Не такая
Шрифт:
Выйдя из больницы, и пробежав пару метров, я останавливаюсь. Так думай, Энн, думай. Куда дальше? На вокзал. Конечно. Быстрее бежим, там разберемся. Перейдя на быстрый шаг, я направляюсь в его сторону. Надеюсь, что правильно, и что он не далеко. Мне страшно, давно, да почти не когда я не испытывала такого ужаса. Просто какой-то дикий, на грани сознания, животный, пробирающий на сквозь и мешающий вздохнуть.
Вдруг резкий толчок вырывает меня в реальность, я падаю на асфальт, и кажется, рву джинсы и разбиваю колено.
– Девушка, с вами все хорошо? Вы так бежали, я даже среагировать не успел. Могу я чем- то вам помочь?- он подал мне руку, но я, даже
– Вы?
– ошарашенно смотрю на него
– Да, кстати меня Макс зовут - и протягивает мне руку. Он что в первый раз не понял, что я не хочу его касаться?
– Да, я в курсе, мне пора. Где у вас тут вокзал находиться?
– Здесь недалеко, давайте я вас провожу?
– Нет, я сама, только скажите в какую сторону идти
– Во- первых, давай на ты, а во вторых, я все же тебя провожу, не думаю, что ты в состоянии сама благополучно туда дойти - улыбается они протягивает мне руку. Да что такое то?
– Мне не нужны няньки - поворачиваюсь, и иду в противоположную сторону, ускоряя шаг
– Вообще-то, вокзал там.- Указывает мне рукой направление куда-то на северо-восток - Ну, это так, на всякий случай - в его голосе опять слышится улыбка, я разворачиваюсь и иду в указанную сторону
– И все же, я пойду с тобой. Не хочешь, не разговаривай, не обращай внимания на меня, я просто пойду за тобой.
Я не отвечаю, и иду, не замедляя шаг, хочется быстрее убраться отсюда. Он не отстает, идет как будто и не со мной, чуть в стороне, быстро, почти не отставая от и совсем не напрягаясь, периодически я оборачиваюсь, и ловлю его улыбку. И прямо затылком чувствую его прожигающий взгляд.
– Что тебе нужно?
– резко оборачиваюсь, и смотрю ему прямо в глаза, что по правде говоря, для меня очень тяжело, и всегда пытаюсь избежать любого контакта. Это неприятно, и чувствуешь все, то, что чувствует человек напротив. Как будто ты это он. Вдруг на меня нахлынули чувства, их было много и они все разные и противоречивые. Надежда и отчаяние, любовь и боль, беспокойство и недоверие. Они все смешались и напомнили мне огромный снежный ком, готовый сорваться с вершины. Я просто не смогла выдержать их все. Это было слишком. И в очередной раз у меня подкосились ноги, и чтобы удержаться я схватилась за его плечо.
***
– Энн, Энн - но я его уже не слышала.
– Что опять? Что за упрямая девчонка! - раздался голос Рэна - Что с ней?
– Ей стало плохо на улице, и я ее поймал, и теперь с уверенностью могу сказать, что это она - я чувствовала, как бьется его сердце, оно готово было вырваться из груди и пуститься в пляс
– Да с чего ты взял??
– У нее та же способность, что и у Мариэль - сказал Макс, у которого я все еще была на руках, он нес меня куда- то, но я не спешила открывать глаза. Хотелось узнать, о чем они говорят
– Да какая к черту способность? Ты прекрасно знаешь, что она не как не может вернуться!!! она умерла!! Макс, ее больше нет. Нет! Ты слышишь меня? Она сама ушла и поэтому уже не сможет вернуться! Это было ее желание. Ты же знаешь правила! - Рональд сказал эти слова тоном человека, который не потерпит возражений.
– Отец...
