Непреклонность
Шрифт:
Когда я проехала указатель городской черты, позади меня появился мотоцикл. Я не обернулась, и весь путь до самого центра города "Дукати" мурлыкал позади меня, как большой голодный кот. Я обдумывала план бегом рвануть к двери, как только доберусь до дома, но должно быть Николас это предвидел. Как только мы доехали до набережной, он обогнал меня и к моменту, когда я добралась до дома, он уже стоял на углу нашего здания, скрестив руки на груди и выглядя таким сердитым, что это заставило меня захотеть развернуться и поехать в обратном направлении. Перемены его настроения были настолько быстрыми, что было сложно поспевать за ними. Разгневанный
– Ты ничего не уяснила с той ночи? – он предъявил претензию, сделав шаг навстречу мне. – Ты пытаешься загнать себя в могилу?
Сухо сглотнув, я слезла с велосипеда и пошла по направлению к нему.
– Конечно же, нет.
Я ни за что не расскажу ему, что была в полной безопасности с троллем, который мог справиться с любой нависшей надо мной угрозой.
– Нет? – его глаза потемнели. – Ты не хочешь рассказать мне, куда тебе надо было улизнуть, что было такого важного?
– Нет, – ответила я, проигнорировав приказной тон его голоса.
Он сжал челюсть, и я поняла, что он был взбешён, но я не собиралась потакать его требованиям. Я не обязана объяснять ему каждый свой шаг.
– На несколько миль к югу от города нет ничего, кроме леса. Что ты там делаешь?
Вместо того чтобы ответить на его вопрос, я спросила:
– Как ты вообще нашёл меня? Ты поставил один из этих датчиков и на мой велосипед?
– Нет, но может быть и стоит.
– Нет, не стоит! – произнесла я с жаром. Я не могла сказать, был ли он серьёзно настроен ли нет, но прямо сейчас я не стала бы ему возражать: – Я не беззащитна, ты знаешь это и мне не нужно, чтобы вы круглые сутки везде за мной следовали. Я достаточно хорошо сама о себе заботилась до вашего появления.
Николас склонил голову и один уголок его рта надменно приподнялся.
– Да, я вижу, как ты отлично сама справляешься, – с подчёркнутой медлительностью произнёс он приводящим в ярость, снисходительным тоном. – Я крайне удивлён, как ты прожила так долго.
То, что он так плохо обо мне думал, причинило боль, но я отказалась позволить ему об этом знать. Более того, меня разозлило то, что я вообще должна была переживать из-за его мнения о себе.
– Мне жаль, что я такое мытарство для тебя, но никто не просил тебя задерживаться здесь. Ты можешь вернуться к своим воинским делам, охотиться за вампирами или чем ты там вообще занимаешься и вовсе обо мне забыть.
Я двинулась мимо него, но он снова совершил то расплывчатое действие, и я обнаружила, что мой путь прегражден его широкой грудью. Он схватил руль, когда я попыталась обойти его, и создалось впечатление, что мой велосипед был зацементирован в землю. Николас наклонился и заговорил с убийственной нежностью прямо мне на ухо:
– Если бы я был вампиром, ты бы уже была мертва – или хуже того.
У меня перехватило дыхание, и на несколько секунд я опять оказалась в аллее, прижатой к кирпичной стене, неспособная даже сдвинуться с места. Стряхнув с себя воспоминание, я свирепо посмотрела на него, ненавидя его за напоминание о том, насколько слабой и беззащитной я себя ощущала в обществе Эли. Наши взгляды встретились, наши лица находились всего лишь в нескольких дюймах друг от друга, и мой Мори беспокойно переместился, послав рябь некой чужеродной эмоции сквозь меня. Я отвела от него свой взгляд, рассердившись, что у него была способность
влиять даже на маленькую часть меня.– Разве это имеет значение?
– Что?
– В тот день на верфи ты сказал, что вы не можете спасти каждого сироту. Что изменит ещё один?
Николас застыл, и я поняла что, вполне возможно, только что нанесла оскорбление его воинственному эго или что-то в этом роде. Я устала от этой властности, заведённого порядка настоящего мужчины и мне было приятно осознать, что он не был таким непобедимым, каким хотел казаться.
– Ты не мог бы отпустить мой велосипед? – попросила я, когда он не ответил на мой вопрос. – Нейт скоро вернётся домой, и моя очередь готовить ужин.
И мне надо было сбежать от него, потому как он заставлял меня одновременно чувствовать себя и сердитой, и в безопасности, и испуганной, и я не понимала почему.
Вместо того чтобы ослабить свою хватку, он выругался:
– Gospodi! Неужели ты не понимаешь, что ты в опасности? Я понимаю, что ты хочешь верить, что здесь, в окружении друзей-оборотней, ты находишься в безопасности, но кто-то приложил огромные усилия, послав ту стаю крокотт, чтобы найти тебя. Если это вампир, то он не отказался от своей цели.
Его слова заставили тыльную сторону моей шеи покалывать, и я вспомнила голод в глазах Эли, когда он был вынужден выпустить меня.
Николас разглядел моё содрогание.
– Если ты будешь честна сама с собой, то согласишься, что я прав, – он выпустил из руки руль и положил тёплую ладонь поверх моей руки. – Я могу защитить тебя, если ты мне это позволишь.
Я попыталась проигнорировать лёгкую дрожь, что прошлась по мне. Как возможно испытывать неприязнь к кому-то и в тоже время чувствовать трепет внутри? Из-за его близости внезапно стало сложно ясно мыслить. Отдёрнув руку, я произнесла с запинкой:
– Мне на самом деле надо поскорее попасть внутрь?
На этот раз он не попытался остановить меня. Он шагнул в сторону, и я протолкнула велосипед мимо него. Я поспешила вокруг здания к задней двери и поставила велосипед к стене, пока искала свои ключи. Я и не поняла, что он последовал за мной, пока он не заговорил.
– Ты можешь убежать от меня, но ты не сможешь убежать от правды. Оборотни не могут защищать тебя вечно и, в конечном счете, тебе придётся покинуть Нью-Гастингс. Что тогда ты будешь делать?
Моя рука остановилась на дверной ручке.
– Когда это произойдёт, это будет моя проблема, а не твоя, – ответила я, не глядя на него. Я открыла дверь и вкатила велосипед внутрь: – Я больше не хочу, чтобы ты везде за мной следовал.
– А я не хочу, чтобы ты продолжала подвергать себя опасности. Похоже, ни один из нас не получит того, чего желает.
Я не ответила, я просто позволила тяжёлой двери за собой закрыться.
Глава 12
Я вытащила из рюкзака суконный мешок, который мне передал Реми, и вытряхнула всё содержимое на пол в кладовой. Осмотрев два маленьких узелка с золой и старый хворост, бумажный пакет, каменную ступку и что-то, что выглядело как грубая кисть художника, было сложно поверить, что такие простые предметы могут защитить от чего-то вроде вампира. Но я доверяла Реми и магии троллей. Если он сказал, что это был лучший способ защитить Нейта, значит, я ему верила.