Чтение онлайн

Ложь Алана не злила и не беспокоила. Есть люди, лгущие из корысти, люди, лгущие дабы избежать боли, и те, которые лгут только потому, что правдивость им чужда по сути... но есть и такие, кто лжет, чтобы выиграть время до того момента, когда придется сказать правду. Алану казалось, что вранье Полли насчет Келтона было как раз из последней категории, и он собирался ждать правды столько, сколько понадобится. Пройдет время, и она решится поведать ему свою тайну. К чему спешить? Спешки нет, даже сама мысль об этом казалась роскошью. Голос ее глубокий и спокойный - доносившийся из гостиной, тоже доставлял радость, незаслуженную. Он еще не отделался от чувства вины

за то, что находился здесь и знал, где, в каком ящике, на какой полке стоит та или иная кухонная утварь, за то, что знал, в каком ящике гардероба Полли держит свою нейлоновую ночную сорочку, и даже на каком уровне закрепляются летние оконные жалюзи, но все это сразу же переставало мучить, как только он слышал ее голос. Смысл во всем этом простой и единственный - звук ее голоса становился звуком дома.

– Если хочешь, я могу попозже зайти, Нетти... Ты отдыхаешь? Ну, конечно, отдых самое лучшие лекарство. Завтра?

Полли рассмеялась. От ее смеха, такого раскованного и мелодичного, всегда веяло весной, свежестью. Алан думал, что готов до скончания века ждать, когда она решится сказать правду, если только она будет почаще так смеяться.

– О, Господи, нет! Завтра суббота! Я собираюсь валяться в постели и грешить.

Алан улыбнулся. Выдвинув один из ящиков под плитой, он достал оттуда пару рукавиц и открыл духовку. Одна картофелина. Две картофелины. Три... Четыре... Как им вдвоем удастся поглотить четыре таких огромных печеных картофелины? Но он был заранее готов к тому, что всего будет много, потому что таков был кулинарный стиль Полли. В этих картофелинах тоже наверняка скрыт свой тайный смысли, может быть, когда Алан будет знать ответы на все "почему?", растает и мучительное чувство вины.

Секунду спустя после того, как Алан достал картофель, запищала микроволновая печь.

– Я должна идти, Нетти...

– Все в порядке, - крикнул Алан из кухни.
– У меня все под контролем. Не забывай, что я полицейский, милая дама.

– ... но ты мне позвони, если что-нибудь понадобится. Ты уверена, что лучше себя чувствуешь?... А ты скажешь, если станет хуже?... Обещаешь?... Ладно... Что?... Нет, я просто спросила... И тебе тоже... Спокойной ночи, Нетти.

Когда она вошла в кухню. Алан уже выложил на блюдо цыпленка и занимался картофелем.

– Алан, милый, тебе вовсе не надо было все это делать самому.

– Я весь к вашим услугам, милая дама.
– Алан хорошо понимал и то, что когда руки Полли болели, вся жизнь для нее становилась бесконечной битвой; самые простейшие обыденные мероприятия превращались в труднопреодолимые препятствия, а наказанием за неудачу - растерянность и боль. Загрузить посудомоечную машину. Положить поленья в камин. Работать ножом и вилкой, чтобы очистить печеную картофелину от кожуры.

– Садись к столу, - сказал Алан, - и давай лопать.

Она расхохоталась и обняла его. Она гладит мне спину не ладонями, а запястьями, подметил все тот же наблюдатель внутри Алана. Но другая часть, менее наблюдательная, зато более чувственная, обратила внимание на то, как тесно прижалось к нему ее тело и как приятно пахнет шампунь, которым она пользовалась.

– Ты мой самый дорогой, - тихо произнесла Полли. Он целовал ее сначала осторожно, нежно, потом настойчивее, а руки скользнули со спины к округлым ягодицам. Ткань старых джинсов под его ладонями была мягкая и гладкая, как кротовая шкурка.

– Расслабься, парень, - шепнула Полли.
– Сначала танцы, потом обжиманцы.

– Не обманешь?
– в шутку спросил Алан и подумал,

что если ее рукам и в правду не стало легче, она найдет отговорку.

Но Полли сказала:

– Зуб даю, - и Алан уселся за стол довольный.

Временно.

5

– Эл приедет домой на выходные?
– спросила Полли, когда они убрали со стола после ужина. Старший сын Алана учился в Милтонской академии на юге Бостона.

– Не-е, - промычал Алан, отмывая тарелки. Полли продолжала наигранно небрежно.

– Я думала раз в понедельник тоже свободный день по поводу Дня Колумба...

– Он едет к Дорфам в Кейп Код, - перебил Алан.
– Карл Дорфман, его сосед по комнате, он называет его Дорфом. Эл позвонил во вторник и спросил, можно ли ему поехать туда на три дня. Я сказал - валяй.

Она тронула его за руку и заставила повернуться к себе лицом.

– Насколько я в этом виновата, Алан?

– Насколько ты виновата в чем?
– он был искренне удивлен.

– Ты знаешь, что я имею в виду. Ты хороший отец и не дурак к тому же. Сколько раз Эл приезжал домой с тех пор, как начался учебный год?

Тут Алан понял, на что она намекает, и ободряюще усмехнулся.

– Всего раз и то лишь потому, что ему надо было переговорить с Джимми Кэтлином, со старым приятелем по компьютерному классу из школы. Одна из новых программ, которые он составлял, не выходила на новом Коммодоре-6, который я подарил ему на день рождения.

– Вот именно, Алан. Он считает, что я слишком быстро влезаю на место его матери, и...

– Бог мой, - вздохнул Алан.
– Долго ты еще будешь мучиться, будто Эл считает тебя злой мачехой?

Полли хмуро сдвинула брови.

– Я думаю, ты извинишь меня, если я не считаю этот вопрос таким забавным, каким считаешь его ты.

Он осторожно взял ее за запястья и поцеловал в уголок губ.

– Я вовсе не считаю этот вопрос забавным. Иногда случается и я как раз недавно об этом думал - что я сам чувствую себя не в своей тарелке рядом с тобой. Кажется, что это случилось слишком скоро. На самом деле это не так, но иногда кажется. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

Она кивнула. Нахмуренные брови слегка расправились, но не окончательно.

– Конечно, понимаю. Герои кинофильмов и телесериалов гораздо дольше ходят вокруг да около, правда?

– В самую точку. В кино тебя вдоволь напичкают переживаниями. Но это не горе. Настоящее горе слишком реально. Горе это...
– Он отпустил ее руки, взял тарелку и принялся ее вытирать.
– Горе жестокое, беспощадное.

– Поэтому временами у меня появляется чувство вины, это правда. Алан был удивлен тем, как сам того не желая, защищался.
– Иногда потому, что кажется слишком скоро, хотя на самом деле не слишком, иногда потому, что слишком легко через это прошел, хотя и это совсем не так. Мысль, что я еще недогоревал, частенько посещает, не буду отрицать, но в глубине души я понимаю, что мысль пустая... потому что часть меня и часть очень большая, все еще горюет.

– Ты всего лишь человек, - мягко произнесла Полли, - а судьбу не переспоришь, какие бы гадости она не подкидывала.

– Да, наверное, ты права. Что касается Эла, то он справляется с этим по-своему. Его способ хорош, во всяком случае достаточно хорош, чтобы вызывать мое уважение. Он все еще тоскует по матери, но если и горюет, - а я думаю, что так оно и есть, хотя не стал бы утверждать, то горюет по Тодду. Но твои подозрения, что он не приезжает, потому что осуждает тебя или нас обоих, ни на чем не основаны.