Наваждение генерального
Шрифт:
– Как не можешь, Стасик? Я не понимаю, о чем ты милый!
Стасик. Ульяна никогда не называла меня так.
– Это, - я неопределенно махнул рукой между нами.
– Мы.
Ее смех зазвенел, как колокольчик.
– Это из-за той фифы? О которой ты рассказывал в прошлый раз?
– Ее зовут Ульяна, - я поправил ее, чувствуя, как это имя наполняет меня нежностью.
– И да, из-за нее.
– Милый, это все блажь. Просто мимолетное наваждение. Загон. Такие люди, как мы с тобой, не созданы для чего-то постоянного, если ты еще это не понял. Мы берем от жизни все. А такие посредственности,
Но я отступил, избегая ее прикосновения.
– Нет. Я больше так не хочу. Я встретил ее, и все изменилось, Даш... Я реально верю, что с ней у меня может выйти что-то большее.
– Ты серьезно?
– в ее глазах не было боли, только вызов.
– Ты на самом деле думаешь, что она может дать тебе больше, чем я, дурачок?
– Да, думаю, - кивнул я. Сердце отбивало четкий ритм.
– Прости меня, Даш. Но между нами все кончено.
В этот момент всю Дашину притворную доброжелательность, как ветром сдуло. Сейчас она больше напоминала хищницу, у которой из-под носа увели добычу.
– Она того стоит, Стас? Правда? Ты готов отказаться от всего, что у нас было из-за какой-то сучки малолетней?
– Выбирай слова, Даш. Да. Готов, - сказал я, сохраняя спокойствие.
– Да и что собственно между нами было?! С Ульяной я готов построить что-то настоящее.
Даша неожиданно всхлипнула и на мгновение я почувствовал желание ее успокоить, утешить, отступить. Но нет. Не сейчас. Это всего лишь очередная манипуляция. Я уже сто раз попадал в эти сети.
– Она разобьет тебе сердце, и ты прибежишь ко мне как побитый пес, вот увидишь!
– Даша буквально выплюнула эти слова, пропитанные ядом, мне в лицо.
– Посмотрим, - сказал я.
– Не уверен, что она на это способна.
Лицо Даши корежило от злости.
– Ты идиот, Соколов. И мудак. Думаешь, что можешь просто положить на все болт, вычеркнуть прошлое, и всё магическим образом наладится?
– Скорее наоборот, - усмехнулся я.
Я посмотрел на Дашу. Казалось, я впервые смотрю на нее трезво. Да, она офигительная красотка. Но ее холодная и холеная внешность, ни в какое сравнение не шла с мягкой теплотой Ульяны. В ней не было самого главного - души. Как бы Даша себя не вела, какую бы эмоциональную из себя не строила, она всего лишь расчетливая стерва.
– Вали нахер отсюда!
– завизжала она, замахиваясь на меня статуэткой, которую схватила с тумбочки.
– Уже ухожу, - пробормотал я себе под нос, поворачиваясь к двери.
Я спиной чувствовал её пронзительный взгляд, но мне было всё равно. Мысли сами собой перенеслись к Ульяне. К ее нежной улыбке, искреннему взгляду, способности видеть меня насквозь.
– Не закрывайся от меня, Стас, - шепнул я себе, вспоминая слова Ульяны.
Прохладный ночной воздух принес некоторое облегчение. Правду говорят, что любовь и безумие идут рука об руку. И я выбираю безумие любви вместо холодного рассудка.
– Смотри-ка, Соколов, - засмеялся я, качая головой.
– Неужели на самом деле влюбился? Не ожидал такого, да?
Я провёл рукой по волосам и сел обратно в машину. Что бы ни ждало меня впереди с Улей - будет нелегко. Но впервые за долгие годы я был готов попробовать.
Глава 34
Свет
фонарей бросал призрачные тени на стены моей квартиры, когда телефон вдруг ожил. На экране высветилось имя, от которого сердце начало колотиться как сумасшедшее.– Привет, Уль, - голос Стаса был неожиданно мягким.
– Ого, какие люди. И тебе привет, - я старалась говорить спокойно, но сарказм выдавал мои чувства с головой.
– Нам надо поговорить. О нас.
– Думаешь? Ну давай поговорим. Можешь начинать.
– Можешь приехать ко мне? Я пришлю за тобой машину.
– Думаешь, щелкнешь пальцами, и я помчусь к тебе как собачонка?
– Нет… Я не это имел в виду. Просто… приедешь?
– Ладно, - ответила я, стараясь не выдать, что уже наполовину в дверях.
Через десять минут у подъезда затормозила машина, и из нее вышел водитель и по совместительству охранник Соколова.
Сев в машину, я почувствовала, как желудок сжался в комок нервов. Мои мысли бегали по кругу: "О чем он хочет поговорить? Что изменилось? Он бросит меня? Может, оно и к лучшему?! Уж лучше сейчас, чем потом. Да. Мне будет плохо. Но сейчас еще я смогу собрать себя по кускам."
– Можно включить музыку?
– спросила я.
– Как скажете, Ульяна Александровна.
– Ульяна, пожалуйста. "Ульяна Александровна" звучит так, будто я учительница начальных классов.
– Хорошо, Ульяна.
– Спасибо. Хотя "Ваше Высочество" тоже подойдет, если уж мы говорим официально.
Водитель заливисто заржал. Я тоже немного развеселилась от своей шутки.
Машина остановилась у дома Соколова.
Выходя наружу, я подумала, что сейчас я попаду либо в ловушку, либо в сказку.
– Удачи, - улыбнулся водитель.
– Спасибо. Если я не выйду через пару часов, звони в полицию.
– Конечно, Ваше Высочество, - ответил он с ухмылкой.
Я направилась к дому и каблуки стучали, как метроном. Пора выяснить, что за козырь прятался в рукаве у господина Соколова.
Когда я поднялась, дрожащая рука потянулась к звонку, на миг я подумала, не дать ли мне отсюда деру. Но любопытство взяло верх и я нажала на кнопку.
– Заходи, Уль, - голос Стаса раздался через домофон, и дверь с мягким щелчком открылась.
Квартира выглядела как всегда шикарно. Всё сияло, подушки выстроены по линеечке. Соколов стоял у окна и смотрел на город.
– Спасибо, что пришла, - начал он, всё ещё стоя ко мне спиной.
– Прости, что все между нами в последнее время кувырком. Мне нужно было немного времени, чтобы все обдумать.
– Обдумать? Вот это новость. Не знала, что ты умеешь.
Я сняла пальто и небрежно перекинула его через спинку стула.
– Что это, внезапное просветление?
Он едва заметно улыбнулся.
– Возможно.
– Он посмотрел на меня с такой искренностью, что это выбило меня из равновесия.
– Ульяна, я… тупой осел…
– Если ты думаешь, что я начну тебя в этом разубеждать - не дождешься.
– Пожалуйста, дай мне закончить, - он сделал глубокий вдох.
– Ты - тот лучик света, которого мне не так хватало. Ты - моя единственная.