Ненависть Розамунды
Шрифт:
Вечером, когда переодевалась в ночной костюм, шуруп выпал из кармана. Мне хотелось его пнуть нагой, но я подняла и положила рядом с телеграммой. Прочитав текст, вспомнила про книгу, и решила почитать. Сходила за книгой, которая изменила местоположение, лежала не так как я её положила. Ну да ладно, теперь это не играет роли. Начав читать, не заметила, как заснула. Работа-дом, дом-работа.
Щенка назвали Гека. На третьи сутки после приобретения Геки, решила съездить в магазин, чтоб узнать адрес дрессировщика собак. Магазин был закрыт. Вежливый сосед поделился информацией, что вчера хозяин магазина отбыл к своим родственникам, маловероятно, что вернется. Спрашивать куда он дел своих питомцев не стала, наверно нашел куда. Вот так, приходите, я вам помогу, а сам уехал. Да чтоб его, я была
Спустя пару лет, я поняла, какую фатальную ошибку допустила. Стефан придумал сложную комбинацию, чтоб вытащить меня из мясорубки. Он надеялся, что у меня хватит мозгов догадаться, что к чему. К этой теме вернемся позже. В то время, я старалась найти выход, как сделать так, чтоб не оказаться опять в камере. Ради своего спасения многие готовы на подлость, я была не исключением. Если в отделе не знают где мой муж, и им его не достать, то значит нужно от него отречься. Позвонила в секретариат СС и попросила о приёме. В этот же день, я сидела у начальника отдела и подписывала бумажки: Готова сотрудничать - бла бла бла, отречение от мужа - бла бла бла. В гестапо тоже отметилась. Наговорила с три короба и ушла довольная сама собой. Через день сдала коллегу и соседа с потрохами. Ощущала ли я дискомфорт от того, что я сделала? Нет, я хотела жить и воспитывать детей. Я бегала в СС и Гестапо как на работу, писала доносы. Я добилась того, что меня начали отфутболивать. Даже намекнули, что нельзя быть такой подозрительной. На что я ответила: 'Что лучше на корню истреблять, чем дать разнестись заразе, и очень сожалею, что не увидела и не заметила, как муж прогнил. Моя бы воля сама бы его расстреляла. Если его найдут, то хочу быть в первых рядах во время казни, пусть видит, как его я ненавижу'. Минут пять расписывала, как нужно пытать человека, чтоб он осознал свои ошибки. Стенографист, аж покраснел, записывая мои рассуждения. Была ли я убедительна, или еще, какой фактор, но меня оставили в покое.
На работе я получила опять доступ к исследованиям, всё нормализовалось. Меня начали бояться, коллеги были очень осторожны, общаясь со мной. Лаборанты еле успевали, убирать отработанный материал. Их корёжило при одном только виде использованной серой массы.
Вначале марта 1945-го началась эвакуация. Все сотрудники степени допуска 'АБ' в С3 получили новые документы. У каждого было предписание, куда и как добраться, но у меня были свои планы. Последнее письмо отца, дало мне подсказку, куда мне стоит ехать. Воспользовавшись новыми документами, мы с детьми покинули Германию без проблем. В Швейцарии я сменила паспорт и поехала дальше. За год я меняла, раз пять паспорт. Детей пришлось оставить у дальней родственницы в Испании.
Ненависть, ненависть, ненависть. Да, я любила Гитлера, и когда его не стало, появилась ненависть. Ненависть держала меня на плоту. Ненависть помогла мне найти отца. Ненависть указала мне на мои ошибки, допущенные в расследование, связанные с делом мужа. Ненависть не затмила разум, а наоборот, пришло озарение. Ненависть сделала меня хладнокровной и дала толчок заново вернуться к ниточке, за которую я так и не дёрнула, чтоб размотать клубок.
Ошибка первая: Телеграмма.
'Mein Schatz. Glaube mir. Tut mir leid. I.l.b.d. Bis bald'
B - Buch - смотри в книгу, инструкция
Три точки в тексте, которых не должно быть. Одна точка, две точки, три точки - 1+2+3=6 теперь берём точки, что соответствуют правилам написания тел. Ещё четыре, итог: 6+4=10 десятые буквы в тексте с право налево Z-T-I-D
Хм...? Попробуем теперь с лева направо L-U-G-M
Z-T-I-D
L-U-G-M
ZLTUIGDM - берём книгу 'алфавит' для детей с картинками
Zebra Lupe Telefon Uhr Igel Gitarre Delfin Mond
Zebra - планы изменились
Lupe - я в опасности
Telefon - постараюсь выйти на связь
Uhr (часы) - смена инструкции, запасной вариант
Igel (ёжик) -
препятствия, смотри внимательно по сторонамGitarre - Noten - читать - слушать
Delfin - спасайся, уходи
Mond - общий ручной атлас
Почему в 1944 я не смогла расшифровать телеграмму, говорит о том, что я восприняла текст на эмоциональном уровне. Я обрадовалась что Стефан, попросил прощения, и что он даже специально телеграмму послал. Подчеркнуть, что он был не прав. Так я думала тогда, вместо того, чтоб вспомнить инструкции. Даже во время допроса, когда спросили, что означает буква 'Б' до меня не дошло, что Стефан применил условленный знак.
