Чтение онлайн

Вот уже несколько столетий ежегодно в Неаполе происходит необычайный феномен — «чудо крови св. Ианнуария». Застывшая кровь «оживает», переходя в жидкое состояние. Это чудо повторяется 19 сентября, в годовщину мученичества святого, а также в первое воскресенье мая, иногда 16 декабря и в случае чрезвычайных происшествий.

Чудо крови св. Ианнуария бросает вызов современной науке и основным законам физики. Учёные столкнулись с великой загадкой, объяснить которую они не в состоянии. Застывшая кровь человека, жившего в IV веке, внезапно переходит в состояние текучести. На глазах у всех она меняет цвет, массу, объём. Это удивительное явление происходит в разное время, независимо от температуры (она колеблется в соборе от 5–6 до 30–32 градусов), иногда её находят уже жидкой, когда открывают реликварий,

где она хранится. Но бывали случаи, когда кровь оставалась в застывшем состоянии даже в дни сугубых молений — так было, например, в 1976 году, на протяжении всех 8 дней выставления реликвии.

Ученых удивляет феномен изменения объема крови, которая, растворяясь, то заполняет собой весь сосуд, то уменьшается до совсем небольших размеров. Изменяется цвет: от ярко-красного до охристого. Изменяется даже масса крови. Полностью противоречит законам физики и время перехода крови из обычного в текучее состояние. Иногда это происходит мгновенно, а иногда продолжается несколько минут или целый день. Аналогично происходит и с застыванием.

Физики и гематологи согласны, что сохранность крови на протяжении семнадцати веков в морфологически неизменяемом состоянии и неожиданные её изменения в объёме и массе, переход в жидкое состояние и возвращение в изначальное состояние невозможно объяснить научно. Современная наука не в состоянии дать никакого убедительного объяснения этому таинственному явлению, и все попытки лабораторного воссоздания феномена потерпели фиаско.

Спектрографический анализ подтвердил, что, вне всякого сомнения, мы имеем дело с настоящей артериальной человеческой кровью без добавления каких-либо чужеродных химических веществ.

Гипотеза о добавлении в кровь в период Средневековья какого-то вещества полностью отпала, потому что археологические исследования показали, что запечатанные сосуды происходят из IV века, и открыть их можно, только разбив.

Итальянский учёный, профессор Гастоне Ламбертини после многолетних исследований пришёл к следующему выводу: «Закон сохранения энергии, принципы, управляющие гелированием и растворением коллоидов, теория старения органических коллоидов, биологические эксперименты с затвердеванием плазмы: всё это подтверждает, как веками почитаемое вещество бросает вызов всякому закону природы и всякому объяснению, которое не апеллирует к сверхъестественному. Кровь св. Ианнуария — это живой и пульсирующий сгусток, она — не плод некой „бредовой“ набожности, но знак вечной жизни и воскресения».

Необъяснимым образом кровь св. Ианнуария не подчиняется обычным законам природы, ибо тогда она давно бы уже высохла и обратилась в прах. Это прямое свидетельство о вечной жизни, призыв к вере во Христа и всеобщее воскресение всех людей, когда-либо живших на земле.

Св. Ианнуарий принял мученическую кончину, ибо Христос был для него наивысшей ценностью. Историки утверждают, что свой мученический подвиг он совершил в Поццуоли в 305 году. Св. Ианнуарий был епископом Беневента. Родился около 275 года. Во время преследований христиан императором Диоклетианом (234–313) был арестован диакон Сессий. Епископ Ианнуарий выступил с протестом против его несправедливого заточения. В ответ наместник Драконций арестовал епископа и приговорил к смерти. Его обезглавили 19 сентября 305 года. Во время казни одна из христианок собрала в сосуды его кровь, которая хранится в кафедральном соборе Неаполя.

Реликвии находятся в капелле, построенной в начале XVI века в знак благодарности святому за спасение Неаполя от чумы 1526 г. В бронированном шкафу — реликварий, внутри которого — два сосуда IV века. Один из них больше размером и наполнен кровью до двух третей. В другом, меньшем, крови немного. Оба сосуда запечатаны очень твёрдой мастикой, которой уже 16 веков. Все научные исследования были возможны только при использовании метода спектрального анализа.

Ежегодно 18 сентября, в канун мученической кончины св. Ианнуария, перед собором в Неаполе собираются толпы народа. Ранним утром следующего дня кардинал во главе процессии направляется в капеллу и берёт сосуд с кровью святого, которая в этот момент чаще всего плавится. Кардинал несёт реликвии вдоль главного нефа, показывая народу сосуды с чудесной кровью. В это время свыше 10 тысяч верующих радостно рукоплещут. В жидком состоянии кровь будет ещё 8 последующих дней. Чаще всего на её поверхности появляются пузырьки, и кровь таинственно «кипит». Восемь дней чуда крови св. Ианнуария — это дни молитвенного бдения.

