Чтение онлайн

Я ждала, что она скажет дальше.

– Мне потребовалось время, чтобы понять… он руководил крупной компанией. Находился под большим прессингом. Он выпивал почти каждый день, подолгу задерживался на работе и нес на своих плечах неподъемную ношу.

Я поставила чашку на стол, и осознание пришло само собой - вдруг я увидела очевидное прямо перед собой.

– Стас тоже в постоянном стрессе, - прошептала я.
– Всегда.

– И он перфекционист.
– Лидия кивнула. Она видела, что я хорошо понимаю ее.

Это было так очевидно. Люди видят только деньги, дорогие

автомобили, привлекательную внешность и думают, что если бы у них все это было, то их жизнь была бы намного лучше. Но чего они не могут понять, так это какую колоссальную ответственность несут сильные мира сего. Бесконечные проблемы, решения, которые могут повлиять на жизни тысяч людей. Стервятники, готовые нанести удар в любой момент.

Я посмотрела в глаза Лидии. Это был уже не ледяной взгляд беспощадной снобки, а мягкий, нежный и заботливый взгляд матери.

– Как мне помочь ему?

В ее глазах блеснули слезы, и она пожала мою руку.

– Спасибо, Ульяна. Знаешь, дорогая, это первый раз, когда мне задают такой вопрос. Как помочь? Большинство людей хотят от него или моей семьи только одного.

Я чувствовала тепло ее рук, она излучала материнскую заботу.

– И если ты хочешь помочь ему, дорогая, просто не оставляй его.

Двигатель урчал, пока мы мчались по трассе, а руки Стаса крепко сжимали руль. Но я не чувствовала себя уверенно. Ладони вспотели. Что может быть волнительнее, чем знакомить парня с родителями?

– Стас, послушай, - начала я и голос слегка дрогнул, - Ты же понимаешь, что мои родители не купаются в деньгах? Они больше уважают печень трески, чем фуа-гра.

– Ульяна, я еду к ним не кошельками меряться. Я еду, потому что они твоя семья.
– Он одарил меня мальчишеской улыбкой. Мы свернули на улицу, где жили мои родители.

– Да, но… - Я прикусила губу, вспоминая папины странные шуточки и мамино волнение. Она у меня тот еще суетолог.
– Имей в виду, что они люди простые. И могут, что-нибудь такое ляпнуть. С таким, как ты, они ни разу в жизни дела не имели.

– С таким как я?
– расплылся улыбкой Станислав.
– То есть они не фанаты столичных мажоров? Это ты имеешь в виду?

– Проще сказать, они их терпеть не могут, - пробормотала я, наблюдая, как за окном мелькают деревья.

Стас ненадолго оставил руль и сжал мою руку.

– Слушай, Ульян. Я могу быть очаровашкой. Я бы не рулил такой компанией, если бы не умел нравиться людям.

– Ого, а ты самоуверенный тип!

– Что-то типа того.

– Ладно, герой, - сказала я, - Просто запомни: никаких разговоров о политике, никаких разговоров о бизнесе, и обязательно похвали папину настойку, даже если она будет напоминать бормотуху.

– Бормотуху? А ты умеешь интриговать!

– Просто… будь собой, ладно? Без показухи.

– Понял. Буду хорошим, попробую бормотуху и постараюсь держать внутреннего олигарха в узде.

– Обещаешь?
– я посмотрела ему в глаза.

– Обещаю, - подтвердил

он, и я ему поверила.

Машина остановилась перед нашей панелькой. Я глубоко вдохнула, чтобы успокоиться.

– Вот мы и приехали, - сказала я бодрее, чем чувствовала себя на самом деле.

Стас посмотрел на дом, и в его взгляде было что-то трогательное. Хотя было максимально непривычно его видеть в таких скромных пейзажах.

– Уютно, - сказал он искренне, и я сразу поняла, что это не просто вежливость.

Я открыла дверь и шагнула в подъезд, Стас вошел следом. Родители уже ждали нас, распахнув дверь. Мамин фартук был усыпан мукой, а папины очки балансировали на кончике носа.

– Мам, пап, это Стас, - представила я его, чувствуя себя школьницей.

– Очень приятно познакомиться, - сказал Соколов, протягивая руку с дипломатической вежливостью.

Отец пожал его руку, пристально до неловкости разглядывая незнакомца.

– Взаимно, - произнес папа, но держался он строже, чем мне хотелось бы. Мама толкнула его локтем - молчаливый призыв быть любезнее.

– Называйте нас Александр и Нина, без отчеств, пожалуйста! Я вот не люблю всего этого официоза, - настояла мама, улыбнувшись тепло и радушно. Она жестом пригласила нас войти. Стас осмотрел зал со стенкой, купленной еще при Советском Союзе, и множеством картин на стенах.

– Я так рад, наконец, с вами познакомиться, - сказал он, в его тоне не было и следа притворства.

– Спасибо, сынок, - мама засветилась от радости. Она повела нас на кухню, откуда уже доносился аппетитный аромат.
– Давай мы тебе все у нас тут покажем.

– Тут у нас ванная, - показал папа, включая свет.
– Это наша спальня. Мы тебя тут разместим, а сами пока на диване. А свою комнату Ульяна сама тебе покажет.

– Спасибо, Александр, - улыбнулся Стас, оглядывая комнату.
– Но я могу поспать и на диване.

– Ну, как же! Ты у нас в гостях, в конце концов. Никаких возражений!

– Как скажете.

– Отлично, - кивнул папа с довольным видом.
– Ужинать сядем через час.

– Может, вам помочь?
– предложил Стас, и я едва не поперхнулась.

– Помочь?
– переспросила я, - С каких это пор ты у нас умеешь готовить?

– С тех пор, как понял, что впечатлить родителей девушки - это не только улыбаться, - поддел он меня, подмигнув.

– А мне нравится твоя улыбка, - одобрила мама со смехом, и даже строгое выражение папиного лица немного смягчилось.

– Ну что ж, располагайтесь, молодёжь, - сказал папа.

Мама, улыбнулась и нежно коснулась его руки, увлекая его из комнаты.

– Пойдём, - я потянула Стаса за руку.
– Покажу тебе, где я в свои подростковые годы страдала из-за парней.

– Пошли, - усмехнулся он, его рука едва коснулась моей, и привычная волна тепла прокатилась по телу.

Мы пошли по коридору. Остановившись перед дверью, на которой всё ещё виднелись мои наклейки, я толкнула её.

Комната выглядела словно время в ней остановилось: стены: украшенные плакатами поп-звёзд, покрывало с пестрым узором, полки с книгами и школьными грамотами.