Ненормальный практик 4
Шрифт:
«Может быть, отец прав? — мелькнула непрошеная мысль. — Может быть, с ними действительно можно говорить, а не только сражаться…». Но тут же она отогнала её, вспомнив о своей главной, секретной миссии. Молодой имперец. Узнать каков он. Достоин ли стать связующим звеном между племенами и Империей через брачный союз.
И снова внутренний протест. Не сейчас! Почему она вообще подумала о нём?! Мотнув головой, Ингрид заставила себя сосредоточиться на текущем разговоре. Всё остальное подождёт! В ТОМ ЧИСЛЕ ТОТ БЕЗБОРОДЫЙ УРОДЕЦ!
Ингрид внимательно слушала, как Фрея и имперские офицеры
Спустя час детального обсуждения всех аспектов предстоящих переговоров, генерал-майор Разин поднялся.
— Полагаю, мы достигли понимания по всем ключевым вопросам. Теперь, если вы не против, лейтенант Куваева покажет вам лагерь и проводит к юрте, подготовленной для вашего размещения. Я, к сожалению, вынужден заняться другими неотложными делами.
Ингрид кивнула:
— Благодарим за гостеприимство, генерал-майор. Надеюсь, данная встреча станет первым шагом к продуктивным отношениям между нашими народами.
Тот склонил голову в формальном прощании и вышел, сопровождаемый молчаливым телохранителем.
Куваева, стоявшая у печи, произнесла:
— Если вы готовы, предлагаю начать с тренировочной площадки, затем покажу кузницу и юрту, подготовленную специально для вас. Взгляните на нашу повседневную жизнь.
— Превосходно, — согласилась Ингрид, обмениваясь быстрым взглядом с Фреей.
Они вышли из штабной юрты на мороз. День клонился к вечеру, но суета в лагере только набирала обороты. Солдаты всё также спешно выполняли дела, периодически бросая любопытные взгляды на северян.
Куваева привела их к тренировочной площадке, где несколько отделений отрабатывали боевые построения.
— Впечатляюще. Для преступников они неплохо обучены, — заметил Бьёрн, наблюдая, как солдаты быстро перестраиваются из одной формации в другую.
— Так и есть, — согласилась лейтенант. — В «Чёрном Лебеде» подготовке уделяется особое внимание. К тому же подневольные солдаты куда проще подаются образованию. Так как у них нет выбора. Идёмте дальше.
Они миновали кузницы, где с помощью эфирных техник ковали оружие. Улав с интересом наблюдал за процессом. Оно и понятно. Имперские методы отличались, но результат был не менее эффективным чем у северян.
Когда они отошли от кузниц Фрея закинула, так сказать, удочку по секретному заданию:
— Лейтенант, мы хотели бы передать слова уважения от магистра Свартбьёрна Седого воину Волкову. Магистр был впечатлён его мастерством и мужеством в Сожжённом лесу.
Куваева замедлила шаг, на лице задумчивость.
— К сожалению, сержант Волков сейчас находится в лазарете. После схватки с британским магистром он получил серьёзные ранения и до сих пор не пришёл в сознание.
Ингрид хмыкнула. ПУСТЬ ОН УМРЁТ ХА-ХА-ХА-ХА!
— И насколько серьёзны его ранения? — спросила она, стараясь, дабы голос звучал обыденно.
Галина пожала плечами:
— Жить будет. Доктор сказал у него сломана нога, множественные порезы, рассечения. Но проблема не в этом. Он всё
ещё без сознания из-за эфирного истощения.— После схватки с магистром удивительно, что он вообще жив, учитывая его ранг Неофита, — заметила Фрея.
Лейтенант слегка улыбнулась, но ничего не ответила. Этот вопрос был в головах многих. Единственное, что можно было точно сказать, так это то, что прозвище Александра Волкова было слишком подходящим ему. Ненормальный практик. Точнее и не скажешь.
— В таком случае, мы хотели бы передать ему благодарность от Свартбьёрна, когда он очнётся, — продолжила советница, — Редко магистр отзывается с таким уважением об имперском воине.
— Я всё устрою, — успокоила её Куваева. — Уверена, сержант Волков оценит это.
Они прошли мимо второго тренировочного полигона, где группа солдат, скорее всего выпускников академий, под руководством сурового офицера проводили тактику обороны контурами. Куваева повела северян дальше, к восточной части лагеря. Они остановились у отдельно стоящей юрты, но более просторной, чем большинство соседних.
— Здесь вы и будете размещены, — объявила лейтенант, откидывая полог. — Надеюсь, условия устроят вас.
Дочь Хальвдана заглянула внутрь. Чисто, аккуратно. Несколько кроватей, застеленных шкурами. Стол и печка в центре, которая уже растоплена.
— Более чем достаточно, — кивнула Ингрид.
— Благодарим, — улыбнулась Фрея.
Куваева кивнула в ответ:
— Ужин будет доставлен через час. Если вам что-то понадобится, снаружи будет дежурить солдат. Он проводит вас в штабную юрту или куда потребуется.
— Весьма признательны, — ответила советница.
— В таком случае, я с вами прощаюсь до завтра, — и лейтенант ушла выполнять обязанности.
Северяне же внесли немногочисленные вещи и расположились в юрте. Бьёрн сразу же проверил насколько надёжны стены и полог. Улав подкинул дров в печь.
— Ну? Что думаешь, Ингрид? — присела Фрея на одну из лежанок.
Та медленно сняла шубу, раздумывая над своими впечатлениями.
— Они относятся к нам с осторожностью, но уважительно, — ответила она, присев. — И это хороший знак. Для переговоров.
— А насчёт твоей особой миссии? Какой у тебя настрой? — спросила Фрея.
— Какой у меня может быть настрой? — фыркнула та. — Он всего лишь сержант. Вообще не пойму, почему отец принял такое, МЯГКО ГОВОРЯ, странное решение. Куда выгодней партия была бы с кем-то более значимым.
— Ты про генерала что ли? — приподняла бровь Фрея.
— Нет конечно, — надула та губы. — Ты же видела, он стар. Или тебе меня совсем не жаль?
— Жаль конечно, поэтому и поддержала решение уважаемого Хальвдана, — хмыкнула советница. — Пусть Волков пока что ещё сержант, но он молод, симпатичен, и при этом сильный воин. Это не говоря о его духе, что оценил и Свартбьёрн. Такие ростки становятся могучими деревьями. И то, что он всё ещё недостаточно ценен в глазах имперцев лишь подтверждает проницательность нашего вождя, видящего потенциал этого молодого человека. Даже если каким-то образом ваш брак не станет связывающим звеном, как минимум, мы можем переманить этого воина к себе в племя. Представь какие воины родятся от него…