Некроманс. Opus 1
Шрифт:
– В этом я уже убедилась, – бесцветным голосом подтвердила Ева.
– Так что ты свергнешь королеву после победы над драконом, – закончил некромант.
– Зачем?
– Таково твоё предназначение.
– А кроме этого?
Герберт воззрился на неё с искренним недоумением.
– Должно быть что-то кроме?
– Я так поняла, твоя тётушка – злобный тиран. От тиранов лучше держаться подальше. Они обычно живучие, зато те, кто на них покушается, в большинстве случаев плохо кончают. Я не ассасин и не испытываю особого энтузиазма при мысли о том, что мне придётся кого-то убить. Иногда хочется, – вспомнив недавнее желание освоить методы инквизиции, честно признала Ева, – но не думаю, что у меня хватило бы духа, когда дело… дошло бы до
– Об убийстве никто не говорит! – В голосе её собеседника прорезались нотки, режущие слух ледяной крошкой. – Айрес – моя семья. Моя кровь. Я хочу, чтобы она оставила трон, не более.
– Прости, но ваши трогательные семейные взаимоотношения меня всё равно не вдохновляют.
Взгляд Герберта, задумчиво щёлкавшего костяшками длинных пальцев, сделался почти оценивающим.
– Она знает, как оживить тебя. И как вернуть домой.
Ева внимательно посмотрела на него.
– Знаешь, почему-то я тебе не верю, – с сомнением произнесла она пару секунд спустя.
– Жаль, – откликнулся некромант без всякого сожаления. – Согласись, это стало бы для тебя хорошей мотивацией.
– Лживой мотивацией.
– Попытаться стоило. – Он откинулся на спинку кресла. – Я не знаю, известно ли ей это. Но если кому-то в Керфи это известно, то ей.
– Знаешь, я лучше поищу способ ожить в других источниках. Без такого риска. Наверняка где-нибудь в библиотеках есть магические талмуды, в которых…
– И раз уж более цивилизованные мотивы не являются для тебя достойными, возможно, тебя порадует шанс отомстить.
– Отомстить? За…
Ева осеклась, когда разрозненные мысли, фразы и факты вдруг сложились в единый пазл.
– Она убила меня. Королева. Твоя тётя. – Произнести это вслух оказалось крайне странно. – Она знала о пророчестве. Знала, когда я приду. И убила меня, чтобы оно не воплотилось.
– А в отместку ты свергнешь её. Так гласит пророчество, и, поверь мне, так будет, – непререкаемо закончил Герберт. – Надеюсь, это тебя мотивирует?
Ева посмотрела на него исподлобья.
Пазл в голове продолжал собираться, и кое-какие выводы её совершенно не радовали.
– Согласно пророчеству я стану невестой истинного короля, – сказала она, озвучивая простую логическую цепочку. – Ты – наследник королевы. Наследник, который хочет её свергнуть. Не с тобой ли случайно я должна обручиться?
Эльен, до того очень успешно изображавший просто тень у камина, как-то странно кашлянул.
– Я понимаю, что тема свадьбы начинает волновать девочек, как только они обретают способность волноваться и познают значение слова «свадьба», но об этом тебе пока беспокоиться не стоит. – Сухой, как старый пергамент, голос некроманта очень ясно подсказал: развитие темы его не порадует. – Перед всей этой свадебной ерундой у нас будет много других хлопот.
Возможно, в иной ситуации Еву смягчил бы факт, что тема помолвки явно воодушевляет Герберта не больше неё самой. Может, даже насторожил бы.
Однако сейчас о его чувствах Ева склонна была думать в последнюю очередь.
– Так это ты! – Опершись ладонями на стол, она гневно вскочила на ноги. – Ты… ты хочешь сесть на престол, хочешь править сам! Вот зачем я тебе нужна! Я для тебя – Экскалибур на ножках! – Или это не его Артур вытащил из камня? Ева внезапно задумалась. Там же ещё была какая-то озёрная дева с каким-то мечом… Впрочем, сейчас это определённо было не самым актуальным вопросом. – Народ знает о пророчестве и ждёт моего прихода, так? И если я свергну королеву и убью дракона, а потом обручусь с тобой, никто не посмеет усомниться, что ты и есть тот самый «истинный король»!
