Найдана. Дар ведьмы
Шрифт:
Найдана осмотрелась в надежде увидеть неведомого спасителя, но поблизости никого не было. Громкий оклик отвлек ее от мыслей:
– Некраска!
Найдана быстро оглянулась на знакомый голос: при людях мать звала ее так, чтобы сохранить в тайне настоящее имя и не дать повода злым богам завладеть ее душой. Было принято иметь два имени: одно – для самых близких, второе – для посторонних. Первое нужно беречь, второе само оберегало своего владельца, отгоняя злых духов. К этому Найдана была привычна и с легкостью отзывалась на Некраску.
– Вот ты где! – Встревоженная Зара стояла у избы, наспех переплетая косу и сурово глядя на дочь. Она так торопилась, что даже не покрыла
Найдана улыбалась, смешно щурясь от солнца. Она знала, что за напускной суровостью Зары скрывались испуг и тревога. Постоянно боясь, что с дочерью может что-то случиться, она не отпускала ее от себя ни на шаг, готовая в любую минуту прийти на помощь. Зара понимала, что рано или поздно придется отпустить Найдану в самостоятельную жизнь, но старалась отсрочить этот момент.
Несмотря на то что мать сердилась, увидев ее, Найдана сразу успокоилась. Гнев растворился, как грозовые тучи в солнечных лучах. Даже дышать стало будто легче. Словно и не было стычки с мальчишками. Только растерзанная кукла, валявшаяся в грязи, напоминала о случившемся.
Сурово сдвинув брови, Зара укоризненно смотрела на дочь. Но, увидев, что та перепачкалась, изменилась в лице и воскликнула уже совсем с другой интонацией:
– Что случилось? Ты упала? Где болит?
Она привычным жестом перекинула косу за спину, подбежала к дочери, бросилась перед ней на колени и принялась осматривать, не поранилась ли та. Убедившись, что дочь цела, Зара с облегчением выдохнула и прижала девочку к себе, не боясь запачкаться.
– Я обыскалась тебя! – прошептала она и снова повторила вопрос: – Что случилось?
Найдана посмотрела в сторону, куда убежали мальчишки, и ничего не ответила. Она мало что поняла из случившегося. Оберегаемую матерью, прежде ее никогда не обижали, да и неведомый дух раньше не являлся. Как рассказать об этом, не умея говорить? Тут никаких жестов не хватит.
– Пойдем в истьбу, – молвила Зара, – пойдем, я тебя отмою.
Она взяла девочку на руки и понесла в дом. Найдана крепко обняла мать за шею и, выглядывая из-за ее плеча, с грустью смотрела на остатки разорванной куклы.
– Вот так, – приговаривала Зара, умывая дочь и обтирая ее льняным полотенцем. – Ты у меня самая красивая.
Она одела Найдану в чистую белую рубашку, расшитую красным и черным цветом. Красный – символ огня, черный – земли и плодородия. Этим она отличалась от одежды детей ее возраста. Уже год назад Найдане можно было шить рубахи из новья, украшая лишь красной обережной вышивкой, как подобает детям. Но Зара, переживая, что с ее единственным ребенком может что-то случиться, подстраховывалась и по-прежнему перешивала ей из своей одежды, надеясь, что ее сила, ее дух всегда будут с дочерью и уберегут от опасности.
Соседки косились на девочку и укоризненно качали головой: негоже так долго считать ее младенцем, пора бы ей носить свои рубашки и укреплять собственную силу. Но Зара была непреклонна. «Это не будет лишним», – приговаривала она, перешивая очередную свою сорочку в маленькую рубашонку.
