Наследники Мальтуса
Шрифт:
Таким образом, причины возникновения войн, по Бутулю, чисто биологические. В ряде своих работ Бутуль пытается развить дальше тезис о мужской воинственности. Она, утверждает он, покоится на «демографической мутации». (Мутация — термин, которым пользуются биологи для обозначения передающихся по наследству изменений в свойствах или признаках организма.) В народонаселении, по Бутулю, также происходят неизбежные изменения, которые проявляются во внезапных разрядах и следуют после медленных накоплений. Внезапные разряды, находящие свое выражение в перенаселенности, непосредственно приводят к войне.
И Бутуль делает фундаментальный вывод: мир — это состояние биологического равновесия, которое должно постоянно нарушаться Он пытается объяснить, каким образом это происходит. Поскольку зачинщиками войн у него выступают
Если Бутуль был бы до конца верен своему биологическому объяснению, он добавил бы, что численное превосходство мужского населения над женским имеет место лишь в ранних возрастах, а с годами перевес исчезает. В основном — по социальным причинам (потери в войнах и от несчастных случаев на производстве, а также от «мужских» болезней: пьянства, курения и т. п.). Есть и причина биологическая: мужской организм в смысле выносливости, способности сопротивляться неблагоприятным воздействиям среды уступает женскому (в основном поэтому, кстати, женщины в среднем и живут дольше).
Как бы там ни было, общество способно вполне мирными средствами уменьшить разрыв между численностью мужского и женского населения (преодоление вредных привычек, укрепление здоровья людей). Бутуль же утверждает, что нарушенное равновесие может ликвидировать только война. Она становится «необходимостью», поскольку появляется потребность убирать «мужской излишек». В древние времена в те годы, когда устанавливался мир, от «излишка» мужчин избавлялись иным способом: практиковалось детоубийство. Люди поступали так же, как популяции насекомых, сокращающих численность своих мужских индивидов. Но с тех пор как война заняла в жизни народов «свое место», тоже «предписанное природой», нет уже надобности в убийстве детей. Рано или поздно наступит война, и проблема «мужского излишка» решится сама собой. Этому своему «открытию» Бутуль посвятил целую книгу, которую назвал: «Отсроченное детоубийство».
Биологической по своему происхождению Бутуль представил и вторую мировую войну. «Война 1939— 1945 гг.,— писал он в книге «Перенаселенность»,— проявила себя как примитивный биологический конфликт».
Поскольку война, по Бутулю, естественна и, следовательно, неизбежна, надо, утверждает он, проводя политику мира, непрестанно думать о войне и подчиняться ее воле. «Сегодня,— рассуждает он в «Открытом письме»,— никто на нашей планете не решается заявить, что обожает войну... И в то же время никогда еще ранее вооружение по своим запасам и поражающей способности не достигало таких высот, как в настоящее время».
Нынешние масштабы вооружений в мире действительно не имеют себе равных в истории. Происходит это потому, что в самой природе капиталистического строя заложен милитаризм, порождаемый стремлением к господству над другими народами.
Бутуль же не хочет видеть социальный источник гонки вооружений. Он силится объяснить ее все той же биологией человека, его «природной» агрессивностью. И потому делает вывод: мир есть лишь самообман, жертва «идеализма общественного мнения». Новая мировая война пока еще не разразилась, но только потому, уверяет Бутуль, что еще не восстановлены «военные структуры» народонаселения некоторых крупных стран: например, в СССР и в Германии численность мужского населения пока заметно меньше женского. Но придет время, пророчествует автор «Открытого письма», и все снова встанет «на свое место». Год Хиросимы, напоминает Бутуль, совпал с началом бэби-бума, то есть резкого повышения рождаемости в США. И далее следует кощунственное заключение: «Союз демографического развития и атомной бомбы будет неминуемо возрожден».
