Чтение онлайн

Мне стало безумно жаль Раллису. Пережить такое, а ещё говорить таким бесстрастным голосом… Наверное, за прошедшие 100 лет, она не так ярко чувствует утрату, либо у призраков притупляются эмоции, либо она просто смирилась с неизбежностью.

— Не трудно догадаться, что войну мы проиграли. Какими бы не были умными и опытными командиры, им не хватало организованности и координации действий. Было несколько выигранных сражений, но всё равно конец был близок. После смерти отца я убежала из королевства. Бежала долго, не оглядываясь. Я хотела в беге забыть, что увидела, но не могла. В лесу, где я упала от изнеможения и просто не могла двигаться, меня нашёл лесник. Он был грубым, потому что не узнал меня, и заставлял делать работу по дому. А я совсем ничего не умела: дома за меня всё делали слуги. Но я была благодарна, что он спас меня в лесу, поэтому искренне пыталась хоть чему-то научиться. Я провела у него зиму, а потом пошла дальше. Просто пошла. У меня было чувство, что

я здесь больше не нужна. Дальше всё было довольно глупо. Я нанялась убираться в доме одного безумного старика, который оказался магом. Он нещадно меня гонял, несколько раз я хотела убежать, но меня останавливало то, что мне некуда идти, а здесь тепло и кормят. Когда он напивался — бил меня. Больно. Но сразу как трезвел — лечил. Как-то раз он меня сильно толкнул, и я ударилась головой об угол стола. Боли я не почувствовала, от чего очень удивилась. Я не сразу поняла, что умерла. Я просто смотрела на своё безжизненное тело и не могла ничего понять. Маг тряс меня за плечи, рыдал, молил простить. Мой дух летал над ним. Я не знала, что делать. Внезапно он сорвался с места и побежал в комнату с разными реактивами. Через несколько минут вернулся, держа в руках колбу с жидкостью, которую сразу выпил. Несколько секунд ничего не происходило, а потом он приблизился ко мне духу и встал на колени. Он долго извинялся, обещал, что не будет меня бить, только что бы я вернулась в тело, но я не могла, я проходила сквозь кожу, волосы, одежду. Я сообщила ему об этом, не веря, что он услышит, но он услышал. Он попросил меня остаться с ним, и я согласилась, не знаю почему. Может всё по той же причине, что мне некуда было идти.

У меня навернулись слёзы. Я вообще редко плачу. На публику не счёт. Настоящие слёзы я лила крайне редко. Даже не помню, когда последний раз это было. Я взглянула на девушку: бесстрастное выражение лица, будто она не свою историю рассказывает, а просто сообщает что-то маловажное.

Кстати, у меня пропало ощущение сна.

— Как-то раз он ворвался в мою комнату. Радостный до безумия он держал в руках колбу, в которой что то шипело. Он сказал, что поможет мне обрести новое тело, только нужно меня к нему отнести. Мне была безразлична моя судьба, поэтому пожала плечами. Обрадованный, он плеснул на меня из колбы. Такой боли я никогда не испытывала. Мне казалось, что меня облили кислотой, и я плавлюсь. На самом деле я была близка к истине: мой невесомый призрачный образ превратился в жидкость. Маг подставил колбочку и я стекла туда. Он понёс меня в город, в Дом Радости. Догадываешься, что это за дом?

Я кивнула.

— Там он зашёл в комнату, где его ждала симпатичная девушка с тяжёлым взглядом и широкой искусственной похотливой улыбкой. Мне стало жаль её. Маг подошёл к ней попросил, чтобы она выпила с ним. Девушка не удивилась просьбе. Через некоторое время они придались утехам. Мне стало противно. Маг выронил колбу со мной, когда в порыве страсти срывал с себя одежду. Я заметила ещё в его доме, что я не прохожу сквозь эту склянку, как бывает с другими предметами. Я выбила пробку и вылетела наружу. Через несколько секунд я опять была нематериальным духом. Я плыла по Дому Радости, не замечая ничего вокруг. Я вернулась домой к магу, облетела помещение, заглянула в магическую лабораторию. Там на столе, подвешенный на хитрой конструкции сиял красивый сосуд в форме сосульки.

Я сообразила, что этот сосуд и есть моя старинная раритетная игрушка.

— Я залетела в него и… уснула. Не знаю, как это получилось, ведь призраки не спят. Очнулась я в той же сосульке в руках какой-то старухи. Она жадно прижимала меня к себе и что нечленораздельно бормотала под нос. Мне было ни сколько страшно, сколько противно. На лице у старухи гноились бородавки, передних зубов не было, может, и остальных тоже. Она сильно припадала на левую ногу, видимо, правая была как-то повреждена. Я успела всё это заметить, потому что она шла очень медленно и долго. Наконец, мы пришли к небольшой аккуратной охотничьей хижине. Вокруг тёмный лес. Хотя был ясный день, солнечные лучи не пробирались сквозь мрачные верхушки вековых сосен. Старуха похромала по ступенькам и толкнула дверь. Та легко поддалась и открылась. Обстановка внутри была самая обычная для домика охотника: топоры, луки и другое оружие валялось везде; шкуры зверей аккуратно сложены в углу, а на стенах жуткие морды лесных чудищ. Единственным, что не вписывалось в обстановку, был силуэт человека в плаще с капюшоном, сидевший в кресле у камина. Когда человек повернулся, и свет огня лизнул кожу, я чуть не закричала. Это была моя мать. Я хотела спросить, как она здесь очутилась, подбежать, обнять… Но, когда я услышала её голос, мне захотелось плакать. Холодный, отчуждённый, без эмоций. Моя мама была похожа на прекрасную куклу, которую дёргают за ниточки и говорят вместо неё. Я заплакала. Тихо, без всхлипов и шмыганья, чтобы меня не услышали. Мама потребовала сосульку. Старуха, низко кланяясь, на вытянутых руках протянула сосуд, затем, пятясь, покинула домик охотника. Я думала, что, соприкоснувшись с ней, почувствую тепло, но я ошиблась. Ничего, пустота, никаких

