Наследники Слизерина
Шрифт:
— Твой отец зашел слишком далеко, — мрачно и чуть ли не с сожалением проговорила Белла. — Он хотел перевернуть мир с ног на голову, а такое не остается безнаказанным… Ответь мне, Маландра Аллен, ты действительно считаешь, что маглов нужно уравнять в правах с волшебниками, впустить их в наш мир и дать им право голоса?
Рудольфус бросил на Беллу такой взгляд, словно она вдруг помешалась, и его это крайне удивляет. В глазах Крауча появился какой-то странный блеск, а у Рабастана на лице сохранялось выражение невинного страдальца.
— Отвечай! — рявкнула
Та находилась под действием заклинания, но даже будь это не так, наверное, все равно не выговорила бы ни слова, настолько она была перепугана.
— Ты согласна с тем, что делает твой отец?!
При слове «отец» девочка будто бы немного пришла в себя, и в ее глазах что-то отчаянно сверкнуло. На мгновение осмелев, она решительно кивнула.
— Что ж, — голос Беллы стал убийственно холодным. — А готова ли ты умереть за свои убеждения?
К этому Маландра была совершенно не готова. Ее глаза округлились до невообразимых размеров. Выбрав самое слабое звено в виде Рабастана, она всем телом бросилась на прорыв блокады. Жажда жизни придала этой щуплой девчонке сил. Каким-то чудом ей удалось оттолкнуть парня и побежать прочь. Но шансы ее все равно были невелики.
— Локомотор Мортис! — воскликнула Белла, и ноги Маландры точно срослись вместе.
Она кубарем полетела на землю.
Через секунду нападавшие настигли ее и вновь окружили. Падая, девушка в кровь разбила себе подбородок и теперь выглядела совсем удручающе. Ее глаза, полные слез и бессмысленной мольбы, метались, пытаясь найти сострадание хоть в ком-нибудь из мучителей.
— Какая же ты жалкая, — с отвращением проговорила Белла. — Ты сама не веришь в свои убеждения, иначе бы ты не боялась смерти, — с этими словами она подняла волшебную палочку.
— Стой! — Крауч вдруг резко изменился в лице, дернулся вперед и изо всех сил схватил ее за руку. — Не надо! Ты не можешь ее убить!
— Почему? — удивилась Белла, вырываясь.
— Что она такого сделала? Она еще совсем ребенок! Посмотри на нее!
— Какой еще ребенок?! — возмутилась Белла. — Ей столько же лет, сколько и мне!
— Всего-то семнадцать! — отчаянно возопил Крауч. — Она ничего в жизни не знает! Сама не ведает, что творит! Давай лучше убьем ее отца! Вот он это, и правда, заслужил!
— Она нас видела, Барти! Мы все равно не можем ее отпустить!
— Можем, можем! — задыхаясь, бормотал он. — Я изменю ей память!
Маландра лежала на земле и судорожно наблюдала за этой сценой, попутно предпринимая попытки уползти, пользуясь тем, что Лестрейнджи во все глаза пялятся на внезапно помешавшегося товарища.
Барти так сильно ухватился за руку Беллы, что прямо-таки на ней повис. Со стороны могло показаться, что он хочет встать перед ней на колени.
Рудольфус, который не знал, что ему предпринять в данной ситуации, попытался силой оттащить друга, но тот вцепился такой мертвой хваткой, что любая попытка сдвинуть его с места автоматически сдвигала и Беллу. Чуть не упав, она разозлилась и, схватив волшебную
палочку свободной левой рукой, выпустила в лицо Краучу сноп красных искр. Барти вскрикнул от неожиданности и отпустил ее. Освободившись, девушка немедленно настигла Маландру, которая уже успела переместиться на несколько футов.Беллу трясло. Барти здорово ее напугал. Дрожащей левой рукой она занесла палочку и произнесла:
— Ав-вада Кедавра!
Ничего не произошло. Маландра в ужасе вжалась в землю.
— Авада Кедавра! Авада Кедавра! — истерично кричала Белла, но, по-прежнему, без результата.
— Что у тебя? — подбежал Рудольфус.
Остальные двое стояли чуть поодаль. Крауч тер руками глаза. Рабастан периодически бросал на него обеспокоенные взгляды, но держался на расстоянии.
— Н-не знаю… н-не выходит, — судорожно пробормотала Белла.
— Постарайся! — подбадривал ее Рудольфус. — Не может быть, чтобы не получилось!
Белла взмахнула волшебной палочкой снова и снова.
— Митчелл забивает гол! — вдруг донесся до них особенно громкий комментаторский выкрик с поля.
Вдруг на лице Рудольфуса отобразился такой ужас, что Белла на мгновение подумала, что полчище акромантулов и прочих хищных тварей вылезло из запретного леса и стоит у нее за спиной.
— Это последний гол! — выдохнул он. — До конца матча осталось не более пяти минут!
Белла вся похолодела.
«Неужели это конец? – с ужасом подумала она.
– Неужели убийство так и не состоится?»
— Дай, я попробую, — вдруг вызвался Рудольфус, видимо, от отчаяния — Авада Кедавра!
Из его палочки не вылетел зеленый луч, но Маландра почему-то закрыла глаза и опрокинулась на спину.
— Она умерла? — потрясенно проговорила Белла, не веря увиденному.
— Не знаю, — ответил Рудольфус и, спешно опустившись на колени возле тела, протянул руку, чтобы потрогать шею.
— Жива, — сообщил он. — Видимо, в обморок упала от страха. Попробуй еще раз!
— Только отойди от нее подальше, — посоветовала Белла.
Рудольфус уже хотел встать, но тут жертва внезапно очнулась, вытянула руки вперед и вцепилась ему в воротник. От неожиданности Рудольфус вскочил на ноги, Маландра дернулась вслед за ним, и, потеряв равновесие, они оба упали. Причем, Рудольфус назад, а Маландра на него.
Обрадовавшись своему преимущественному положению, жертва одной рукой вцепилась ему в волосы, а другой стала пытаться выцарапать глаза. Рудольфус зажмурился и вслепую старался ее сбросить, но все бестолку.
Белла растерянно стояла, сжимая в руке волшебную палочку и прекрасно понимая, что любое заклинание, которым она ударит Маландру, неизбежно поразит и друга. Она обернулась к остальным в поисках поддержки. С видом почетных зрителей Барти и Рабастан стояли в нескольких шагах от потасовки и испуганно наблюдали происходящее.
Вычеркнув их из списка возможных помощников, Белла стала судорожно соображать, что делать.
— Я вижу снитч! — донесся до нее металлический голос Крауча со стадиона.