Бутуль говорит обо всем этом так, словно
не существует ныне никаких общественных сил, которые по рукам и ногам связывают поджигателей войны, словно нет в мире стран социализма и их союзников в других странах — борцов за мир, преграждающих путь агрессорам.5. Мальтузианство, НТП и экологический кризис
Опираясь на «природный закон», наследники Мальтуса пытаются доказать бесполезность научно-технического прогресса (НТП), принизить его значение, изобразить как отрицательное явление для общества. Весьма характерна в этом отношении позиция датского профессора Вит-Кнудсена.
Он в свое время объявил, что само понятие «прогресс» является ложным. Якобы никем не доказано, что человеческое общество развивается от низшего к высшему. Этот вывод Вит-Кнудсен пытался подтвердить констатацией того факта, что четыре конечности обезьяны гораздо совершеннее человеческих рук и ног. При этом профессор ни словом не обмолвился о разуме человека.
Согласно Вит-Кнудсену, новейшая цивилизация нанесла ощутимый вред отношениям в демографической области, создав условия для регулирования численности потомства. На первый взгляд Вит-Кнудсен довольно основательно расходится с Мальтусом. Тот призывал бедняков ограничивать деторождение, а его последователи призывают принимать насильственные меры к «чрезмерно плодящимся», прибегать, в частности, к принудительной стерилизации.
Вит-Кнудсен, в противоположность Мальтусу, ратует за многодетность. Но мальтузианству это отнюдь не противоречит. Это лишь обратная сторона теории, основанной на подмене социального биологическим. Как и Мальтус, Вит-Кнудсен считает демографические процессы природными по их сущности. Противозачаточная техника рассматривается им как грубое вмешательство в «полномочия» природы.
В качестве страны, где образцово решалась проблема роста населения, Вит-Кнудсен назвал Германию времен «после революции 1933 г.». Революцией, заметим, здесь названо то, что произошло в Германии в январские дни 1933 г. После фашистской акции — поджога здания рейхстага с целью обвинить коммунистов в заговоре против государства — гитлеровская клика принялась беспощадно искоренять даже весьма скромные демократические свободы, которые были завоеваны немецкими трудящимися в годы буржуазной Веймарской республики. Было положено начало кровавой цепи чудовищных по своим масштабам и жестокости преступлений, приведших главарей фашистской Германии в Международный военный трибунал. Вот что у Вит-Кнудсена фигурирует под названием «революция».
А что он имеет в виду под «образцовым решением проблемы народонаселения»? Не более как систему мероприятий гитлеровского рейха по стимулированию рождаемости, всемерному расширению «производства арийских детей», будущих солдат фюрера. Завоевания человеческой культуры в такой деликатной области, как добровольное регулирование численности потомства, ставшее возможным благодаря научно-техническому прогрессу, Вит-Кнудсен, наряду с другими завоеваниями цивилизации, начисто отбрасывает.
Вторя датскому профессору, всячески принижает значение НТП упомянутый Гастон Бутуль. Вначале он справедливо и довольно метко характеризует достижения в области науки и техники. Каждое новое техническое усовершенствование, отмечает он, явилось дополнением к уже существующим природным человеческим органам. Человек обрел ноги автомобиля, крылья самолета, глаза микроскопа, уши телефона, голос радио. К чему, однако, это привело? — спрашивает Бутуль. Все это принесло, говорит он, лишь вред человечеству, обусловило сокращение смертности и увеличение продолжительности жизни людей и в итоге породило перенаселенность.
Как видим, в научно-техническом прогрессе идеологи мальтузианства фиксируют лишь то, что связано с количественной стороной эволюции человека, общества в целом. Они тенденциозно, с предвзятостью описывают последствия этой эволюции, минуя ее качественный аспект. А ведь известно, что достижения в области науки и техники намного облегчили людям жизнь: заметно сократили объем черновой работы, малопроизводительного ручного труда, высвободили их энергию для удовлетворения растущих потребностей в знаниях, культурном отдыхе, занятиях физкультурой и т. п. Идеологи же мальтузианства проходят мимо этих положительных сторон научно-технического прогресса.