Немира. Колесо судьбы
Шрифт:
– Не гони, батюшка! За помощью пришла. Беда в селе… – Немира вдруг смолкла и приоткрыла рот, не в силах отвести взгляда. Кожа на лице мужчины пошла рябью, точно вода на реке.
– Ну? – потребовал дальнейшего рассказа хозяин избы. В это мгновение меж четко очерченных губ показался язык. Длинный и раздвоенный, как у змеи! Гостья попятилась. – Говори или ступай прочь!
Немира только хлопала глазами, не в силах отвести взгляда от плотно сомкнутого рта. Показалось? Иль взаправду? И только когда дверь вдруг стала смыкаться, ее прорвало словно плотину:
– Всадники! На нас всадники напали! Людей убили! Яринку! Мамку! Избы пожгли! За мной по пятам следуют!
– Меня это не касается.
Дверь снова стала закрываться.
– Как?.. – опешила Немира, вовремя подставив ступню. Она допускала, что прием может оказаться прохладным. Но не безразличным же. Да еще настолько! – Как это не касается?!
– Я не ввязываюсь в дела людей, – лик хозяина избы вдруг застыл, точно вырезанный из древесины.
– Ты же ведьмарь! Разве не к тебе за помощью ходят?
– Мой удел защищать людей от нечистиков да нежити. Междоусобицы разрешайте сами.
– Но… – Немира едва не задохнулась от негодования. – Неужто тебе все равно?! Как же селяне?
– Им все равно уже ничем не помочь.
– А как же я?
– Ступай к леснику. Он вроде дядька твой, – ведьмарь сглотнул, вытянув шею, которая вдруг покрылась струпьями, будто чешуей, и тут же снова разгладилась.
– К Трувару? Ни за что! Он меня… он меня… – Кровь кипятком прилила к лику.
Уж лучше прямиком всадникам сдаться! Немира хорошо помнила, словно то вчера случилось, как бесстыдник лесник снасильничать над ней пытался. Хорошо, один добрый человек хитрому приему обучил, да оглобля справная вовремя подвернулась. И поделом, что Трувар потом седмицу с лавки подняться не мог!
– Некуда мне податься!
– Уходи, – повторил ведьмарь. Его голубые очи уже переменились на ярко-желтые. По коже снова пробежала волна. Не чудится! Никак колдует…
– Но ведь уже темно, – она с тревогой оглянулась на зловещий ночной лес. – Дозволь хоть переночевать у тебя.
– Нет! – рявкнул хозяин избы и обхватил ладонями горло, точно пытался себя задушить.
Немира вдруг осознала, что «пустыми» к ведьмарям не ходят. Потянулась к груди, где болтался амулет, но тут же припомнила просьбу родительницы и сняла сережку.
– Вот возьми, – протянула она серебряную капельку, что мамка на шестую весну даровала. Ухватилась за второе ухо, но другой сережки не нашла. Потеряла!
Ведьмарь отмахнулся от подношения, да так, что выбил украшение с ладони, и то, описав в воздухе сверкающую дугу, улетело куда-то в траву. По суровому лицу снова прокатилась волна.
– Убирайся! Не то я тебя в жабу оберну!
Немира в страхе отступила. Дверь громко захлопнулась.
Неманос не раз рассказывал, как ведьмарь его в гадюку хотел претворить. И однажды даже руку с колдовством занес, да только меж ними огромный черный кот вовремя пробежал. Вот ведьмарь и отступил. По разумению Неманоса, то сам Варгин [6] был, на сторону человека встал.
6
Варгин – кошачий король, имел огромные размеры и блестящую черную шерсть.
На этот раз на подмогу человеку никто не спешил. Немира спустилась с крыльца, но выходить из светового круга не спешила. Черные дебри выглядели такими враждебными. Нечистики, всадники… Кто ведает, что лес еще прячет под своей сенью? Где-то на болоте снова взревел багник. Ее передернуло. Нет… Лучше уж тут. Все равно идти больше некуда. Только, пожалуй, хлев все ж лучше сырой земли будет. Авось повезет, и там сено найдется.
