Чтение онлайн

— Я задал несколько вопросов Капитану и Председателю Совета Станции, когда получил от них новый должностной реестр Станции. Но Кортни мне объяснил, что ты с лихвой отработал все тесты на практике. А управлять движением Станции в его отсутствие сможешь. Ты же был на мостике во время старта. И Капитан сказал, что у него было такое впечатление, что ты всю жизнь только и делал, что сидел на месте Старпома.

— И когда они собирались мне об этом сообщить?

— Не знаю, наверное, после того, как всё утрясётся с инопланетянами. Во всяком случае, Кортни попросил, называть тебя Командором, до особого распоряжения. Ты приехал!

В лаборатории Ден Мэя было темно. Только под одной дверью была полоска

света. Таян постучал. Тишина. Тогда он легонько приоткрыл дверь, в комнате никого не было. На компьютере был включен какой-то фильм. Командор уже хотел выйти, поискать Мэя, но вдруг картинка на мониторе заставила его остановиться. На поляне играли дети, их было много, их одежда была яркая разноцветная. Но не это привлекло его внимание. Цвет травы на поляне был необыкновенно сочного зелёного цвета. И молодая воспитательница была одета в точно такое же платье, как мама в его "зелёном" сне. С единственным отличием — на груди был аккуратно приколот бейджик. Таян попытался прочитать, что на нём написано, но отпрянул от экрана. На бейджике были знаки идонов! По крайней мере, очень похоже. Из соседней комнаты вышел Ден Мэй.

— А это ты, Таян. Я ждал тебя только утром. Ты видишь расшифровку одной из принятых Лайзой передач. Вей, справился быстрее, чем обещал. Мы сейчас говорили с Капитаном и твоим дедом. Я считаю, что это чей-то повторяющийся сон, либо один сон, отправленный несколько раз.

— Почему вы решили, что это сон?

— Дело в том, что предыдущие передачи расшифровке не поддаются. На все старания Вея, один и тот же результат — бессмыслица. А эта кардинально отличается тем, что она практически не закодирована, и идёт как обыкновенная мыслепередача при гипнозе или телепатии.

— Несколько часов назад мне тоже приснился сон. Я был в нём с мамой. На ней было точно такое же платье, как на этой девушке. И она говорила странные вещи. Звала в дом своих родителей. Утверждала, что мы живём, на какой-то другой, не на нашей Луне. И та Луна называется Зелёная планета. Там, правда всё было зелёным — даже цветки у цветов и кора у деревьев. Потом меня разбудил Винс.

— Что ты говоришь! Взгляни-ка сюда.

Доктор Мэй, склонился над пультом, и на мониторе появилось изображение той самой дорожки, по которой Таян шёл в своём сне с мамой. Только по ней шла та самая девушка-воспитатель и вела за руку мальчика лет пяти. Они разговаривали на незнакомом, гортанном языке. И показывали на цветы.

— Лютинии…

— Что?

— Эти цветы называются Лютинии.

— А ты откуда знаешь?

— Мне мама сказала, в том самом сне.

— Командор, это продолжение того, что ты уже видел. Сначала дети на лужайке с воспитательницей, потом мальчик и воспитательница идут по дорожке. Есть и третий фрагмент.

Ден Мэй, щёлкнул на какую-то кнопку, и на экране появилась большая, но очень уютная комната. Панорамные окна и мягкая мебель, много растений, расставленных повсюду. На одном из диванов сидел седой мужчина, он улыбался и что-то говорил, невидимому собеседнику. Потом снова появилось изображение лужайки с детьми.

— И так по кругу повторяются эти три эпизода.

— Что бы это могло значить?

— Не могу представить. Может ты, каким-то образом "перехватил" идонскую мыслепередачу для Лайзы. А твоё подсознание интерпретировало её в знакомые тебе образы.

— И что теперь делать?

— То, что запланировали. Завтра утром кончится действие лекарства. Лайза проснётся, я хочу, чтобы в это время ты был рядом с ней. Оставайся ночевать в лаборатории, в соседней комнате для тебя всё готово.

— Конечно, доктор. Спокойной ночи.

Звон маленьких колокольчиков сменился зажигательной мелодией самбы, потом заиграл

бравурный марш. Таян потянулся, чтобы выключить будильник и проснулся.

— Здравствуй, Командор Шехем.

Таян огляделся, в комнате никого, кроме него не было.

— Ты слышишь мой голос из своего медальона.

— А, это ты, Вей. Придётся привыкать к твоим неожиданным появлениям.

— В штатном режиме, я обычно так не делаю. Просто на Станции сейчас сплошные нештатные события. Капитан наконец-то навёл проектный порядок в работе служб, всё равно каждую минуту может случиться нечто неординарное. Например, сегодня ночью я занимался с Ники. Вдруг он прервал урок и отплыл к своей стае, которая спала в дальнем конце вольеры. Вернувшись через добрых полчаса, он сказал, что к Станции, со стороны Солнца, подлетел какой-то другой шар. А они, дельфины, приняли его сигнал. Шар предлагает отозваться всем разумным существам на Станции. Касатки тоже приняли сигнал, и очень испугались. Но Ники говорит, что шар пришёл с миром, опасности нет. Они решили пока не отзываться. Станция — корабль людей, и им решать отвечать на призыв шара или нет.

— Они могут отозваться самостоятельно? А наши приборы засекли этот таинственный шар?

— Сигнал пришёл на доступной для дельфинов частоте ультразвука — 250 кГц. Если они захотят, то ответят на той же частоте. И наша аппаратура засекла какой-то объект на расстоянии одной стотысячной астрономической единицы [23] от Станции. Но никаких сигналов не принималось.

— Значит, ультразвук проникает через термоакустику Станции, и его слышат только дельфины.

— Не думаю. Здесь, какой-то другой механизм приемо-передачи информации между живыми существами. Ники обещал объяснить, если позволят его сородичи.

— Вот как. Ты уже доложил деду и Капитану?

— Да, сразу же. Через час собирается Совет. Мне поручено разбудить всех его членов.

— Но я не член Совета.

— Старпом автоматически становится членом Совета Станции. Так что поднимайся, и на мостик.

— Но мы запланировали эксперимент с доктором Мэем.

— Успеете до Совета. Лайза проснётся через пятнадцать минут. Тебе хватит, чтобы привести себя в порядок.

— Даже душ приму.

В палате Лайзы горел неяркий свет. Ден Мэй, склонился над прибором у изголовья кровати. Лицо Лайзы было мертвенно бледным, тонкие руки вытянуты вдоль тела поверх простыни. Таяну стало не по себе. Знакомые черты девушки заострились, и она стала очень похожа на своего прадеда.

— Пьер Рише с каштановыми локонами вместо седой зачесанной наверх шевелюры.

— Я тоже обратил на это внимание, Командор. Доктор Блюм приносил семейный альбом. Всего месяц назад, Лайза была вылитая прабабка. А теперь вот изменилась…

— Знаете, на записи камеры лифта, лжелайза выглядит, как Пьер Рише.

— Видимо идоны скопировали самую суть внешности Лайзы. Она обычно проявляется уже в старости. А то и на смертном одре. Когда умер мой дядя, который всю жизнь был похож на свою мать, вся моя семья ахнула, когда увидели его мёртвым — перед нами лежал его отец, умерший и похороненный за два года до этого. А в случае с лжелайзой, всё зависело от чувствительности камеры и интенсивности освещения в помещении, где находился киборг.