– Все я сказал, неси ее в палату, когда очнется, отправим ее в центр. Пусть это и не Мари, но такие как она нам нужны. У нее есть что-то.... Нда... даже сам еще не могу точно ответить что, но чувствую это - на этих словах я услышала, как открылась дверь, и меня мягко
отпустили на кровать.– Спи Энн, я знаю, что ты не спала и все слышала - сказал тихо, на грани слышимости Макс и вышел из комнаты.
Эту ночь, как ни странно, я спала отлично, не что мне не мешало, даже эта гнетущая тишина. Сновидений тоже не было. Никаких. Вообще. Как будто я провалилась во тьму, и вот уже утро, глаза сами сбой открылись. В этот раз я была не одна. На стуле, рядом с кроватью сидел Макс, и смотрел на меня. На нем был тот же халат, и рубашка, все так же заправленная в штаты, единственное, что отличалось это его волосы. Они не были заплетены в тугую косу, а свободно спадали на плечи.
– Доброе утро, Анна - сказал он с легкой, грустной улыбкой на губах - Извини, что я так рано, но я боюсь, что если бы пришел позже, то тебя бы тут уже не было, и мне бы опять пришлось искать тебя по всему городу. - Он что всегда улыбается?
– А зачем меня вообще искать? Я бы спокойно села на автобус и уехала из вашего сраного городка!
– я со всех сил сжала кулаки, и только сейчас заметила, что правая рука саднит, быстрый взгляд на нее, и я заметила повязку, через которую проступили пару капель крови. Ох, черт. Опять
– Энн, послушай, я не знаю, кто ты такая, и что с тобой произошло, почему ты в своем возрасте мотаешься по стране, одна, без родителей, но очень хочу узнать это...
– Так послушай меня, Макс, я не хочу не чего про себя рассказывать ни тебе, ни кому бы то ни было еще. Также я не нуждаюсь ни в твоей заботе и попечении. Я просто хочу свалить из этого города подальше и никогда сюда не возвращаться.
– Ладно, и куда ты поедешь? Прежде, чем ответить выслушай меня. Мы можем предложить тебе жизнь, ту жизнь, которой у тебя не когда не было. Знания, именно те знания в которых ты нуждаешься, и которые ты не получишь больше не где. Знания, о том кто ты такая и что делать с собой и своей жизнью. Мы можем защитить тебя практически ото всех в этом мире. Деньги, столько денег, сколько ты захочешь. Да, это не дается просто так, нужно трудиться, упорно трудиться, будет много пота и крови. Но поверь мне, это того стоит. Я все сказал, думай.
– Он быстро встал и ушел, хлопнув дверью, сказав напоследок - если остаешься, то я приду вечером, если нет, уходи и больше не появляйся в Риверстоуне.
Я лежала и не могла понять, что это вообще такое было? Какое право он имеет мне что-то запрещать? Я не его вещь. Но все же, в глубине души, меня стали посещать мысли о том, чтобы остаться, они как бы и не выходили на первый план, но съедали меня изнутри, и я все чаще и чаще ловила себя на том, чтобы остаться. А вдруг он говорит правду? И я на самом деле смогу изменить свою жизнь, жизнь, которой, по сути, у меня и нет. Вечная дорога, ночевки в заброшенных домах или придорожных гостиницах, в которых даже самые опустившееся люди побрезговали ночевать. Не нужно будет воровать и голодать. Будет крыша над головой. Заманчивое предложение. Меня пугало только одно: люди. Там, скорее всего они будут и много, с ними нужно общаться. А вдруг все повториться? Вдруг они не смогут меня принять, а я не приму их?
Еще немного полежав, я встала, и собралась. В это время в палату зашла молоденькая пухлая медсестричка и молча, поставив поднос с едой ушла. Еда. Как давно я не ела? Сутки? Двое? Я взяла поднос и, не заботясь о приличиях, набросилась на еду. Ее было не так много, но она была сытной, но уже по опыту знаю, что есть много сразу нельзя. Положив пару кусочков вареной курицы в рот, я задумалась.