Непримиримая одержимость
Шрифт:
— Вы двое не имеете права принимать единоличное решение о том, что для меня лучше, и ожидать, что я буду этому рада.
— Всё было не так, Роза.
— А как тогда?
Она натянуто улыбнулась.
— Не знаю, сколько ты помнишь, но раньше у тебя была серьезное ОКР. Ты не могла говорить, когда к тебе обращались, и смотреть людям в глаза. Можешь представить, какой шок я испытала, когда ты впервые посмотрела на меня прямо? Такое чувство, будто прошлое держало тебя в клетке, а без него ты стала… свободной. Доктор Максвелл выбрал метод, который, должен был помочь тебе стать той, кем ты всегда хотела быть.
Часть моего гнева улетучилась от её объяснения. Досадно, но многое из сказанного ею имело смысл. В моем прошлом действительно были монстры, которые сдерживали меня, я это знала. Отсутствие воспоминаний о травме освободило меня.
— Можешь хотя бы сказать, что со мной случилось?
Амели нахмурилась, ее взгляд потускнел.
— О, милая… ты упала со второго этажа здания и получила тяжелую черепно-мозговую травму, — она с трудом сглотнула, понизив голос до шепота. — Врачам пришлось ввести тебя в медикаментозную кому, чтобы контролировать отек мозга.
Лед сковал грудь.
— Меня… кто-то столкнул?
Её тело напряглось, лицо побледнело.
— Конечно нет. Мы были на вечеринке у твоей кузины…
— Поппи? — спросила я, потому что она была единственным членом семьи, которого я помнила.
Амели кивнула.
— Ты сильно напилась и оступилась. Это был несчастный случай. Ужасный. — Её рука инстинктивно потянулась к моей, но затем она отдернула её.
— Значит, я потеряла память из-за травмы головы?
Она неуверенно наклонила голову.
— Не совсем. Потеря памяти случалась с тобой и раньше. В детстве ты пережила нечто травматичное, но почти ничего не помнила о том инциденте. Ты забыла не только само происшествие, но и многое из того, что случилось в то время. Врачи говорили, что это защитный механизм твоего мозга – подсознательное решение стереть воспоминания, чтобы ты могла пережить травму. — Её взгляд скользнул к моему животу.
Шрамы.
— Когда доктор Максвелл понял, что ты ничего не помнишь, он предположил, что это повторилось. Твой разум снова заблокировал самое недавнее переживание. Но в этот раз, похоже, он стер всё, что тебе казалось неприятным – привычки, воспоминания, людей… всё, что мешало тебе жить полной жизнью.
— Поэтому я не помню никого из семьи, кроме Поппи?
Взгляд Амелии, наполненный заботой, скользнул по моему лицу.
— Честно? Я не знаю. Вы с Поппи были очень близки. С остальными в семье у тебя были сложные отношения. Они никогда не поддерживали тебя, и это приносило тебе много стресса. Возможно, забыть их – это тоже форма защиты.
Она была права. Тот факт, что я не могла вспомнить даже свою фамилию, но помнила нашу дружбу, явно о чем-то говорил.
— Раз уж мы заговорили о Поппи, — начала Амели, нервно крутя браслет на запястье, — мне, наверное, стоит кое-что тебе рассказать, раз память возвращается.
Я настороженно посмотрела на неё.
— Что?
— Эм… После того как доктор Максвелл нашел тебя на яхте, он позвонил своему брату-близнецу, чтобы тот помог забрать тебя подальше от всего знакомого, что могло спровоцировать травму. Ему нужно было, чтобы брат его подстраховал и разобрался с твоей семьей. Но... — она
помедлила. — Они даже не заметили, что ты пропала. Доктор Максвелл был указан твоим контактным лицом на экстренный случай, и в больнице тебя навещала только Поппи.— Естественно. — Ответ отдавал горечью. Мне стало жаль Розу А, и я была рада, что стерла её семью из памяти, точно так же, как они стерли её существование еще, когда она была в полном здравии.
Амели сочувственно улыбнулась.
— Поппи совсем не такая, как они. Она пришла в ярость, узнав о твоем исчезновении, и прилетела на Багамы. Сегодня днем она звонила мне – требовала встречи с тобой. Я написала доктору Максвеллу об этом прямо перед балом.
А вот и разгадка того самого сообщения, после которого мой «любящий партнер» чуть ли не силой потащил меня сюда. Всё совпадало. Он хотел поставить точку, закрепить сделку и объявить о нашей помолвке, прежде чем кто-то сможет разрушить его тщательно выстроенный план. Наверняка он думал, что Поппи попытается вмешаться, если появится. Не удивлюсь, если охране было строго велено не подпускать её к яхте.
Я фыркнула:
— Он как-то упустил эту деталь.
Амели переплела пальцы, опустив взгляд в пол.
— Я отвезу тебя в её отель, если захочешь. Но визит Поппи – не единственное, о чем я хотела тебе рассказать. — Она снова замялась, прежде чем встретиться со мной взглядом. — Есть кое-что еще, что тебе следует знать.
Я прищурилась:
— И что же?
— Видишь ли… — Она прикусила губу и отвела глаза. Ее плечи заметно напряглись. — Причина, по которой Поппи узнала, где ты находишься, в том, что она надавила на своего мужа, и он рассказал ей правду.
— Поппи замужем?
Амели тихо изучала меня, казалось, нервничая из-за следующей части информации.
— Да. И она здесь с ним. С Дэймоном.
Почему я не помнила, чтобы Поппи вообще с кем-то встречалась, не говоря уже о том, что у нее есть муж?
Амели внимательно смотрела на меня.
— Даже представить не могу, что ты сейчас чувствуешь, — тихо сказала она, нервно крутя браслет на запястье. — Если хочешь что-то узнать о них – спрашивай. Я больше не буду ничего скрывать. Расскажу всё, что знаю.
— У меня действительно есть вопрос.
Брови Амели поползли вверх, она слегка наклонила голову.
— Кто такой Дэймон?
Она застыла, часто моргая, прежде чем её рот открылся от изумления.
— Э... Близнец доктора Максвелла.
Я плотно сжала губы, прежде чем сдавленный смешок вырвался наружу.
— Выходит, Дэймон женился на моей кузине, а теперь Кайден пытается затащить меня под венец. — Я покачала головой. — Вот уж действительно, семейный подряд.
— Ты… не злишься? — спросила она, голос дрогнул от удивления.
— На то, что Поппи прилетела, чтобы убедиться, что Кайден не сможет мной манипулировать, пока я без памяти? — мой голос зазвенел от горечи и сарказма. — Нет. Я просто рада, что хоть кому-то не всё равно, и что у меня есть поддержка.
Амели вздрогнула от этого комментария. Её виноватый взгляд устремился в пол.
— Я не это имела в виду, — пробормотала она. — Я просто удивлена, что тебя не волнует, что Дэймон женился на Поппи.
Я сморщила нос.
— С чего бы меня это волновало? Он плохо с ней обращается?