Наследники
Шрифт:
— Он обращается, — мрачно произнес дроу, бросив короткий взгляд на Хишама, который тоже оказался рядом и с тревогой смотрел на друга.
— Это опасно в его возрасте — пару лет назад бы, но сейчас он может не выжить, — сглотнул демон с розовыми глазами. — Сила джина может убить его, тем более он столько лет сопротивлялся ей.
— Он справится, — только и произнес Хасин, проводив взглядом брата, который уносил Анну с кладбища.
Так хотелось пойти следом, хотелось быть рядом с ней. Но это место уже занято, по крайней мере сейчас. Позже у него будет возможность прижать к себе свою Амани, физически ощутить, что с ней все в
7
Анна проснулась от густого жара, который разливался по телу, заставляя чувствовать дискомфорт: когда становится трудно дышать, когда кожа слишком влажная — до мокроты, когда хочется глотка свежего воздуха, когда требуется выбраться из плена одеяла. В полусне она попыталась освободиться от покрывала, но не вышло — что-то мешало шевелиться. Сонно и нехотя пришлось открыть глаза, чтобы понять, в чем дело. Одновременно с этим тело начинало чувствовать реальность и ощущать причину столь сильной жары и скованности: она лежала в постели, обнаженной, а к ней крепко прижималось большое, сильное, горячее тело, обжигающее собственной обнаженностью.
— Кассиан? — непонимающе посмотрела во встревоженные глаза Анна, но в мгновение в голове пронеслись ужасные картинки о произошедшем, и она судорожно всхлипнула и задрожала всем телом, словно его снова пронизывал ледяной ветер, крутил мороз и преследовала ужасная смерть.
— Все закончилось, — тут же успокоил ее принц, крепко прижав к своей груди, обняв нежно и ласково. — Ты не пострадала.
— Что…произошло? — все еще проигрывая в голове то, что помнила, прошептала затравленно Анна, заглядывая с тревогой в синие грустные глаза.
— Тебя пытались убить. Не спрашивай кто и почему — я не знаю. Но мы обязательно выясним. Сейчас главное, чтобы ты была в порядке.
— Я в порядке, — заторможено качнула головой Анна.
Не чувствуя особой неловкости, отодвинулась от демона, кутаясь в простынь, которой он укрыл их — не до смущения сейчас было, и голову занимали куда более важные вещи, нежели стыд.
— Хитана?! — девушка со страхом снова посмотрела на принца, не замечая, как отчаянно стиснула в кулачках ткань.
— Она жива, — тихо ответил Кассиан, сидя рядом и успокаивающе сжимая ее руку в своей.
— Но я видела…
— Она сильно пострадала, но жива. Она поправится.
— Мне нужно к ней! — тут же попыталась выполнить задуманное Анна, но едва встала на ноги, как неловко пошатнулась, и если бы не демон — свалилась бы кулем, обессиленная и слабая.
— Не сейчас, милая, — поднимая на руки и укладывая снова на кровать вяло сопротивляющуюся девушку, укоризненно покачал головой Кассиан.
Где-то на краю сознания Анна отметила, что принц все-таки не был полностью обнажен. Но не это сейчас волновало.
— Я должна быть рядом с ней! — умоляюще глядя на него снизу-вверх, трогательно сжимая кулачки, прошептала принцесса. — Мне нужно убедиться, что она в порядке.
— Она не в порядке, Анна, — со вздохом и сожалением покачал головой принц. — И лучше тебе не видеть того, что с ней произошло.
Девушка еще пуще заволновалась, задышала чаще, слезы потекли
по щекам.— Прошу тебя, Кассиан, мне нужно убедиться.
Невероятный страх сковал ее необходимостью своими глазами увидеть, что близкий человек жив. Все равно было на ужас того, что с ней могло произойти, просто хотелось убедиться, что она хотя бы дышит — слишком яркой картинкой перед глазами была Хитана в клубке умертвий, который рвали ее на части. Какая-то слепая потребность, жизненно необходимая требовала от Анны быть сейчас с рыськой, дать понять, что ее жертва не была напрасной, что она ценна и важна.
Все это гаммой эмоций подсвечивало невероятные сейчас глаза Анны, и Кассиан не устоял перед этим колдовским взглядом. Нехотя кивнул, пождав губы, но подхватил девушку на руки, закутав в покрывало с ног до головы.
Они вышли из комнаты в лазарете, где и находились, и направились дальше по коридору. Анна нетерпеливо смотрела на каждую дверь, мимо которой они проходили, кусая губы. Сердце сжималось от тревоги за подругу, и она едва могла дышать. Голова снова кружилась, стало зябко, едва лишилась тепла демона и согретой их теплом постели— эта ночь еще долго будет студить ее кровь при одном только воспоминании о ней. Но сейчас мало волновали такие неудобства — перед ними открылась дверь в еще одну палату, и со вздохом Кассиан шагнул внутрь.
В их сторону тут же повернулся Ринар, стоящий у постели и закрывающий своим телом изголовье. Он был хмур, серьезен как никогда, очень сосредоточен и даже казался вымотанным. Под глазами залегли тени, плечи были скорбно опущены, а в глазах море боли.
— Анна, — предупреждающе начала Ринар, но встретился с глазами принцессы и лишь понимающе отошел в сторону, давая принцу подойти, а ей увидеть.
На краю кровати сидел Данис. Даже не повернулся в их сторону, не дал понять, что заметил. Весь он был сосредоточен лишь на девушке, руку которой прижимал к губам. Взгляд демона казался застывшим, он словно смотрел куда-то вглубь себя, но при каждом надрывном вздохе, что делала Хитана, напряженно фокусировал на ней взгляд.
Анна в ужасе прикрыла рукой губы, не сдержав мучительного стона, а по щекам новой волной потекли слезы. По грудь рыська была укрыта одеялом, но и вида ее рук, плеч и особенно лица хватило, чтобы оценить весь масштаб трагедии. Нежная прежде кожа, идеально гладкая, свежая и чистая сейчас была содрана местами до костей, отдавала синевой, в ранах — ужасных укусах — запеклась кровь. На том, что предстало глазам Анны, не осталось и живого места. Нижняя губы была порвана, глаза заплыли, щека разорвана в клочья, так же как и горло с магической прозрачной повязкой на нем, под которой зашитые ткани должны были регенерировать не так болезненно. Серые волосы лишь больше придавали картине ужаса — были спутаны, клочками вырваны, небрежно собраны в сторону.
— Ей станет лучше? — шепотом спросила Анна, глядя на дракона.
— На восстановление уйдет много времени и ее сил. Но она справится. Она сильная, — ободряюще, пусть и вымученно улыбнулся Черный. — Была бы зверем, регенерация сделала бы свое. Но а так придется рассчитывать лишь на время.
— Все…эти укусы, раны…они исчезнут? — с затруднением спросила принцесса.
— Нет, — жестко, но честно ответил Ринар, с сочувствием качая головой. — Заживут, но шрамы останутся навсегда — в ранах яд нежити, до сердца он не дошел, она не обратилась. Но непоправимый вред нанесен.