Чудо крови св. Ианнуария — знамение, которое пробуждает живую веру

в реальное присутствие Воскресшего Господа.

Память священномученика Ианнуария епископа в Православной Церкви празднуется 4 мая (21 апреля по старому стилю).

Ночью, две тысячи лет назад, в пригороде небольшого городка Вифлеема, зимней ночью, в полутемном холодном хлеву родился Младенец. Мычали коровы, кони вздрагивали во сне, ослы беспокойно ворочались на своих соломенных подстилках. Мать, спеленав Младенца, положила Его в кормушку для скота и с любовью склонилась над новорожденным.

Неожиданно двери хлева отворились, и в дорогих запыленных одеждах в него вошли три восточных царя (их называют волхвами) с богатыми дарами в руках.

Волхвы были не только правителями, но и учеными: они наблюдали небесные светила, и когда заметили на востоке чудную звезду, пошли за ней на поклонение Богомладенцу. Предание сохранило их имена: одного звали Валтасар, другого Гаспар, третьего Мельхиор. В дар новорожденному Христу они принесли золото, ладан и смирну. Ладан — это дорогая ароматическая смола особого дерева, которую в древности подносили в знак особого благоговения. Смирной, дорогим благовонным маслом, помазывали умерших. Итак, золото — Царю, ладан — Богу, смирну — Человеку.

И эти дары волхвов сохранились до наших дней! Золото — двадцать восемь небольших пластин разной формы — трапеция, четырехугольник, многоугольник… На каждой — тончайший филигранный орнамент, ни разу не повторяется. Ладан и смирна — небольшие, величиной с маслину, шарики, их около семидесяти. Эти сокровища хранятся в монастыре святого Павла на горе Афон с особым тщанием. Ценность их, не только духовная, но и историческая, археологическая, неизмерима, потому и помещены они в небольшие ковчеги-мощевики.

Честные дары волхвов Матерь Божия бережно хранила всю жизнь. А незадолго до Своего Успения, зная, что земная Ее жизнь заканчивается, Она передала дары вместе со Своим Поясом и Ризой в Иерусалимскую Церковь, где они и хранились до 400 года. Византийский император Аркадий перенес дары в Константинополь для освящения новой столицы империи. Потом они попадают в город Никею и около шестидесяти лет находятся там. Когда из Константинополя были изгнаны латиняне, дары возвращаются в столицу. После падения Византии в 1453 году дары волхвов отправляются на Афон в монастырь святого Павла — их привезла туда сербская царевна Мария. Там, где стояла коленопреклоненная Мария, теперь водружен крест, который так и называется — Царицын. Позже рядом поставили часовню, внутри которой изображена встреча иноками великой святыни.

От даров и поныне исходит удивительное благоухание. Иногда дары выносят из монастырской ризницы для поклонения паломникам, и благоуханием наполняется вся церковь. Монахи-святогорцы заметили, что дары исцеляют одержимых нечистыми духами.

Лет десять тому назад был у меня друг — Володя, близкий сосед по даче, бывший таксист. К тому времени он уже стал закоренелым, беспробудным и, казалось, неисправимым алкоголиком, тихим, добрым и веселым даже во время глубокого запоя. Когда я переехал жить в другой город, то прощались мы с ним в наркологическом диспансере, где он, посиневший и осунувшийся, с необыкновенно впалыми глазами и огромными подглазниками, третий раз отлеживался под капельницей. Он, как всегда, шутил, рассказывая новые анекдоты, расспрашивал о делах на даче, об огороде, но когда пришло время расстаться, резко схватил меня за руку, притянул к своему лицу и каким-то ужасно тоскливым, страшным шепотом произнес: «Не увидимся мы больше с тобой. Не жилец я на этом свете. Скоро выйду отсюда, напьюсь и умру. А если не умру — повешусь». А глаза его более чем убедительно подтверждали эти слова бесслезной, серой пеленой безнадеги и решимости.

Прошло два года. Проезжая по каким-то суетным и мелким делам очередной командировки мимо Серпухова, я почувствовал, что меня вдруг сильно потянуло на ту дачу, к Володьке. На могилку. Уж так он тогда меня в этом уверил.

Свернул на знакомую бетонку и… три дня провел в веселом и милом обществе совершенно здорового, трезвого, непьющего и как всегда веселого Владимира Ш. и его молодой супруги — чернявенькой, пышненькой и хозяйственной Юлии.

Именно тогда от Володи я и узнал о чудотворной иконе Божией Матери «Неупиваемая Чаша», которая все эти годы находилась совсем рядом — в Высоцком мужском монастыре…