Чтение онлайн

Дагмар угрожающе рычал, толкаясь в нее до упора. Кажется, он еще больше увеличился в размерах, растягивая ее до сладкого состояния на грани.

Марина накрыла ладонью его руку, лежащую на ее груди. Его пальцы сжались еще сильнее, и она окончательно рассыпалась на тысячи кусочков, которые никогда больше не станут целыми.

В ушах стоял рык Дагмара и его протяжный стон, а перед глазами кружился листопад из алых листьев.

Все ее желания обязательно будут исполнены.

ГЛАВА 25. ПОЧЕМУ МАТЬ ТЕБЯ НЕ ЛЮБИЛА

— Никуда

от меня не отходи. Ты должна все время быть рядом, слышишь? Мы не знаем, что они задумали. Вполне возможно, что попытаются снова напасть. Ведьма должна была уничтожить нас, чтобы мы не угрожали Ордену. Но ты ей помешала. Вряд ли они смирятся с этим. Если бы мы еще забрали эту тварь с собой, было бы проще. — Дагмар с такой силой сжал руль, что тот заскрипел.

Марина закатила глаза. В который уже раз он повторял ей одно и то же, как маленькому несмышленышу. Не отходить, не отворачиваться, держать его за руку, тут же говорить обо всем, что покажется странным и еще куча правил, которые она уже стала пропускать мимо ушей.

Главное, что согласился взять ее с собой. Пришлось уговаривать его до самого вечера, пообещав, что выполнит любое требование. С трудом, но Дагмар все-таки согласился.

Почему-то казалось жизненно-важным найти оставшихся ведьм, как можно скорее. Марина не знала, как объяснить это ощущение. Предчувствие? Призраки молчали и не давали никаких подсказок, словно позабыв о ней.

Марина поняла, что чувствует себя из-за этого некомфортно.

— О чем задумалась?

Дагмар убрал волосы с ее щеки и нежно погладил шрам. Она тут же почувствовала удушающий жар, затапливающий с головы до ног. С тех пор, как они вышли из украшенного листьями зала, Дагмар постоянно прикасался к ней.

— О призраках. Странно, что больше никто не появляется. Может, я не справилась? Не оправдала их ожиданий?

Дагмар выкрутил руль, прищурившись рассматривая пустынную дорогу. Кроме их внушительного кортежа из черных внедорожников, машин больше не было.

— Не говори глупостей. Ты забываешь о себе, чтобы помочь им. Ты особенная.

Марина хмыкнула, чувствуя себя до глупого счастливой. Она опустила голову, прячась за волосами. Знал бы он, что делает с ней такими словами. В машине повисло горячее напряжение. Словно пару часов они не занимались безумным сексом, выжавшим все силы. Марина тут же поправила себя: нет, они занимались любовью… Горячей, страстной, всепоглощающей любовью, от которой невозможно было спрятаться или сбежать.

— Ты так говоришь, только потому что я твоя невеста…

Господи… Ее голос звучал, как у школьницы, флиртующей с местным красавчиком, который впервые обратил на нее внимание.

Дагмар покачал головой:

— Нет, я вижу это. Ты отличаешься от других. Готова жертвовать собой ради живых и ради мертвых. Люди не думают о других, но не ты. Я заметил это еще в детдоме. Ты так старалась для тех детей. Они хотели оказаться именно рядом с тобой, хоть ты и играла роль Бабы Яги. Они тебя боготворят. — Дагмар бросил на нее темный горячий взгляд. — В тебе есть то, чего нет в остальных.

Марина вздернула брови, чувствуя себя странно счастливой и взволнованной:

— Что же это?

Дагмар пожал плечами:

— Не знаю. Но чувствую это. Мне кажется…

что зелье перестало действовать из-за тебя. И то, что мои раны исчезли за пару секунд, хотя Лиля так и не сняла проклятие, тоже ты.

Марина скривилась:

— А я-то думала, ты скажешь, что я самая красивая женщина, которую ты встречал… Или храбрая. На крайний случай, самая умная.

Дагмар ухмыльнулся. Его улыбка и впрямь напоминала звериный оскал.

— Открой бардачок, пожалуйста.

Марина притворно надулась и скрестила руки на груди:

— Сам открывай.

Он растопырил пальцы на руле:

— Не могу — у меня руки заняты. Неужели, сложно помочь мне?

Марина передразнила его:

— Неужели, сложно сказать мне нормальный комплимент?

Она потянулась к бардачку и открыла крышку. Наружу выпало что-то блестящее, и Марина едва успела подставить ладони, чтобы поймать… ожерелье.

Дух захватывало от такой красоты. Оно казалось невероятным. Все-таки, стоило себе признаться, что она была одной из тех, кто падок на красивые украшения.

Чем-то ожерелье напоминало корону. Только зубчики смотрели не вверх, а вниз. Они были украшены бордовыми камнями, которые завораживающе мерцали.

Дагмар улыбнулся:

— Ты еще не нашла подарок.

Марина непонимающе взглянула на него:

— Что?

— Ты не нашла мой подарок. Там, дальше. Посмотри внимательно.

Что он опять задумал? Марина осторожно держала на ладони переливающееся украшение.

— А это..?

Дагмар улыбнулся, и глаза тут же озарили лучики морщинок:

— А это нужно надеть.

Марина закусила губу, стараясь не подавать виду, как ей понравилось ожерелье.

— Оно для меня?

— Конечно.

— По какому поводу?

— Просто так. — Он снова радостно улыбнулся. Забавляется гад? — Так ты возьмешь подарок или нет?

Марина отчаянно искала подвох, но по профилю Дагмара вообще нельзя было что-либо понять.

— И… где твой подарок? — Она непроизвольно сжала в кулаке ожерелье — даже если Дагмар решит его отобрать, она не отдаст.

На этот раз он сам запустил руку в темное нутро бардачка и вытащил оттуда удлиненную блестящую коробочку.

— На самом деле, это подарок скорее для меня, чем для тебя.

Марина в недоумении раскрыла коробку и вытряхнула. На ладонь упал тюбик помады с названием безумно-дорогой марки. Их косметика стоила таких баснословных денег, что Марина даже не мечтала когда-нибудь попробовать. Она сняла крышку, украшенную кроваво-алой розой, и выкрутила стержень.

Что ж, похоже, Дагмар хорошо изучил ее предпочтения. Помада глубокого винного цвета с бархатистыми алыми переливами и ощутимым запахом вишни так и манила попробовать ее на губах.

— Тебе безумно идет этот цвет. — Дагмар снова улыбнулся, бросая на нее быстрый взгляд. — С первой нашей встречи не могу выкинуть из головы твои губы. Накрасишься?

А он может быть романтичным. Всего-то стоило прямо сказать, что у нее на душе. Он не был одним из тех самовлюбленных козлов, которые требовали внимания исключительно к себе и раздраженно отмахивались от женских просьб.

Дагмар же, будучи отчасти зверем, оказался идеальным мужчиной. Марина улыбнулась своим мыслям. Почти идеальным.