Чтение онлайн

Когда дышать стало больно, только тогда я поняла, что рыдаю, бьюсь в истерики, свернувшись клубком в душе.

Сильные, теплые руки кого-то выхватили меня и прижали к себе.

— Тише, малышка, тише! — шептал такой знакомый голос с небольшой хрипотцой.

Меня била нервная дрожь и я прижалась к горячей груди, слышала гулкое сердцебиение мужчины, вдыхала аромат его духов.

— Денис, — позвала я своего спасителя.

Ответом мне послужил лишь тяжелый вздох и махровое полотенце, которым укрыли мое обнаженное тело. А я ведь до этого момента и не

вспомнила о своей наготе, но да, так теплее и уютнее в коконе из полотенца и в плотном кольце сильных рук.

Нет, слишком живым был мужчина рядом, чтобы так крепко держать меня.

Медленно подняв глаза я встретилась взглядом с совершенно другим мужчиной. Антон.

– Побоялся оставлять тебя одну. Спал на диване. — отчитался он, все еще удерживая меня в своих объятиях.

– Спасибо. — прикрыв глаза, я прижалась теснее. Мне нужно его тепло, стук живого сердца, мне надоело храбриться. Я не сильная и не храбрая, я такая, как есть.

– Спасибо, — повторила я, когда Антон подхватил меня на руки и вынес из душной ванной. Дышать там и вправду было не легко, слишком много пара я напустила.

Опустив меня на кровать Антон не отодвинулся. Он остался нависать надо мной и смотреть в лицо. Мужчина словно с духом собирался, а затем прошептав “прости” наклонился и поцеловал.

Никто не целовал меня после Дениса, никому не позволяла этого, а сейчас вместо того, чтобы оттолкнуть, я застыла. Мягкие губы бережно накрыли мои, Антон не пытался всунуть язык мне в рот, не давил напором. Он терпеливо ждал, когда я оттаю и либо влеплю ему пощечину, либо приоткрою сама губы, подпуская ближе.

Антон обозначил свой мужской интерес и предоставил мне право выбора. Вчера я оттолкнула бы, еще вечером возмутилась бы, а сейчас я так отчаянно нуждаюсь в ком-то, кому могу доверять.

За последние месяцы Антон стал для меня таким человеком. Я сделала робкую попытку и приоткрыла губы, позволяя углубить поцелуй.

— Не закрывай глаза, пожалуйста. Я хочу знать, что ты со мной…

Антону не нужно продолжать свою мысль. Он боится стать заменой Дениса, мужчина не знает, что и я страшусь того же.

Взгляд Антона не отпускаел, а его язык кружил у меня во рту, он то нежно посасываел мою губу, то врываелся и чуть ли не брал меня языком. Внезапно я ожила, впервые почувствовала острое желание. Не могу поверить, но я хочу его! Конечно, я не готова заняться сексом, но мое тело жаждет Антона! Это невероятно. Мне казалось, что я стала фригидной, не способной больше получать удовольствие. Однако, мой психолог оказалась права, я наказывала себя, не позволяла себе чувствовать, жить полноценной жизнью, потому что в ней нет Дениса. Мой разум считал, что я не заслуживаю на такие удовольствия, что этим предам Дениса.

Антон вдруг остановился у уткнулся своим лбом в мой.

— Я безумно тебя хочу, настолько, что если продолжу, то уже не остановлюсь. — его голос охрип, но от этого стал еще секусуальнее, он словно ласкал меня.

— Я…

— Знаю, поэтому я пойду готовить нам завтрак, а ты одевайся и приходи в кухню.

Мужчина отстронился

и мне резко стало холодно. Я хотела удержать его рядлм, но не посмела играть с чувствами близкого мне человека. Я не готова перенести наши отношения из дружеских в… нет, не любовные. Вряд ли я смогу когда-то вновь испытать это чувство, речь идет лишь о сексуальном удоволетворение.

Антон стремительно вышел из спальни, а я прикрыла глаза. Мне хотелось, чтобы он не останавливался. Часть меня требовала рискнуть, вернуться к полноценной жизни. Другая, более осторожная, просила не спешить, а мой малыш шевельнулся и все печали ушли на второй план.

Кем бы не был отец моей дочки, я уже ее люблю и жду. Все равно какой цвет волос или глаз будет у Снежки, она мое маленькое чудо, которое дало мне силы двигаться дальше. Я не предам ее. Никогда!

Юля

Отец встречал меня у подъезда, переминаясь с ноги на ногу. Стоило такси остановиться, как он поспешил ко мне. Сильные, заботливые объятия папы настолько расчувствовали меня, что на глазах выступили слезы. Я словно почувствовала себя опять маленькой девочкой, у которой есть большой, сильный защитник.

— Ты дома, — прошептал отец и чмокнув меня в макушку, принял у водителя мои чемоданы. — Пошли, мама уже ждет тебя. Она хочет кое-что тебе показать.

Войдя в квартир, я заметила маму на кресле. Она ждала меня. Она улыбалась! Она сказала мне “привет”!

Теперь я не скрывала слезы, обнимая маму и целуя ее руки.

Дом ждал меня, город скучал за мной, я вернулась, как странник, прошагав полземли, чтобы в родном краю найти то, что так искал в пути — смысл жизни, секрет счастья, план жизни.

— Я позвонил, Мае Алексеевне, рассказал, что ты в городе, — признался папа после второй кружки чая с пирогом.

Мама улыбнулась и медленно, но решительно сжала мою руку.

— С-хо-ди, — еле выговорила она короткое слово.

— Обязательно!

— Сегодня юниоры откатывают программу перед областным соревнованием. Она пригласила тебя к пяти.

Я посмотрела на настенные часы. Через час. Папа, хитрый лис, специально тянул до последнего, заставляя меня спонтанно принимать решение! Я улыбнулась ему, ведь еще в поезде решила попробовать встретиться со своими верным другом — льдом. Примет ли он назад, заблудшую душу?

— А у вас случайно нет моих старых коньков?

— На лоджие лежат, — улыбнулся отец.

Я зашла и засмеялась. Коньки не просто лежали, их явно подготовили! Я сняла мягкие чехлы и не увидела даже маленького пятнышка ржавчины, значит папа следил за ними, протирал. Я аккуратно пальцами обхватила лезвие указательным и большим пальцами и плавно провела. Ни одной зазубрины! Наточены, хоть сейчас на лед становись.

— Спасибо! — поблагодарила родителя, прижимая коньки к груди.

— Держи! — папа протянул мне ключи от своей машины. — И телефон не забывай, если будешь поздно — отзвонись.