эмоций. Мама повертела в руках сосульку, внимательно рассматривая все детали, а потом сказала: «Сейчас это не то место, где ты должна находиться. Я отошлю тебя в другой мир. Ты проведёшь там сто лет, пока не найдёшь человека, чьё место здесь. Ты почувствуешь его, расскажешь о своей судьбе и отправишь в этот мир». Я оторопела. Она знает, что я здесь, она меня видит! «Мама!» — закричала я. Она меня не слышала, потому что читала заклинание. Я не знала, что она владеет магией. Последнее, что я помню — это её печальные глаза и маленький свёрток, который она засунула в сосульку.

Я додумала путь сосульки. Наверняка красивый сосудик нашёл какой-нибудь мастер ёлочных игрушек. Он решил сделать из неё новогоднее украшение. Интересно, где она была во время войны и почему не разбилась и не затерялась? Видимо, это судьба! Если дух предложит мне отправиться в тот мир, я соглашусь. Хотя… мои родители, друзья потеряют меня и будут скучать…Кого я обманываю? У меня настоящих друзей, поддерживающих в любую минуту, нет. Интересно, почему? Неужели у меня такой поганый характер? А родители? Может они заботятся обо мне по привычке, потому что так надо и правильно? Не знаю… Наверное, больше всего я буду жалеть, что не стану юристом. Это профессия — моё призвание. Так что получается? Меня здесь ничего не держит? Вот почему я ночами читала фэнтези и представляла, себя одним из персонажей! Вот почему я одинока, меня никто не понимает. Просто это не тот мир, в котором я должна находиться!

Мне вдруг стало грустно. А что если это ошибка, и я тешу себя несбыточными надеждами. Что если дух просто вышел со мной поболтать? Что если это вообще сон!!! У меня навернулись слёзы, и покраснел нос. Наверное, я не очень презентабельно выгляжу.

А тем временем Раллиса продолжала:

— Очнулась я, вися на ёлке. Рядом был накрыт стол, и сидели люди. Был какой-то праздник, потому что все улыбались и дарили друг другу подарки. Я провисела несколько дней, а потом меня убрали в коробку, где я спала большую часть года. Я не пыталась с ними заговорить, потому что они были мне безразличны, а мне было плохо из-за того, что я осталась совсем одна и никому не нужна. Утешало лишь то, что я могла забыться в коробке. Когда я проснулась в следующий раз, было темно, и заснула опять. Сквозь сон я слышала шум, что то похожее на то, как взрываются огненные шары.

Это, видимо, звуки взрывающихся гранат и бомбёжка Берлина, или ещё какого-нибудь немецкого города.

— Очнулась я сейчас, когда ты вытащила меня на свет. Я почувствовала странное, я даже не могу описать это ощущение, — она замолчала, задумавшись.

А я молила всех богов, все стихии и призрака, чтобы она предложила мне покинуть этот мир.

— Ну не могу я это описать. Первое, что я увидела, было твоё лицо. Оно было таким одухотворённым и искренне счастливым. Может быть, именно ты тот человек, которого я ищу. — Она внимательно на меня посмотрела. Её взгляд блуждал по моему лицу, будто пытаясь за что-то зацепиться. Наконец, её глаза остановились на моих. Я затаила дыхание.

— Не хочешь ли ты, Елена, отправиться в мой мир, чтобы занять там своё место?

Она все-таки это сказала. Сказала! Ура! Меня ждёт что-то необычное, резко отличающееся от того, что было прежде. В их мире есть магия. Надеюсь, я тоже буду ей владеть. А если нет? Вдруг моё место — это деревня, где я буду пасти овец, и доить коров? Фе… Но во мне теплилась надежда, что я буду играть более важную роль в судьбе того мира. Я решила не расспрашивать бедного призрака о моей роли, всё равно не знает, лучше спрошу, как мы туда попадём.

— Я очень хочу! Когда и как отправляемся?

Она очень удивилась, услышав мой скорый ответ.

— А не хочешь ли ты подумать? У тебя ведь здесь родные, друзья! Ты ведь сюда больше не вернёшься!

Я помедлила с ответом. Действительно, как то некрасиво получается. Меня ведь искать будут, переживать. Мне пришла в голову не очень приятная, необходимая в данной ситуации мысль.

— А можно сделать так, чтобы все, кто знает, или слышал обо мне, забыли, что я есть? Просто стереть воспоминания?

— Ты этого действительно хочешь?

Я не колебалась.

— Да.

Девушка вздохнула.

— Мне бы быть такой смелой, может быть, тогда я бы предотвратила смерть отца или последствия, которые она принесла… — бывшая принцесса грустно улыбнулась. — Да. Такое можно устроить. В той записке, что мне дала мама перед тем, как отправила меня сюда, написано заклинание, которое исполнит твоё желание. Я произнесу его, и в тот же миг ты перенесёшься в мой мир, а я, наконец, обрету покой.

— Я рада за тебя. Не могу представить, как это тяжело жить как призрак, не имея контакта с внешним миром. Когда тебя никто не слышит и не видит.

Она вопросительно подняла свою прозрачную бровь. Я махнула рукой, дескать, не важно.

Девушка кивнула и потянулась в сосульку за свитком. Он представлял собой маленький клочок бумаги, исписанный странными символами. Мне вдруг стукнула в голову мысль.

— А на каком языке я буду говорить? Как буду понимать других людей? И вообще. Опиши мне кратко свой мир!