Ошибка вторая: В мастерской хозяин назвал клички собак - Neu и Plani.
Я еще тогда подумала, что за странные клички собак. Оказалось всё просто 'новый план'.
Ошибка третья: Я не осмотрела ошейник, в котором находилась шифровка.
Ошибка четвёртая: Шуруп - должен был служить поводом заехать ещё раз в мастерскую и передать ответ.
Картина в целом такая: Смысл телеграммы не разгадала, а когда расшифровала, было уже поздно. Новый план не приняла к сведению, шифровку не нашла, ответ не передала. Последнею возможность связаться с мужем, я профукала навсегда. С одной стороны всё обошлось и мне ничто не угрожало, с другой стороны я не узнала, что именно произошло, и почему Стефан 'бежал'.
Спустя долгие годы я нашла курьера и отправителя телеграммы.
Я долго думала, кому мог передать муж записку 'личного' характера чтоб он её послал и не спрашивал, почему он этого не делает сам. Значит, он ему доверял, и подчиненный скорей всего был в курсе дел. На допросе я поняла, что так называемый свидетель вне подозрений, шеф попросил он сделал.
Юрген, славный малый, преданный как пёс моему мужу. Об этом знала я, но в СС эта информация отсутствовала.
Юрген, информация к размышлению.
Кёнигсберг, идёт погрузка секретных материалов, что в ящиках не знает никто. Стефан нервничает, таким я его видел в первый и последний раз. Приказал мне удалиться и не появляться на месте погрузки. Он что-то узнал и ему это не нравилось.
Стефан оставляет меня в Кёнигсберге, а сам поехал сопровождать груз. Прощаясь, Стефан передал две записки. На словах сказал: 'Груз идёт в никуда, если я не выйду на связь в течение двух дней, отправишь телеграмму текст ?2, текст ?1 уничтожить'. На вопрос, что происходит? Был ответ: 'Поступил приказ всех солдатов расстрелять, кто принимал участие в погрузке. Убирают всех свидетелей. Думаю, от меня тоже захотят избавиться. Кто-то наверху играет в свои игры. Свидетелей, что ты тоже был во время погрузки, нет. Тут я подстраховался. Если тебя будут допрашивать, говори как есть, только забудь про вторую записку, это очень важно, так ты не попадешь под подозрение. Самое главное, передай сувенир Отто, я оставил его в надежном месте, и забудь про это. Верь мне, то, что я сказал, спасёт тебе жизнь, постарайся никому никогда об этом не говорить, сам поймёшь, когда начнётся'.
Я передал 'сувенир' пакет Отто в тот же день. Не знаю, что там было. Отто сразу уехал.
Я тогда вообще думал, как он хотел выходить со мной на связь? И что начнётся? Через два дня, когда меня вызвали в ССА и спросили, что я знаю о грузе? Естественно, я сказал, что я не в курсе. Задал вопрос: 'О каком грузе, идёт речь?'. Меня не стали дальше расспрашивать, и отпустили. Зачем вызывали, могли бы и так проверить, по записям, где я был и что делал, бред какой-то. И тут до меня дошло, что это и была весточка. В этот же день я послал телеграмму. Потом меня вызвали в СС, там уже спрашивали про телеграмму. Я сказал как есть, что записку передал Стефан, так как сам не успевал отправить. Я исполнял приказ, а что и почему меня не касается.
Шла какая-то игра между ССА и СС. Мне простому смертному было трудно понять, что происходит. Одно я понял, что в отделе ССА есть глаза и уши Стефана - преданный ему человек. И именно он вызвал меня тогда, и намекнул, что пора отправлять телеграмму ?2.
Не мой уровень, чтоб вникать в происходившие события. Я благодарен Стефану, что он спас мне жизнь. Он прикрыл меня со всех сторон, выводя из поля зрения.
Это всё что я могу тебе рассказать о Стефане в связи с его исчезновением.