Чтение онлайн

Она откуда-то знала и птиц. Причем вот тот, что слева, был некогда робкой девочкой, а его визави — могучий красавец с огромными крыльями, однажды попал под копыта Мэльдис, и Светлана вспомнила, как плакала, когда специально приглашенный лекарь накладывал подросшему птенцу, бившемуся в его руках, деревянные шины на перебитые кости. А третий, самый маленький, едва выжил,

таким слабеньким он родился. Они вместе с мамой выхаживали его, кормили с маленькой чайной ложечки молоком и жеваной пищей, пока птенец не ожил, и не стал питаться самостоятельно. А как смешно он бегал за ними по всему дому, чирикая на своем ломком еще языке, постоянно уворачиваясь от крепких ног жителей дома! Светка засмеялась, вспоминая картинки из далекого детства: изящную фигурку мамы, высокого и крепко сбитого отца в седеющей бороде (она всегда кололась, когда тот сажал ребенка на колени, чтобы поговорить на ночь о пустяках), тетушек — совсем еще молодых, длинноногих и очень худых девочек с тонкими косичками, действительно, так похожих на Кассандру с Ариадной. И еще одну молодую женщину вспомнила Светлана — высокую и стройную, как мама, с совсем маленьким толстым мальчиком — она видела его пару раз на руках у этой женщины. Бороман?

Да, это ее мир! Она стала спускаться по маленькой приставной лестничке вниз, к озеру, где лебеди при ее приближении всполошились и начали, вытянув шеи, пристально вглядываться в приближающуюся фигуру. Остановившись невдалеке от них, она встала на цыпочки, потянулась, запрокинув голову назад, закружилась на одной ноге, взмахивая книгой, как когда-то давно в далеком детстве, когда дома ее ждали мамины ласковые руки и бабушкины дивные сказки. Старинный фолиант распахнулся в ее руках, страницы зашелестели, и пара мелко-мелко исписанных листков упала наземь. Светлана живо наклонилась за ними, подхватив, пока не успели отсыреть, и бегло прочитала: "…Даже если мы сделаем все для спасения мира, ЭТО начнется сначала. Они придут снова и снова — так, чтобы измотать население, взять нас измором. Они принесут сюда Зло, потому что они и есть само Зло. И маги уже извратились подобно Им, стали

злы и злолюбивы. И многие поддались на их уговоры. А те, кто не согласился — исчезли". Светлана пробежала глазами странные записи, пока не наткнулась на окончание: "Вчера увезли Кассандру и Ариадну. Девочки согласились сами. Надеюсь, они со временем все поймут. Скоро очередь дойдет и до нас".

Девушка подняла голову на звук шаркающих шагов: Кэлдирон вывел единорога искупаться. Мэльдис, увидев хозяйку, тихонько заржала, замотала головой, вырывая поводья из рук старика. Светлана подошла к ним, чтобы приласкать умное животное.

— Там огры к тебе препожаловали, — по-доброму проворчал старичок, теплым взглядом наблюдая за своей любимицей. — На радостях, что им горы вернули и Великий Посох отдали. С мэдергом явились. Предлагают отдать гномам, чтобы корону, значит, сделали.

Светлана представила каменное сооружение у себя на голове, вспомнила безрадостное выражение: "Тяжела ты, шапка Мономаха", уверенно помотала головой:

— Корону? Еще чего! Жуть такую на голове таскать! Я вам что, индианка или где? Головная тяжестеносица… Впрочем, пусть браслет сделают. Хорошая штука этот мэдерг, столько от него по первости добра случается глупым девочкам, которые ничего о мире не знают. — Кэлдирон усмехнулся, пронзительным рентгеном глянув на нее, покачал головой, забирая поводья.

— А ты, госпожа, отцовские записки-то не брала бы до времени. Много там того, о чем не время еще знать-то. А то ведь мэдерг не ровен час и понадобится.

Светлана перевела внимательный взгляд на мудрого старика, широко улыбнулась ему, аккуратно вложила листки в книгу, потрепала нетерпеливо переступавшего изящными копытами зверя по шелковистой холке, и пошла по тропинке к дому. К таким родным и таким забытым людям, стенам, вещам. В ее пока не обремененной властью голове уже складывались очень интересные и захватывающие идеи. Мэдерг при такой раскладке придется весьма кстати…