Не драконьте ведьму!
Шрифт:
А может это его коварный план — усыпить мою бдительность и снова похитить, когда я буду ожидать этого меньше всего? Хотя чего похищать — в подвал особняка спустил и пользуйся…
А-аааа, как же разобраться?!
— Ну? — ректор поторопил меня, затягивая в дом. А я все не решалась.
Во мне словно боролись две разные Сойвель. Одна отчаянно защищала ректора, а вторая с таким же рвением доказывала, что он и есть тот самый Мастер — главарь темных колдунов. И заговорщик. Возможно, его студент или даже студенты выращивали ягоды рифуса пещерного, возможно даже на территории самой Академии. Тот же противный адепт тут безнаказанно обретался…
Но он
Мне вспомнилась книга про древние драконьи ритуалы и версия о том, что ректор всегда завидовал своему кузену и стремился отнять силу сама собой всплыла в голове. Ведь Рагнар был старше императора, хоть и выглядел молодым благодаря своей силе. И если бы он убил императора, то не только его силу получил бы, но и занял трон. А еще я вспомнила, что, кажется, видела серебристые волосы похитителя перед тем, как потеряла сознание.
Вздохнула.
Прежде чем обвинять ректора в заговоре против империи, мне были необходимы доказательства.
— Сойвель, — сказал мягко Рагнар, который по прежнему держал меня за руку, а теперь еще и вторую замерзшую ладошку сжал в своей большой и теплой. — Ничего плохого не случится. Верь мне.
И я поверила. Во всяком случае вид сделала. И зашла внутрь большого и пустынного дома, где Серебряноволосый провел в большую гостевую комнату и наказал отдыхать и набираться сил, чтобы на следующий день приступить к занятиям, а сам ушел по каким-то делам, оставляя меня одну.
Но весь остаток ночи я провела в раздумьях, прижимая к груди тяжелый кованый подсвечник. Мало ли, кто сунутся ко мне посмеет. А к утру я решила во что бы то ни стало найти неопровержимое доказательство причастности ректора ко всему этому или наоборот то, что его полностью оправдает. Или самой хотя бы увериться в этом.
И уже потом уходить.
А еще мне не терпелось поделиться своими догадками с бабулей, но она как назло так и не явилась.
Рано утром в мою дверь постучали и на пороге оказался огромный сундук со всей одеждой, которую мне пошили во дворце.
— Это вам, — сообщил слуга и затащил его в комнату.
И мне отчего-то стало так обидно, словно это не я ушла, а меня выставили.
Ах вот как… Драконище бездушное! Вот не зря за все время я ни разу не пожалела, что бороду его мохнатую сбрила, похитила и надругалась! Знала бы какой он гадкий еще бы и слово какое обидное на лбу ему написала чернилами несмываемыми!
Кстати, может проверить — все ли панталончики на месте?
Пнула поклажу, будто это она во всем виновата была.
Тяжеленный сундук, естественно, с места не сдвинулся, а моя бедная ножка заболела. И все это драконище императорское во всем виновато! Ненавижу его!
38
Но на этом утренние сюрпризы не закончились.
— Доброе утро, — в открытую дверь осторожно постучали и на пороге возник секретарь ректора.
— А, это вы, — постаралась улыбнуться — я же вежливая — но, видимо из-за плохого настроения, получилось не очень натурально, — Как ваше здоровье?
— Не жалуюсь, — кратко ответил секретарь и протянул мне небольшую коробку. — Это ваша форма. Дер ректор просил передать и провести первый раз на занятия.
Ого. Секретарь теперь со мной на вы? В честь чего такая вежливость?
Взяла коробку и пошла переодеваться. Кроме темно-зеленой мантии, которую я уже видела на блондинках, в коробке еще лежала записка. От ректора.
«Сойвель, надеюсь ты хорошо выспалась и готова к своему первому учебному дню. Увидимся вечером.
Рагнар»Вот стал бы мне писать такие милости тот, кто собирается убить?
Естественно! Чтобы усыпить бдительность, а потом внезапно напасть
Я тряхнула головой, чтобы прогнать сомнения и страхи. Притворюсь, что купилась. Подыграю. И сама нападу внезапно!
Расправив плечи, я надела мантию и вышла к секретарю. Мы отправились в главное здание, где я впервые попала в учебную комнату. Осматривала все внимательно, стараясь скрыть свой восторг — всегда любила учиться! а тут такие возможности! — и не обращая внимания на перешептывания адептов, которые понять не могли, с чего это я сюда попала не с начала года, да еще и сам ректорский секретарь меня провожал.
С того!
И начались мои ученические будни.
Я изучала совершенно новые для себя — и не всегда нужные, вот зачем мне геральдика нашего мира? — предметы, прислушивалась к собственной силе, которая после того всплеска снова задремала, но все-равно ощущалась чем-то теплым внутри, ждала бабулю и приглядывалась к ректору. Последнее удавалось хуже всего — как он и говорил, дома он почти не появлялся и увидеть мне его не удавалось. Даже в тот вечер, когда пообещал, что мы встретимся, так и не явился.
Так, в учебе и размышлениях, прошло три дня.
Сегодня последнее занятие было по “Стихийной магии”. Собственно, все что рассказывали там я уже знала — да и большинство знали, это же совсем для детишек информация. Но, поскольку преподаватель заявил, что адепты без конспектов не будут допущены до экзаменов, я старалась не отставать от окружающих. Пусть сильно сомневалась, что этот самый экзамен буду сдавать — но мало ли как жизнь повернется.
— Итак, что касается стихий… — седовласый маг бубнил так быстро и так тихо, что, отвлекись я даже на мгновение, ничего бы не расслышала. Остальные первокурсники тоже пришли к такому выводу и усиленно скрипели перьями. — Стихий столько же, сколько земель в нашей империи. Империя драконов состоит из двенадцати земель-амтов, которые получили свои названия благодаря стихии, преобладающей на ее территории…
Я все это знала. И про то, что правил амтом делорд-дракон, который повелевал этой стихией в чистом виде, слышала. И про то, что иногда встречались драконы, которые могли управлять сразу двумя стихиями. Как наш ректор например — металлической или серебряной и воздушной. Помимо этих двух были еще ледяная, хрустальная, водная, каменная, грозовая, огненная, лесная или живая, земляная и песчаная — последние две многие считали очень похожим, но говорить об этом песчаным и земляным драконам никто не рисковал. И последняя «стихия» — Золотая. Объединившая в себе все существующие стихии. Золотой стихией когда-то повелевал отец Эйнара. Говорят, Тень его дракона искрилась золотом — а вот у сына Тень была черная, словно ночное небо, в котором погасли все звезды.
Да и сама столичная Академия называлась полностью «Академией Всех Стихий». Она была первой, где драконов и людей учили вместе — раньше об этом и помыслить не могли. Ведь драконы были — и благородные и обычные — магически самыми одаренными жителями нашего мира. А маги — людьми с меньшим магическим потенциалом. Их наклонности проявлялись годам к двенадцати, в двадцать же они раскрывались полностью и тогда можно было их обучать, исходя из того, к какой стихии они тяготеют.
Только вот чаще всего люди-маги использовали не свою внутреннюю силу, а кристаллы, свитки, руны, кольца, амулеты, посохи, жезлы, заколдованные мечи, кинжалы и доспехи.