Нефрит. Огонь. Золото
Шрифт:
Феникс убирает коготь, и боль в моей голове рассеивается. Согнувшись пополам, я кладу руки на бедра и заставляю себя дышать. Заставляю себя забыть все снова.
«Сколько еще ты готов потерять, дитя?» – мягко вопрошает феникс.
– Я уже всего лишился. – Опускаю голову, понимая горькую правду своих слов. – Мне больше нечего терять.
Феникс хлопает крыльями, и созданный ими порыв ветра отбрасывает меня назад. Я закрываю руками лицо, чтобы уберечься от песка, но ни единая песчинка не поднимается в воздух.
«Ты хочешь быть императором. Но
Феникс медленно моргает, и я вижу в его глазах сгорающий в пламени мир.
«Жизнь хрупка, и твоя ладонь может стать как убежищем, так и клеткой. Ты уверен, что готов к этому?»
Я встречаю его пылающий взгляд.
– Да.
«Очень хорошо. Но все имеет свою цену, и твой выбор будет оплачен кровью. Тебе станет трудно дорожить тем, что представляет для тебя наибольшую ценность».
Духовный Зверь снова моргает. Из его глаза вытекает одинокая слеза и лопается, забрызгивая мне лицо. Ноздри щекочет запах свежей травы и меда. Мне делается дурно: ноги слабеют, перед глазами все плывет…
Алтан!
Я под водой. На этот раз действительно просыпаюсь. Мои легкие сжимаются. Не могу дышать. Выныриваю на поверхность, с жадностью хватая ртом воздух. Оказывается, я недалеко от края бассейна, поэтому подплываю к нему и, кашляя, выбираюсь на сухую землю.
Что случилось? Я не помню погружения в источник. Казалось, что я заснул, и мне приснился Духовный Зверь. Но, похоже, я встретился с ним наяву. А голос, который вытянул меня из бессознательного состояния… Я думал, что он принадлежит маме или сестре, но на самом деле он звучит по-другому. Как будто меня позвал кто-то отдаленно знакомый. Перед мысленным взором мелькает лицо девушки из пустыни, но этот образ быстро исчезает, и мне остается лишь разлитый в воздухе запах зелени и меда и голос Духовного Зверя в голове:
«Все имеет свою цену, и твой выбор будет оплачен кровью».
Тан Вэй поднимает лицо от еды и глядит на меня, не веря своим глазам.
– Ты жив.
Я устало опускаю оружие.
– Я думал, ты обрадуешься.
– Я радуюсь. Но тебя так долго не было. Я просто…
– Разочарована, что не представится случая сказать моему трупу: «Я же тебя предупреждала!»
– Ой, замолчи! Я так волновалась. Не следовало мне оставлять тебя там одного. – Она поднимается на ноги и обхватывает меня руками.
Я обнимаю ее в ответ. Вот уж не думал, что столь сильно окажусь рад ее видеть, но это так. В конце концов она отпускает меня и садится обратно, утирая глаза тыльной стороной ладони.
– Ты плачешь? – поддразниваю я.
Тан Вэй отворачивается от меня, громко шмыгая носом.
– Нет.
Я не могу не посмеяться над ее очевидной ложью.
– Посмотри на меня. Я в порядке.
Мой желудок урчит от голода, и это вызывает у нее улыбку.
–
Заткнись и ешь. Ты, наверное, умираешь с голоду, – добродушно ворчит она.Я сажусь на деревянную скамью напротив подруги, придвигаю к себе миски и принимаюсь с жадностью поедать рис с тушеной свининой.
Тан Вэй наклоняется ближе и спрашивает, понизив голос:
– Ты нашел феникса?
– Ммм, – говорю я, запихивая в рот очередную порцию риса.
– Получил желаемое?
– Думаю, да. Узнаю наверняка, когда встречусь с Похитителем Жизни и он обратит против меня свою магию.
Ее лицо бледнеет.
– Все будет хорошо.
Я обвожу взглядом столовую этого убогого постоялого двора. Подавальщик удалился на кухню, а сам хозяин стоит у кассы, подремывая в тусклом свете лампы. Двое других посетителей – местные, я полагаю – сидят с красными лицами. Они так много выпили, что скоро отключатся, не успев ничего подслушать. Иными словами, обстановка располагает к спокойной беседе. Я быстро доедаю остатки пищи, запиваю горячим чаем и рассказываю Тан Вэй о том, что случилось с фениксом.
Она не произносит ни слова. Даже не поигрывает кинжалами. Спустя несколько минут такого молчания я не выдерживаю и толкаю ее локтем.
– С тобой все в порядке?
– Я думаю.
– О чем?
– О наших дальнейших действиях, – отвечает она. – Мастер Сунь договорился о встрече с доверенным лицом на юге. Они заинтересованы в предполагаемом союзе с нами. Через двенадцать дней мы встретимся под прикрытием похорон Гао Луна. Если завтра тронемся в путь, то успеем добраться до Бэйшоу вовремя.
Я едва не роняю палочки. Траур закончится через двенадцать дней? Неужели я пробыл на горе так долго? Похоже, в источнике Цзюй время течет по-иному. Должно быть, я застрял в пещере дольше, чем казалось.
Ощущаю на себе взгляд Тан Вэй.
– Что случилось? Есть что-то еще?
– Ты кажешься другим, вот и все. – В ее взгляде снова появляется странное выражение. – Как ты думаешь, что это будет за жертва?
Я верчу в руках палочки. Этот же вопрос мучил меня с тех пор, как я покинул пещеру в горах Удин.
«Твой выбор будет оплачен кровью. Тебе станет трудно дорожить тем, что представляет для тебя наибольшую ценность».
– Не знаю. Сначала думал, что потеряю магию, но я проверял, и она все еще при мне.
– Разве магия и есть то, что представляет для тебя наибольшую ценность?
– Разумеется.
На этом Тан Вэй прекращает расспросы. Я чувствую, что она не согласна со мной, но что еще это может быть? Без магии я не смогу отомстить за свою семью.
Для меня в мире нет ничего ценнее магии.
Глава 14
Ан
В конце лета послеполуденное солнце жарит так немилосердно, а воздух так влажен, что мои волосы никак не хотят держаться в прическе. Вот и сегодня они распустились и прилипли ко лбу. Я провожу по нему рукавом и морщусь при виде смазанной пудры, которую Линьси так тщательно нанесла мне на кожу ранее.
Лейе стоит неподалеку, наблюдая за каждым моим движением.
– Еще раз.
Вздохнув, я делаю глубокий вдох и сосредотачиваюсь. Весь день на столе передо мной стоит бело-голубая ваза с хризантемами: яркими, радующими взор, свежими.