Переодев дочь, Зара взяла костяной гребень и принялась расчесывать ей волосы, которые уже доросли до середины спины. Найдана сидела на лавке спиной к матери, ожидая, когда та закончит. Ее взгляд упирался в бревенчатую стену, протыканную мхом, а пальцы непроизвольно теребили край рубахи. Ей нравилось расчесываться. В обычный день она даже сама приносила матери гребень, молча намекая, чтобы та ее расчесала. И могла часами сидеть, закрыв глаза и наслаждаясь тем, как мама копошится в ее волосах, берет прядь за прядью и много раз пропускает
их сквозь частые зубья гребня. Волосы словно отзывались благодарностью, становились послушными, гладкими и блестящими, начинали светиться изнутри каким-то чудесным светом. Точно в них просыпалась неведомая ранее сила. Так было каждый раз.Но сегодня Найдана не прислушивалась к ощущениям. Даже не закрыла глаза, а уцепилась взглядом за одно место на стене, где мох неаккуратными паучьими лапками топорщился в щели, и думала. Что-то тревожило ее маленькое сердце. Будто что-то непременно должно произойти. Или встреча с мальчишками так ее расстроила?
– Найдана… – вдруг послышался тот же голос, который она уже слышала сегодня.
Девочка быстро обернулась и взглянула на мать.
– Не крутись! – строго сказала та, продолжая с невозмутимым видом тщательно распутывать всклокоченные после сна волосы дочери.
Значит, она ничего не слышала… Найдане стало неуютно от того, что ее преследуют какие-то голоса. Она поежилась, обхватив себя руками за плечи.
– Ты замерзла? – удивилась Зара.
Найдана помотала головой и выпрямилась. Она старательно прислушивалась, водя взглядом по избе и пытаясь разглядеть вредного шутника, который целый день насмехается над ней. Но голос молчал.
Зара закончила расчесывать и улыбнулась, с нежностью глядя на дочь.
– Скоро уж будем тебе косу плести, – сказала она.
Вдруг дверь скрипнула, и они обе обернулись на звук. Это вернулся Визимир. Найдана торопливо соскочила с лавки и побежала навстречу отцу. Он, как всегда, вернулся с добычей.
Отобедав, Визимир прилег отдохнуть, а Зара занялась дичью, принесенной мужем с охоты. Найдана же, почувствовав свободу, воспользовалась тем, что мать отвлеклась, и снова прошмыгнула в открытую дверь. Так всегда бывает: ребенок спокойно живет в ограниченном пространстве, пока не узнает, что такое свобода. А попробует раз уйти из-под присмотра старших, и обратно в прежние рамки его уже не загнать.
Мальчишки опять дразнили пса, а заодно и его престарелую хозяйку. Найдана спряталась за бурьяном, не желая снова встречаться с обидчиками. Ведь неизвестно, придет ли в этот раз на помощь добрый дух. Хотя теперь, по прошествии времени, все произошедшее казалось чем-то нереальным. Мало ли что может примерещиться. Только Найдана решила, что ей почудилось, как вдруг услышала:
– Найдана!..
Нет, это не мог быть ветер. В этот раз Найдана отчетливо слышала свое имя и не могла ошибиться. Кто-то звал ее. Но кто? Что это за шутки? Она осмотрелась. Вокруг – никого. И вдруг Найдана поняла: тот, кто ее зовет, стоит там, за высоким забором, который опоясывал всю деревню. Вот почему она его не видит!
Осторожно, чтобы не нарваться на мальчишек, прячась за избами и кустами, Найдана добежала до больших ворот, по чьей-то рассеянности оставшихся незапертыми. Обернувшись, она посмотрела на свою избу и, убедившись, что мать не вышла, торопливо юркнула в узкую щель между полуприкрытыми воротами.
Через ворота из деревни вела дорога, за много лет вытоптанная лошадьми и людьми, изъезженная повозками. Но Найдане не хотелось идти по дороге. Она вглядывалась туда, где неподалеку березовая роща зазывно манила поникшими ветвями. Ровные белые стволы, застенчиво прикрытые редким кустарником, явно скрывали какую-то тайну. Найдана не понимала своих чувств, но что-то подсказывало ей, что там ее ждут. Кто же мог звать ее по имени?.. Это должен быть кто-то из своих. Чужим людям родители не сказали бы имя своего единственного ребенка. Повинуясь настойчивому зову и не чувствуя страха, Найдана решительно пошла в сторону рощи.