Неоспоримый
Шрифт:
Нико: Я пришлю свое местоположение, но не входите. Мне нужно еще немного времени. Я дам знать, когда буду готов уехать.
Я отправил это сообщение в групповой чат со своими лучшими друзьями. Это было проще, чем отправить пять отдельных сообщений. Они были обеспокоены, и на то были веские причины. И все же я хотел больше времени проводить с Ческой. Я не хотел покидать этот пузырь и возвращаться в реальный мир. Ну, в мой реальный мир.
Я провел пальцем по ее спящему телу; она слегка вздрогнула, не проснувшись от моего прикосновения к ее руке. Одеяло прикрывало ее нижнюю половину, а светлые волосы длиной до
К сожалению, когда я впервые увидел Ческу, я был занят чем-то, что не мог игнорировать, рядом была компания, с которой я предпочел бы не встречаться. Когда я сказал ей уйти и наблюдал, как она уходит, я помню, что подумал, что было бы безопаснее, если бы я не знал, кто она такая. Даже ее имени. Что еще более важно, она ничего не знала обо мне.
Пока она не появилась рядом с Беном и его сестрой, и во второй раз я оттолкнул ее. Потому что я знал, что если простою там еще немного, то моя сдержанность лопнет.
Когда мы уходили, я прервал Бена, когда он попытался назвать мне ее имя или что-нибудь о ней. Он только ухмыльнулся в ответ с комментарием "три совпадения", заработав в ответ уничтожающий взгляд.
Я не думал, что это было совпадением, что из всех прохожих именно она не только остановилась, но и помогла. Тогда я понял, что не совершу одну и ту же ошибку трижды и не уеду, не узнав ее. К черту последствия.
Упершись штангой в тыльную сторону зубов, я взял телефон Чески, лежавший рядом с ней. Используя функцию распознавания лиц, чтобы разблокировать его, я прочитал последние сообщения между ней и женщиной по имени Эби.
По крайней мере, она не была совсем беспечной. Она туманно уведомила об этом свою подругу. Я подавил смешок, увидев последнее непрочитанное сообщение.
Эби: Ты только прилетела, а уже получаешь испанский член. Здесь зеленеют от зависти. Держи меня в курсе. У тебя таймер, не умирай. Люблю тебя.
Быстро отметив его как непрочитанное, я заблокировал устройство и осторожно напряг мышцы плеч, разминая остальные, чтобы они не слишком затекли. Я взял ее сумочку и порылся в ней. Найдя ее сумочку, я достал водительские права.
Франческа Мэри Ловелл, двадцати трех лет. На семь лет моложе меня, но меня это не волновало.
Ловелл; я узнал эту фамилию, но не мог вспомнить, откуда. Сделав снимок, я отправил его, чтобы узнать больше информации, и вернул все как было.
Налив себе стакан воды, я закинул в горло еще несколько таблеток, чтобы облегчить боль во всем теле. Я мог винить только себя за то, что намеренно искал драки и позволил какому-то случайному человеку одержать верх, когда я мог бы дать такой же яростный отпор. Ничего не было сломано, меня просто обработали дополнительными лезвиями для пущей убедительности.
Я хотел, чтобы боль и предательство от того, что я чувствовал внутри, отразились на моей коже, чтобы их можно было увидеть снаружи. И ни много ни мало в мой день рождения.
С запоздалым днем рождения меня.
Тридцать лет — это возраст, который большинство людей считают важной вехой, и они испытывают сильное давление, требуя сделать определенные вещи, завершить определенные этапы, опасаясь, что время на исходе.
Для меня возраст никогда не учитывался в уравнении. Это была просто сумма того, сколько раз мы были
живы и обернулись вокруг солнца. Но я больше ничего не хотел, чтобы повернуть время вспять после того, что произошло. Ожидания, которые теперь были несправедливо возложены на меня.Я потер рукой глаза, пытаясь осторожно опустить стакан на край, когда неистовая ярость охватила меня, пытаясь утащить под воду. Я отверг это, не желая разбираться в этой ситуации.
Проверив Ческу, я заметил, что она была в том же положении, явно в глубоком сне, прежде чем я исследовал каждую часть ее виллы. Я заметил домашние штрихи и пришел к выводу, что это не сдаваемая в аренду недвижимость. Она принадлежала ей или члену семьи.
Проходя через главную спальню, я взял фотографию в рамке, на которой была изображена пожилая пара с немного помоложе выглядящей Ческой с одной стороны и мужчиной с другой. Скорее всего, брат, возможно, тот же самый человек, который научил ее справляться с травмами.
Что-то знакомое в нем кольнуло в глубине моего сознания, но я не мог понять, что именно. Ловелл…
Несмотря ни на что, Хавьер проверит прошлое и раскопает любую информацию обо всем, что мне нужно знать. Теперь, когда я позволил себе узнать, кем она была.
Поставив раму на место, я бесшумно прошел по коридору в поисках ее спальни. Какая-то одежда была небрежно брошена на стул, кремы и средства для волос были разбросаны по огромным ящикам комода. Не в силах сдержаться, я выдвинул верхний ящик и увидел аккуратно разложенные комплекты бюстгальтеров и нижнего белья.
Я ухмыльнулся предмету, лежавшему в стороне, взяв пальцами розовый изогнутый вибратор с заячими ушками. Переключая кнопки, когда обе части ожили, я увеличил мощность до максимальной. Черт. У меня возникла идея, к которой я понятия не имел, будет ли она восприимчива, но попробовать было совсем не вредно.
Выключив его, я неторопливо прошел в гостиную и положил игрушку на пол рядом с креслом Чески. Я опустился на колени, не обращая внимания на свой дискомфорт, и снял одеяло с ее ног, отчего она резко проснулась. Сонные озерно-голубые глаза встретились с моими, полные вопросов, пока она меняла позу.
— Что ты делаешь?
Между ее бровями пролегла небольшая морщинка, но она не отскочила. Положительно.
Положив руки на каждое колено, я раздвинул ее ноги.
— Я хотел поблагодарить тебя.
Ческа провела пальцем по кольцу в носу, словно по привычке, прежде чем намеренно остановиться.
— Ты не обязан этого делать.
Ее голос звучал тихо, но глаза больше не были под влиянием сна. Полностью проснувшаяся, расширенные зрачки выдавали ее. На ее лице были написаны все ее эмоции.
Я убрал руки с ее колен, поверх джинсовых шорт, к поясу. Одна рука возилась с кнопкой, а руки Чески вцепились в подлокотники.
— Скажи мне «нет». Убеди меня, что ты этого не хочешь, — я приподнял неповрежденную бровь. — Если ты действительно хочешь, чтобы это прекратилось сейчас, скажи, и я уйду. Без обид. Я выйду прямо за дверь.
Ей нужно было знать, какие у нее есть варианты. Я не был мужчиной, который навязывает себя женщине, или нуждался в этом, но я знал, как легко могут натянуться нити. Хотя я был уверен, что правильно истолковал сигналы. И все же после инцидента с моей бывшей мне нужно было твердое подтверждение.