Чтение онлайн

– Так, мы сейчас проверим, что у них там на зернотоку, а вы посидите там, на травке, под присмотром.

Второй омоновец ткнул стволом автомата в спину татуированному охраннику:

– Руки за голову. Вперед! Водила, руки на голову, за ним следом!

– Так мы что – арестованные? – повернув голову вполоборота, спросил водитель грузовика.

– Задержанный, не оборачиваться! – прикрикнул на него омоновец, шлепавший подошвами тяжелых ботинок по вытоптанной тропинке.

Перекинув автомат за спину, омоновец быстро вытащил из бокового набедренного кармана камуфляжного

Едва задержанные прошли по тропинке за широкий раскидистый куст, омоновец вскинул руку с пистолетом и, практически не целясь, выстрелил в затылок водителю.

Пуля прошла под основание черепа и, пробив лицевую часть, вместе с кровью, осколками костей и серыми брызгами мозга вышла наружу.

Татуированный охранник, услышав позади себя странный звук, успел обернуться. Он увидел собственную смерть своими глазами.

Быстрым профессиональным движением омоновец направил ствол пистолета ему в лоб и тут же нажал на спусковой крючок.

Труп охранника, залитый кровью и ошметками мозгового вещества, тяжело рухнул на мягкую зеленую траву рядом с трупом водителя, который при жизни был очень разговорчивым. Убийца, убедившись в том, что дело сделано грамотно, спрятал пистолет и быстрым шагом вернулся на дорогу.

– Порядок, – сказал он старшему.

– Садись за руль грузовика. Да униформу не забудь снять. Мы поедем впереди, не отставай.

Копельмана среди ночи разбудил телефонный звонок. Нащупав спросонья кнопку ночника, он включил свет.

– Ни днем, ни ночью покоя нет, – пробурчала супруга, отворачиваясь и накрывая голову подушкой.

– Спи, Миррочка, – успокоил ее Исаак Лазаревич.

Хотя он и ждал этого звонка, сердце его было неспокойно – как там все прошло?

– Слушаю.

– Исаак Лазаревич, – раздался взволнованный мужской голос, – это Дрейер звонит.

– Что у вас, Семен Семенович?

– Машина не пришла.

Не зря опасался Исаак Лазаревич. Шестое чувство его не обмануло.

– До ночи ждали. Решил вам позвонить, поставить в известность.

– Почему не пришла? Я же сам проследил за отправкой! Она должна была прийти не позже десяти часов вечера. Ничего не понимаю.

– Мы тоже, Исаак Лазаревич.

– Может, сломалась где-нибудь по дороге? Ладно, Семен Семенович, сколько у нас там еще сырья?

– На день работы.

– Вот и работайте, а я с утра разберусь.

Положив трубку на рычаг телефонного аппарата, стоявшего на столике рядом с кроватью, Исаак Лазаревич отбросил одеяло, сунул ноги в шлепанцы и поплелся на кухню.

– Куда ты, Изя? – прогундосила супруга.

– Мирра, я же тебе говорил – не морочь мне голову, и без тебя забот хватает.

– Завтра ты пожалеешь об этих словах, – угрожающе донеслось из-под подушки.

Копельман только раздраженно отмахнулся в ответ и вышел из спальни.

«Ай-яй-яй, как нехорошо, – подумал он. – Шестнадцать тонн сырья… По нашей технологии семьдесят тысяч бутылок минус накладные, туда-сюда… Ай-яй-яй, как нехорошо… тысячи долларов… Мне этот водитель сразу не понравился. Ой, как я промахнулся… А ведь к нему охрану посадили.

«Я чувствовал, нет, я знал – что-то должно случиться. Это все Панфилов, все он. А как иначе? Ему с бензином кто-то дорогу перебежал, он, конечно, сразу на меня подумал. Ай-яй-яй, как нехорошо… Вместо того чтобы встретиться, поговорить, он устраивает мне такую пакость со спиртом. Нет, вы только подумайте, кому он это устраивает? Мне – Изе Копельману, который чист перед ним, как младенец. Если до полудня машина не найдется, я буду что-то предпринимать».

Затушив окурок в пепельнице, Исаак Лазаревич подошел к двери на кухню и прислушался. Кажется, супруга все-таки заснула.

Достав из укромного уголка кухонного ящика полную бутылку коньяку, Копельман отвернул пробку и налил тридцать граммов в маленькую серебряную рюмочку. Проглотив коньяк одним глотком, он почмокал губами, стараясь дольше удержать во рту мягкий аромат «Метаксы». Затем, после некоторых сомнений, налил себе еще одну рюмку, выпил, спрятал бутылку и отправился спать.

В постель он лег, повернувшись к супруге спиной.

Днем в кабинет к Константину зашел начальник службы безопасности Семенков. Под мышкой он держал тонкую папку.

– Проходи, Владимир Иванович. Что удалось узнать?

Семенков сел за стол, открыл папку, разложил несколько листков бумаги.

– Не очень много, Константин Петрович, но пища для размышлений есть.

– Так я и думал.

– Взгляни-ка сюда.

Семенков подал Панфилову две бумаги.

– Это копии первых страниц учредительных документов. Одна фирма зарегистрирована в Москве, другая в Санкт-Петербурге.

Константин бегло просмотрел бумаги.

– Но здесь нет фамилии Володина. Учредитель-то в одном случае Шевелев, в другом – Крамаренко. Кто это такие?

– Шевелев Виктор Дмитриевич, – пояснил начальник службы безопасности, – отчим нашего дорогого Григория Валентиновича Володина, а с гражданкой Крамаренко все еще проще. Глянь-ка на имя-отчество.

– Светлана Моисеевна.

– Светлана Моисеевна Крамаренко – родная жена Володина. Это ее девичья фамилия.

– Вон оно что!

Глядя на документы, Константин машинально достал из ящика стола пачку «Кэмела» и закурил.

– Ты же вроде бросать собрался, – заметил Семенков.

– Собрался, да еще не бросил. Да… а ведь наш Гришаня, оказывается, совсем не промах.

– Я не уверен, что это все, – сказал Семенков. – Больше того, думаю, что это далеко не все. Чем больше контор, зарегистрированных на близких людей, тем свободнее руки. Деньги можно перебрасывать оттуда сюда, отсюда туда, потом законопатить их в какой-нибудь мелкой фирмочке, обналичить, а фирму закрыть.

– Допустим. Но за один раз много не снимешь. В чем смысл?

– Курочка по зернышку клюет, сыта бывает. Тут кусок оторвал, там чего-то хапнул, глядишь – изрядный куш получается.

– До сих пор я за ним ничего подобного не замечал.