, и моя киска болит, когда Кейден проводит ножом по линии, где должны быть мои трусики. Я прерывисто дышу. Мой разум говорит мне, что это неправильно. Что это опасно и безумно. Но я ничего не могу с собой поделать. Меня чертовски заводит вся эта ситуация.
Меня заводит то, как он проводит своим ножом по моей коже, словно лаская ее. Осознание того, что я прикована к кровати и не могу защитить себя. То, что я совершенно голая, в то время как Кейден все еще полностью одет. И этот абсолютный контроль.
Его власть надо мной, ощущение опасности, понимание того, что он мог бы убить меня в любой момент, но предпочитает этого не делать, и тот факт, что он обращается со мной так, словно не боится меня сломать — все это заставляет мое тело трепетать от желания.
— Если лезвие не покроется твоими соками, я развяжу тебя, — говорит Кейден.
Мой разум переполнен беспорядочными мыслями и эмоциями. О чем он говорит?
О, сделка.
Подождите, какая сделка?
Я поднимаю голову и открываю рот, чтобы спросить именно об этом. Но прежде чем я успеваю издать хоть один звук, что-то холодное и твердое оказывается у меня между ног.
Меня словно пронзает током.
Судорожно втягивая воздух, я смотрю на Кейдена, который прижимает плоскую часть своего лезвия прямо к моей киске. Порочная улыбка сияет на его лице, когда он смотрит на меня.
— Но если лезвие намокнет, когда я его вытащу, —
продолжает он, и его улыбка превращается в ухмылку, — ты признаешь, что тебя заводят игры с ножом.Я сглатываю, мое сердце бешено колотится в груди.
Кейден еще несколько секунд смотрит на меня, словно ожидая, что я начну протестовать. Затем он убирает лезвие от моей киски. На его лице отражается победа. Повертев нож в руке, он показывает его мне.
Плоская сторона лезвия покрыта влагой.
Я в ужасе закрываю глаза.
Из груди Кейдена вырывается самодовольный смешок.
— Ну что ж, тогда я жду.
Стиснув зубы, я просто открываю глаза и смотрю на него, упорно храня молчание. Скорее ад замерзнет, чем я признаюсь этому чертову психопату, что меня заводят ножи.
На его лице мелькает веселье.
Затем он поворачивает нож и наклоняет его.
Мое сердце подпрыгивает, а рот приоткрывается, когда он наклоняет голову и слизывает мои соки с лезвия.
Огонь разливается по мне, заставляя мой клитор пульсировать, когда я смотрю на него.
Но Кейден просто опускает лезвие, словно это не самое сексуальное зрелище, которое мне доводилось видеть. По моим венам пробегает молния, когда он проводит по внутренней стороне моего бедра, приближаясь к моей ноющей киске.
— Признай это, — приказывает он.
Я зажмуриваю глаза и сжимаю пальцы в кулаки.
Лезвие легонько царапает край моей киски.
С моих губ срывается стон, когда во мне вспыхивает похоть.
Мое сердце так сильно колотится в груди, что, клянусь, я слышу, как оно эхом разносится по темной деревянной комнате.
Затем тонкий кончик лезвия исчезает.
Через мгновение что-то твердое, круглое и толстое прижимается прямо к моему входу.
Я резко открываю глаза. Подняв голову, я оглядываю свое тело и вижу, что Кейден держит нож за лезвие. Мое сердце замирает, когда я понимаю, что он прижимает округлую рукоять к моей киске.
— Кейден, — выдыхаю я.
Его взгляд прожигает меня насквозь.
— Да, маленькая лань?
Я открываю рот, чтобы заговорить, но мои слова прерываются судорожным вздохом, когда Кейден вонзает в меня кончик рукояти.
Когда он входит, меня пронзает дрожь.
Верхняя часть рукояти закруглена, и легко погружается в мою влажную киску.
Я смотрю на Кейдена, разинув рот, когда шок, удовольствие и абсолютное безумие бушуют во мне, как ураган.
Его широкие плечи излучают несокрушимую силу, когда он встречает мой взгляд.
Затем он вводит рукоять еще глубже.
Я дергаюсь, когда рельефные выступы на рукояти посылают новые импульсы, которые проносятся по моему телу, словно вспышки молнии, и касаются моих внутренних стенок.
Кейден вводит ее еще глубже.
С моих губ срывается стон, сменяющийся отчаянным хныканьем, когда эта рукоять с каждым мучительным дюймом вызывает ошеломляющее трение. Мотая головой из стороны в сторону, я дергаю наручники и кандалы, сковывающие мои лодыжки.
— Признай это, — снова приказывает Кейден.
Я сжимаю и разжимаю кулаки, но держу рот на замке.