Наследник Новрона
Шрифт:
Ариста повернулась на голос монсеньора Мертона. Сначала она решила, что тот говорит с ней, и вдруг заметила, что взгляд его обращен к небу:
— Я знаю, что у тебя есть на это собственные причины, — торжественно произнес он. — Но ты должен понимать, что я всего лишь невежественный глупец, созданный тобой. Конечно, я не хотел тебя оскорбить. Забудь эту мысль. Кто я такой, чтобы оценивать твое творение? И все же надеюсь, что ты получал удовольствие от наших бесед. Надеюсь, иногда мне удавалось тебя развеселить, Господи? Ты ведь не хочешь лишиться нашего общения? Многие из нас умеют развлекать, и будет очень огорчительно,
— И что он сказал? — спросила Ариста.
Мертон удивленно посмотрел на нее.
— Что? То, что говорит всегда.
Она ждала продолжения, но монсеньор Мертон больше ничего не сказал. Бой барабанов зазвучал громче, быстрее. Посветлело небо, и запели птицы, недавно вернувшиеся с севера. Когда священник Феррола шагнул на арену с источавшей аромат агара кадильницей и тихо запел молитву на эльфийском языке, людей и эльфов охватило предчувствие чего-то неимоверно важного.
У Аристы засосало под ложечкой. Гонт, что-то испуганно шепча, накрыл ладонью спрятанный на груди медальон, но Адриан так на него шикнул, что тот испуганно отдернул руку. Ариста взглянула на Мовиндьюле, опасаясь, что эльф может о чем-то догадываться. Действительно, старик, прищурившись, внимательно смотрел на своего соперника.
Мовиндьюле поднялся из кресла, подошел к Гонту и бросил взгляд на восток, где уже занималась заря.
— Осталось совсем немного, — сказал он. — Я хочу пожелать тебе удачи.
Бывший патриарх вытянул перед собой руку и жестом подозвал Гонта к себе. Тот подозрительно на него уставился, однако сделал ответный шаг вперед. И тогда Мовиндьюле с неожиданной для него ловкостью схватил Гонта за ворот рубашки и дернул на себя. Все увидели висевший у того на шее медальон. Адриан и Ройс тут же оттащили Гонта назад. Мовиндьюле злобно усмехнулся и посмотрел на Аристу, потом на Адриана и Майрона.
— Осталось совсем немного, — напомнил ему Ройс. — Твоя магия тебе не поможет. Как ты будешь сражаться, старик?
Мовиндьюле начал было смеяться… И вдруг разразился криком:
— Муэр вир ахран далвайр!
Все эльфы повернулись в его сторону, а люди перевели взгляды на Майрона.
— Он обращается к праву защитника, — пояснил монах.
— Что это значит? — спросил Ройс.
— Он заявляет, что за него будет драться кто-то другой.
— А он имеет на это право?
— Да, — ответил Майрон. — Помните надпись на Роге? «Защитники, хранимые Ферролом, от всех опасностей защиту обретут…» И если защитник победит, Мовиндьюле станет королем.
— Биринит кон дайлар бен лар Иравондона! — закричал Мовиндьюле, и громкий ропот прокатился по рядам эльфов. Потом все повернулись к эльфийскому лорду.
— О проклятие, — сказал Адриан. — Он выбрал самого крупного воина. Не сомневаюсь, что он умеет сражаться.
Лорд Иравондона в мерцающих доспехах выступил вперед. Он что-то сказал, но его слова никому из людей расслышать не удалось. Мовиндьюле в ответ кивнул, лорд Иравондона поднял вверх руки и закричал:
— Дайлар э финис дан искабарет бен Мовиндьюле!
— Он согласился, — сообщил Майрон.
Гонт отрицательно покачал головой:
— Я не стану с ним сражаться. Речь шла о поединке со стариком, а не с воином.
— Майрон, а Гонт может поступить
так же? — спросила Ариста, поворачивая монаха к себе лицом. — Может ли он тоже выбрать себе защитника?— Ну да. Думаю, что да. Конечно, ведь схватка должна быть честной.
Она смотрела, как лорд Иравондона снимает плащ. Эльф даже издалека производил поразительное впечатление.
— Только у Адриана есть какие-то шансы на победу. Назови его своим защитником. Майрон, скажи Гонту, какие слова он должен произнести.
— Но они не были написаны на Роге.
— Ты их только что слышал, — напомнил Ройс. — Просто повтори то, что говорил Мовиндьюле, и не тяни.
— Ладно. Муэр вир ахран далвайр, — сказал Майрон.
— Деган, повтори! Как можно громче!
— Муэр вир… ах… ахран… ах…
Гонт совсем запутался и смолк.
— Далвайр, — прошептал Майрон.
— Далвайр! — крикнул Гонт.
Все эльфы одновременно повернули к нему головы.
— А теперь повтори следующее предложение и замени Иравондона на мое имя, — сказал Адриан.
Майрон прошептал подсказку, и Гонт повторил ее вслух. Эльфы терялись в догадках, пока Гонт не показал на Адриана. Майрон повторил следующую строку, и Ариста затрепетала от ужаса, когда Адриан согласился стать защитником Гонта.
— Деган, — сказала она, — верни медальон Адриану.
— Но Адриан сказал, что он мой…
— Я знаю, что он сказал, он отдаст его тебе после поединка, но не спорь со мной сейчас. Отдай ему медальон немедленно!
Деган сорвал цепочку с шеи и протянул медальон Аристе.
— Парни! — крикнул Адриан. — Принесите мне щит и сверток, который лежит рядом с моим одеялом!
Четверо мальчиков бросились по склону холма к лагерю.
— Ты можешь его победить? — спросила Ариста, надевая цепочку с медальоном Адриану на шею. Она никак не могла унять дрожи в руках. — Ты ведь победишь его для меня, правда? Ты же не оставишь меня, как Эмери и Гилфред. Ты знаешь, что я не перенесу, если ты умрешь, правда? Ты знаешь, что обязан одержать победу?
— Для тебя? Все, что угодно, — сказал Адриан, прижимая принцессу к себе и крепко целуя.
Прибежали мальчики и развернули сверток. Внутри лежали блестящие доспехи Джериша Грелада.
— Помогите мне их надеть, — попросил Адриан, и все, включая Дегана и Майрона, бросились к нему.
Подошедший к ним эльф вручил Адриану необычного вида алебарду с лезвиями и остриями на обоих концах древка. Искатели уже видели изображение такого оружия на фресках в Персепликвисе.
— Ты умеешь этим пользоваться? — спросила Ариста.
— Еще не пробовал.
— Что-то мне подсказывает, что этот эльф умеет, — сказала она, глядя на лорда Иравондону, который держал свою алебарду широко расставленными на древке руками, точно боевой посох с двумя наконечниками.
Иравондона с поразительной ловкостью начал вращать алебарду над головой, и ее лезвия засвистели, рассекая воздух.
— Да, думаю, ты права.
Адриан вздохнул и повернулся к Аристе. Их глаза встретились в тот самый миг, когда луч солнца пробил кроны деревьев и озарил их лица. Адриан был очень красив в мерцающих золотых доспехах, он походил на древнего бога, вернувшегося в мир людей.
Священник Феррола что-то крикнул, и на этот раз никому не потребовался перевод Майрона. Пришло время начинать поединок.