Чтение онлайн

Тот покачал головой.

– Зачем мне эта морока? Уложить я тебя уложу, но - хлопотно. Бегай по всему лесу, как Шварценеггер. У меня жизнь спокойная, сытая. Монету хорошую платят. К чему суетиться? А что идти дальше не хочешь - твое дело. И других далеко не водили. Потом прикопаем, чтобы труднее искать было.

– Хрен с тобой, козел, раз ты такой бздливый! Очко заиграло - по-честному драться? Телохранитель только покачал головой.

– Этим меня не проймешь. Я тебе не урка какой-нибудь, на "козла" не обижаюсь. Сигарету хочешь напоследок

Никита достал пачку, несколько раз крутнул колесико зажигалки. Так и не собрался получше купить, все то же китайское барахло. Про себя он решил, что раз уж выпадает погибать, то надо хоть колом каким-то огреть этого гада. Вот и сук подходящий валяется. Если прыгнуть внезапно, есть шанс. Как известно, ни одна пуля не убивает мгновенно. Черт, как не вовремя он попался!

Палач поторопил:

– Ну, докуривай, мне бежать надо.

Так обыденно у него эти слова прозвучали!

Никита буркнул:

– Ничего, подождешь. Мне торопиться некуда.

А сам сделал маленький, почти незаметный шаг в сторону, приближаясь к намеченной дубине. Последний раз затянулся, глубоко вздохнул и готов был уже ринуться, когда в утренней тишине вдруг громом прозвучала команда:

– Стоять! Брось оружие! Милиция!

Телохранитель дернулся от неожиданности, повернулся на голос, поднимая пистолет. Звонко ударил выстрел, и, не закончив поворота, он стал заваливаться лицом вперед в мелкий кустарник, росший тут повсюду.

Никита, мгновенно упавший на землю, чтобы не попасть под случайную пулю, поднял голову. Из-за дерева вышел Шарипов, дунул в ствол пистолета, как заправский ковбой, сунул его в кобуру и протянул спасенному руку.

– Поднимайтесь, Никита Павлович! С избавленьицем вас от смерти неминучей!

– Да уж!
– сказал Никита, отряхивая колени.
– Вовремя вы. Этот идиот точно застрелил бы. Кстати, дайте своим людям задание поискать здесь получше. Как я понял, они на это место еще людей водили.

– Обязательно проверим. Может, и откопаем что-то. А теперь скажите: что вы тут делаете? Нервы пощекотать захотелось? Подручные Нешина уже с ног сбились, вас ищут.

– Нет, это вы сначала скажите, как удалось меня здесь обнаружить?

– На то я и начальник. Сейчас начальниками редко дураки становятся. А почему именно здесь оказался - совсем просто. Небезызвестная вам гражданка Шестокрылова позвонила в управление и сообщила, что жить авантюристу Шереметьеву осталось совсем чуть-чуть. Оттуда сообщили мне в машину, которая стояла поблизости. Вот и сложилось.

– Она так и сказала - авантюристу?
– не поверил Никита.

– Нет, конечно. Дамочка души, видимо, в вас не чает. Авантюристом гражданина Шереметьева я считаю. С полным на то основанием. Послушайте, очередной раз спрашиваю: оно вам надо? Ведь чуть не шлепнули. И уже который раз. Судьбу нельзя столько испытывать.

– Теперь точно надо. Видите ли, у меня человеческое достоинство появилось. Я ведь не котенок какой-нибудь, со мной так обращаться нельзя. Вы вот тоже

– Этот подонок моего человека зарезал. Причем не очень скрываясь. Даже отпечатки пальцев оставил.

Шарипов присел, перевернул убитого на спину.

– Могилев Семен Германович, двадцать семь лет, холост, дважды был под следствием, освобожден за недостаточностью улик. Великолепно владеет приемами рукопашного боя, различными видами оружия. Поэтому и стрелял я сразу на поражение. Остапенко ему прощать никак нельзя было. А начнись судебная тягомотина, он вообще сухим из воды вышел бы. Случались уже прецеденты. Вы, кажется, недовольны, что я эту мразь пристрелил?

– Ну что вы, как можно! Я преисполнен искренней благодарности, но просто недоумеваю: так яро открещивались от участия, и на тебе!

Никита тоже присел на корточки, достал из кармана телохранителя свой пистолет.

– Надеюсь, оружие отбирать не будете? Оно мне очень нужно. Сами понимаете, тяжело в нашей деревне без "нагана".

– Много ваша пушка помогла сегодня, - проворчал Шарипов.
– Теперь тайны убежища не существует. Для меня по крайней мере. Намереваетесь туда вернуться?

– А куда же мне еще деваться?

– К примеру, под мою охрану. Хотя вы же моим людям не доверяете.

– Скажем лучше, не уверен в их надежности. Софья Сергеевна не говорила по телефону, что я у нее прячусь? У немцев есть такая поговорка: "Что знают двое, знает и свинья". На их языке это складнее получается, но суть та же. Очень мне не хочется, чтобы Носорогу сообщили, что по соседству проживает страстно вожделеемый им школьный приятель.

– Нет, успокойтесь, ничего такого она не сболтнула. Можете и дальше прятаться. А поговорка хорошая, обязательно запомню, спасибо. Поторопитесь, чтобы еще одного неприятного свидания не произошло.

– А он?
– кивнул на труп Никита.

– Пусть здесь поваляется. Потом мои люди заберут. Вы у своей подружки спрашивали насчет наследства?

– Конечно! И она точно такого же мнения, как и я. Но есть одно затруднение. По приказу Нешина убили ее отца. А это оставить просто так она не хочет.

Никита рассказал о признании Л.М.

– Порекомендуйте обратиться ко мне. Есть хорошие новости. Можно сделать сразу два добрых дела.

– Каких же?

– Я ей сам расскажу. Вы пока сидите и носа не высовывайте.

– Всегда думал, что милиция с бандитами старается жить в мире.

Шарипов резко остановился.

– Послушайте, Никита Павлович! Может быть, хватит меня кусать? Милиционеры разными бывают. Слышали такой термин: правовое государство? Если мы будем стрелять во всякого, кто кажется подозрительным, то ничего путного не выйдет. Вот вы сказали про убийство Серетина по приказу Нешина. А доказательства у вас есть? То-то и оно. Ни улик, ни свидетелей. Ваше слово не многого стоит в суде.

– Но Могилева застрелили?