Не гневите ведьму
Шрифт:
То, что все в этом замке знали о положении Ады и о том, как Наридам обращался со своей женой, начало задевать и меня. Испытывающий взгляд Емса дал понять, что с каждой минутой я все больше и больше обрастаю новой личиной и становлюсь частью замка Брам. Это испугало. Не сильно, но все же.
– Весь замок это знает. Мы пришли.
Емс, как и его брат до этого, с удивлением уставился на старую деревянную дверь.
– Пришли?
– Пришли. – Улыбнулась и перехватила короб у мужчины. – Ваши адри, лорд Брам, смогут покинуть замок только после выплаты долга.
– Долга? – Еще раз удивился Емс.
–
Емс растерялся. Лицо дракона вытянулось, и стало похоже на физиономию диснеевского Гастона. Валя толкнула рогами дверь. Та без особых усилий открылась.
– Доброй ночи, Емс.
Мужчина ничего не успел ответить. Я зашла в комнату, Валя снова толкнула дверь. Та послушно закрылась. И только поставив короб со свитками на пол, я поняла, что перед уходом закрыла дверь на ключ.
– Бббеее! – Возмутилась Валя.
Сердце испугано сжалось. Вместо таза и кувшина на столе лежали цветы и золотая вазочка с чем-то напоминающим турецкий лукум.
– Кажется, за вами ухаживают, моя дорогая. – Заметил Матэо.
– Кажется, у нас брешь в системе безопасности. – Добавила я.
И тут стоило признаться, что я перешла к той стадии паранойи, когда цветы в комнате провоцировали не полет бабочек в животе, а приступ панической атаки.
Глава 28.
Глава 28.
Записки таинственный поклонник не оставил. Есть непонятные конфеты, и трогать непонятные цветы, я не решилась. Конечно, вероятность того, что кто-то решит отравить букет, была крайне мала, но все же, решила не рисковать. Конфеты осторожно пересыпала в холщовый мешок и спрятала под кровать. На всякий случай. Чтобы у той же Фэмы не было соблазна съесть конфетку и отправиться к праотцам.
Потом переоделась, зажгла свечи в прозрачных сферах и спряталась под одеяло. Коза долго думать не стала, запрыгнула на одеяло и положила голову мне на колени. Как будто и не козой была вовсе, а каким-нибудь лабрадором. Янни устроилась у меня на ладони и свернулась клубком.
– Она была бы чудесной леди. – Горько вздохнул Матэо, глядя на дракончика.
– Матэо, почему после смерти остался призрак дракона, а не ребенка?
– Это сложно объяснить. – Призрак тоже сел на кровать. – Драконы приходят к своим носителям раньше, чем дитя в утробе успевает сформироваться и стать похожим на ребенка. Сначала дух как бы присматривает за своим телом. Знакомиться с будущим носителем. Создает с ним неразрывную связь. И только после рождения младенца происходит полное слияние душ. Человек Янни умер. А она застряла в родовом замке Брам. Мы не знаем пока, как отправить ее в круг перерождения. Возможно, когда ты будешь носить в своем животе дочь, именно Янни станет ее драконом.
Я ничего не ответила. Мысли о ребенке меня как о таковом, меня не пугали. А вот мысли о потенциальном отце, очень даже. Уже сотый раз я перемешивала в своей голове пасьянс из лордов и каждый раз понимала, что ни от одного из них рожать не хочу. И в то же время не понимаю, как решить вопрос с богиней. То, что условия рыжей стервы придется выполнить,
было очевидно. Но как их выполнить, не навредив себе, оставалось загадкой.– Ты, правда, думаешь, что леди Карэну убили? – Неожиданно спросил Матэо.
– Почему ты так решил?
– Ты боишься, что тебя отравят.
– Я знаю, что Карэну убили. Я видела, кто это сделал.
Матэо мои слова не удивили. Только расстроили. Он сложил коротенькие ручки на круглом животе и задумчиво произнес:
– Когда братья порвали связь с истинными, мы тоже перестали их чувствовать. Поэтому никто не видел их смертей.
– Я видела. Прачка, ключница, Радари, Карэна. Он соблазнял прислугу, заставлял убить леди, а потом убивал свидетелей.
– Он? Значит, ты его видела?
– Нет. Не видела. Я вижу все, кроме убийцы. Каждый раз он остается невидимкой. Ни имени, ни голоса, ни запаха. Может, это связано с тем, что я не контролирую эту силу? Как думаешь? Если сосредоточиться и специально попробовать вернуться в тот момент…
– Нет. Не думаю. – Матэо почесал подбородок. – Видящие видят или все, или ничего.
– Видящие видят только то, что показывает им память умершего. – Из шкафа вылетела Селена. – Это же все знают! Я не помешала? Какой у Вали красивый бантик! Первый раз вижу такую очаровательную козу. Если бы знала, что они такие умные, никогда бы не стала есть козлятину.
– Беее!
– Что ты сказала?
– Что никогда бы не стала есть козлятину.
– Беее!
– Нет. Я про другое. – Махнула головой, чувствуя что вот-вот получу ответ хотя бы на один вопрос. – Что ты сказала про память?
– Ты видишь только то, что помнили умершие. Ты разве не знаешь, про «Память»?
– Нет.
– Ну как же! – Возмутилась Селена и села рядом с мужем. – Предметы хранят воспоминания умерших. Замок просто кишит этими воспоминаниями. Если ты зайдешь в спальню Ирви, то наверняка узнаешь историю ее первой любви или чего-нибудь такого. Поэтому после смерти мы запечатываем наши комнаты на сотни лет. Чтобы наши воспоминания не стали достоянием общества.
– Подожди. Ты хочешь сказать, что все мои видения, это как бы чужая память?
– Если не вникать в детали, то да. Там много нюансов, но я всех не знаю.
– Тогда почему я не вижу убийцу, если погибшие его видели.
– Ну это же элементарно! Они его не видели!
– Не поняла. Как не видели? С ним как минимум трое сексом занимались.
– Это древнее заклинание «Слепых глаз».
– Милая, я росла в другом мире. У нас нет заклинаний.
– И как вы там выживали? Тебе очень повезло попасть к нам!
– Очень повезло. – Кивнула. – Так что за заклинание?
– Это когда ты как будто знаешь кого-то, но когда его нет рядом, не можешь вспомнить его. Ни лица, ни имени, ни голоса. Он как бы есть, и как бы нет. Это заклинание изобрели сотни лет назад наемные убийцы для встречи с заказчиками. Заказчик спокойно встречался с наемником, платил ему деньги или оставлял заказ, а когда нужно было вспомнить личность убийцы, ничего не получалось. А еще его не помнили жертвы. И когда следопыты подключали к поиску Видящих, а это было еще до войны, мне бабушка рассказывала, то ведьмы видели только как совершается убийство. И никогда не видели кто его совершает.