Сделав
пару шагов к невысокому строению, Немира вспомнила об отвергнутом даре и, присев на корточки, принялась всматриваться в траву. И хотя свет так и лил из избы, а все ж отыскать крохотную сережку не удалось, даже прошерстив рукой жухлый ковер. Жаль… Это было то немногое, что осталось от мамки. Нет чтобы просто отказаться, так размахался своими ручищами! Немира исподлобья глянула на избу, надеясь, что ведьмарь сумеет даже через стену почувствовать, что она о нем думает. Дом ответил ужасающим рокотом. Гостья от неожиданности плюхнулась на зад, затем перекатилась на четвереньки и поскорей поползла к хлеву.К счастью, строение оказалось не заперто. Немира встала и осторожно проскользнула внутрь. Придерживая дверь, всмотрелась в темноту, прислушалась. Надо ж проверить, кого хозяин тут держит, мало ль, нечистика приютил иль того хуже – нежить. Строение молчало. Однако чутье подсказывало: тут кто-то затаился, да не один. Словно только что хлев полнился разговорами да весельем, а лишь стоило ей порог перешагнуть, как все разом смолкло и воззрилось на незваную гостью.
– Здравствуй, хлевник. Дозволь у тебя ночь переждать, – Немира коснулась пальцами земляного пола в низком поклоне. Никто не отозвался, но настойчивое ощущение, что тут кто-то есть, вмиг испарилось. Немира присмотрела пышную горку из сена и осторожно двинулась к ней. Опустилась на мягкую подстилку и вздохнула. Сняла с плеч пустой узелок и подивилась, насколько тот вдруг отяжелел. Хотела было снова к двери вернуться, посмотреть, что в нем, но аромат и без света все рассказал: жареный коровий хлеб. Никак дедушка лесун умудрился свою долю грибов тихонечко подложить. Да десяток орешков в придачу. И как только она раньше не почуяла? Колдовство…
Споро расправившись со смачными гостинцами, она поглубже закопалась в душистое сено и, свернувшись калачиком, прикрыла веки. Усталость навалилась валуном – и сознание моментально провалилось в сон. Да такой крепкий, что Немира не чувствовала холода, который принесла с собой осенняя ночь. Не слышала, как тряслась и содрогалась изба ведьмаря да диким ором гнала прочь птиц и зверей. Не чуяла, как под утро в хлев заявился и сам хозяин. Не ощущала на себе его долгий взгляд и тяжелое одеяло, что опустилось на ее хрупкое тельце.
Костер горел ярко, согревая озябших людей и надежно охраняя их покой от незваных гостей. Разомлевший Рьят с трудом держался, чтоб не поддаться сну и не смежить веки. Всего ведь час надобно продержаться. А не выйдет – Лисица живьем шкуру сдерет. Но ветки так успокаивающе потрескивали, ветерок так убаюкивающе трепал рыжую шевелюру, что очи сомкнулись сами собой.
– Эй, милок, – разбудил его чей-то шепот. Кто-то потрепал по плечу. Дозорный резко вскочил на ноги и по выработанной годами привычке обнажил меч. Мутный взор обвел поляну, на которой тихо-мирно спали подельники. Ну, тихо-мирно, конечно, относительно. Кругом княжил художественный храп всех мастей. И какой смысл в дозоре, если он один был способен отогнать всю здешнюю нечисть да нежить верст на десять?
– Успокойся, я это. – На бородавчатом лике ведьмы расцвела беззубая улыбка.
– Чего тебе надобно? – недовольно буркнул Рьят и, спрятав меч, вернулся на пень. Как водится, благодарить Югу за сохранение кожи на собственном теле он и не помыслил.
– Вот, чаечку тебе заварила.
– Убери свое пойло. Нашла дурака, – скривился тот, грубо отведя от себя узловатую кисть, стискивавшую сосуд.
– Зря ты так. – Губы обиженно выгнулись. – Я ведь помочь хочу.
– С чего бы? – Рьят старательно вглядывался в огонь и ворочал подобранной палкой поленья.