Не кусаться!
Шрифт:
Худенький зверёк всё ещё не замечал их. Возле машины стоял жёлтый игрушечный подъёмный кран. Зверёк деловито подёргал какой-то рычаг, и кран зацепил своим крючком дверь. Щёлк – она открылась! Потом зверёк нажал на какую-то кнопку, и из крана выехала лестница. Он осторожно подвел её к машине и взбежал по ступенькам в кабину.
Прежде чем дверь успела захлопнуться, Флопсон запрыгнула в машину вслед за ним.
Как же тут интересно! Она с восхищением огляделась. Сидений, правда, не было. Но зато сколько места! Кабина была уставлена изящной кукольной мебелью, что придавало ей особый уют.
Фридолин
Только сейчас маленький хозяин автомобиля заметил обоих друзей. Он вздрогнул и гневно уставился на вторженцев и груду щепок.
– Вон отсюда! – Глаза зверька метали искры.
Его шерсть насквозь промокла, с неё буквально ручьём лилась вода. Зверек поёжился, потом резко встряхнулся, окатив фонтаном всё вокруг. В том числе и Флопсон. Маленькая панда взвизгнула от неожиданности.
Избавившись от лишней воды, зверёк вновь приобрёл свою изначальную форму. Теперь он выглядел, как… как НЕЧТО мягкое и пушистое. Похожее на плюшевую подушку с дивана фрау Плюмпух.
– Вон отсюда! Вон, я сказал! – ощетинилась «плюшевая подушка».
Один глаз зверька был скрыт чёрной повязкой. Из-за этого он выглядел не просто, как плюшевая подушка, а как подушка, которая вздумала поиграть в пиратов.
– Что вы вообще тут потеряли? – гневно вопросила «подушка-пират».
– Мы ищем моего друга Тьялле, – робко ответила Флопсон. Ведь это была чистая правда!
– Меня совершенно не интересует, ЧТО вы тут ищете! – возмутилась «подушка». – Я лишь хочу сказать, что вам ТУТ искать совершенно нечего!
Что-то разговор пошёл совсем не в то русло. Флопсон растерялась.
– Я хотела сказать… Мы ищем моего друга не только ТУТ, – заикаясь, пролепетала она. – Если бы он был ТУТ, мы бы его не искали. Как-то так…
Несколько секунд они буравили друг друга взглядом. Флопсон ни разу в жизни не встречала такого угрюмого и раздражительного животного. Хотя, если посудить, она пока вообще мало кого встречала. По пальцам посчитать можно.
– Если вы ТУТ ничего не ищете, ещё лучше! Тогда можете со спокойной совестью убираться, – огрызнулась «подушка».
– Ну, для начала, привет! – Флопсон постаралась, чтобы её голос прозвучал как можно более радушно.
– А ты кто ТАКОЙ? – «Подушка» насмешливо уставилась на Фридолина. – Лошадь, которую постирали в слишком горячей воде?
Какое хамство! Флопсон аж задохнулась от возмущения. Но пони лишь рассмеялся.
– Ха, отлично! Спасибо, я запомню это выражение! А ты что, диванная подушка, которую постирали в чересчур горячей воде?
Но угрюмому зверьку было явно не до смеха. Он зло посмотрел на Фридолина.
– Это совсем не смешно. Никакая я не подушка, – сквозь зубы процедил он. – Я хомяк!
– Ты тут живёшь? – поинтересовалась Флопсон.
– Да, чёрт возьми! – рявкнул хомяк. – И поэтому вы НЕМЕДЛЕННО выметаетесь отсюда! Я ясно
выразился?– Ох! – Флопсон виновато потупила глаза. Потом ласковым тоном продолжила: – Мы же не знали. Ну, прости нас, пожалуйста, милый… я не знаю, как тебя зовут.
– Джек. Меня зовут Джек, – сухо ответил хомяк.
– Нам действительно очень, очень жаль! – проговорила Флопсон. – Во всём виноват этот ужасный дождь. Смотри! – Она сунула Джеку под нос чашку с птичкой. – Это наша синичка. Она очень больна, и ей ни в коем случае нельзя промокать. Понимаешь?
Джек с серьёзным выражением рассматривал птичку.
– А что с ней? – озабоченно спросил он.
– Огромная шишка на затылке, – ответил Фридолин.
– И она умирает с голоду! – добавила Флопсон. – Представляешь, мы совершенно случайно обнаружили её на чердаке. Страшно подумать, сколько времени она провела взаперти!
– И какой идиот её там запер? – возмущённо воскликнул Джек.
– Вот этого мы пока не знаем, – Флопсон расстроенно вздохнула. – Она слишком слаба, чтобы говорить. – Маленькая панда с мольбой посмотрела на Джека: – Можно нам остаться тут? Ну, пожалуйста! Я уверена, завтра утром нашей синичке будет гораздо лучше.
– Нет!
– Ну, пожалуйста! – Флопсон кокетливо склонила голову набок и ласково улыбнулась. – Мы не обойдёмся без твоей помощи. Ты ведь поможешь нам, правда?
– Помощь? Что за ерунда! – Джек с изумлением вытаращился на панду. – Городские животные никогда не помогают друг другу!
Фридолин понимающе закивал:
– Признаться честно, я тоже вначале так думал. Но потом понял, какое это удовольствие! Попробуй. Я уверен, тебе понравится.
– Не-е-е, – недоверчиво протянул Джек. – С чего это вдруг? Мне ведь никто никогда не помогает.
– Как это никто? А мы? – воскликнул Фридолин. – Мы будем тебе помогать!
– Пожалуйста, Джек! – взмолилась Флопсон. – Всего на одну ночь!
Несколько секунд зверёк колебался. Потом коротко кивнул.
– Ладно, – сухо бросил он. – Вы можете остаться тут на одну ночь. Но не вздумайте прикасаться к моим запасам. И если кто-нибудь из вас испортит ещё хоть что-то из моей мебели, он вылетит отсюда, как пробка. Поняли?
Флопсон с облегчением поставила чашку с синичкой на кукольный столик.
– Как она? – спросил Фридолин. В голосе его звучало беспокойство.
Флопсон склонилась над синичкой, нежно погладила гладкие пёрышки и почесала ей лобик. Но бедная птичка не шевельнулась. Она настолько ослабла, что не могла даже открыть глазки.
– Ей необходимо попить! – твёрдо произнесла Флопсон. – Немедленно.
– Может, лучше сперва поесть? – предположил Фридолин.
– Нет, – упрямо возразила Флопсон. – Вода гораздо важнее еды.
Вот с этим Фридолин был категорически не согласен. Он считал, что в жизни не может быть ничего важнее еды.
Прислушавшись к их разговору, Джек молча открыл дверцу и высунул нос наружу. В нескольких метрах от автомобиля стояло большое красное ведро, полное дождевой воды.
– Ей надо попить. Вода вон там, – сурово произнёс он тоном, не терпящим возражения. Потом достал откуда-то пустую жестяную банку и протянул её Фридолину.
– Понял! Сейчас! – Пони кивнул и резво выскочил из машины.