– Надо же, – протянул некромант. – Быстро поняла. – Он вновь взялся за вилку. – Похоже, ты всё-таки умнее, чем кажешься. Но позволь узнать, что вызвало в тебе такое возмущение?
Ева стояла, удерживая на языке всё, что ей хотелось
высказать по этому поводу. Посмотрела на Эльена, взор которого был почти страдальческим.Опустила взгляд на свои ладони, непроизвольно сжавшиеся в кулаки.
– Я не хочу во всём этом участвовать, – произнесла она наконец.
– Ожидаемо. Но видишь ли, я тебя поднял, и ты выполнишь любой приказ, который я тебе отдам, – сказал Герберт прохладно. – Учитывая то, что тебе предстоит, я не хочу превращать тебя в зомбированную куклу. Нам и без того придётся скрывать факт твоей смерти: мёртвая спасительница может вызвать… предубеждение. Однако суть в том, что ты исполнишь предначертанное и ты будешь сотрудничать со мной, и я рассчитываю, что ты окажешься достаточно благоразумной, чтобы сделать это добровольно. Потому что иначе ты всё равно это сделаешь, просто с лишней морокой для меня и страданиями для себя. – Он отстранённо подцепил серебряными зубчиками кусок безнадёжно остывшей колбаски. – Так что мы изменим мир. Ты и я.
– И выбора у меня нет.
– Никакого.
Глядя, как некромант безразлично дожёвывает свой завтрак, Ева подумала. Ещё подумала.
Разжала кулаки, вонзив ногти в пергамент старой карты.
Очень мило улыбнулась.
– Ладно, – сказала она. – Думаю, мы поладим.
Глава 3
Infurianto [4]
Следующей ночью Ева впервые попыталась убежать.
На успех она не рассчитывала, но Дерозе и прочие пожитки на всякий случай прихватила. В шкафу нашёлся плащ, окутавший её фигурку с головы до ног (нечего смущать местных странным нарядом, а людей королевы – потенциально подозрительным лицом). Там же обнаружилась просторная замшевая сумка на длинном ремне: в неё отправился серебряный подсвечник, который Ева надеялась заложить в ближайшем ломбарде, если в этом мире они существовали.
4
Гневно (муз.).
Тихо спустившись на первый этаж, девушка проследовала к выходу из замка. Пройдя через внутренний двор – брусчатую площадь с колодцем посредине, – сквозь каменную арку вышла в крайне запущенный сад.
Вглядываясь в непроглядную тьму, резко взмахнула правой рукой, точно отражая невидимый удар.
Ничего.
– Ну давай!
Вторая попытка призвать необходимое тоже не увенчалась успехом.
Покосившись на освещённые окна, горевшие за спиной тревожными сигналами, Ева досадливо сжала пальцы.
– Если ты считаешь, что сейчас мне не надо себя защищать, ты неправ, – сказала она, увещевая пустоту. – Я собираюсь спуститься к воротам через очень тёмное место, которое прежде видела только из окна. При таком раскладе споткнуться и свернуть себе шею – раз плюнуть. Я, конечно, и так почти мертва, но быть мертвецом со свёрнутой шеей определённо печальнее, чем с целой. Творить какие-нибудь волшебные фонарики, если они и есть, я пока не умею. Так что ты мне очень нужен. Появись, ладно?
Сосредоточилась, махнула рукой в третий раз… и удовлетворённо воззрилась на то, что появилось в ладони, разогнав тьму ровным голубоватым светом.
К сожалению или к счастью, но ночи предшествовал долгий день, а на пути к желанной короне некромант не желал терять ни минуты, так что после завтрака немедленно принялся лепить из Евы спасительницу всея Керфи.
– Для нормального обучения магии времени слишком мало. Придётся не учить тебя, а натаскивать, – с привычной брезгливостью и брюзгливостью бросил Герберт, приведя её в зал, отведённый для магических тренировок. – Освоишь владение стихийным оружием, пару щитов, несколько боевых заклинаний – тебе этого хватит.