Наши домашние дела
Шрифт:
"… нетолько въ крестьянскомъ, — во всякомъ дл, касающемся нашего общественнаго бытiя, являются и сталкиваются два начала, два созерцанiя, дв точки отправленiя и дйствованiя: начало бытовое и начало, которое въ большей части случаевъ можетъ быть названоюридическимъ, начало вншняго, формальнаго права; оба разнаго происхожденiя.
"Но нигд, ни въ какомъ другомъ государственномъ вопрос эта противоположность двухъ точекъ зрнiя — бытовой и юридической — не иметъ такой важности, какъ въ крестьянскомъ дл, по его бытовому, земскому значенiю. Здсь она немедленно отражается въ самой жизни, въ крестьянскомъ и дворянскомъ быту; здсь теорiя сталкивается непосредственно съ упорнымъ бытомъ народа…
"Прежде всего представляется вопросъ: можетъ ли быть и могутъ ил требованiя, органически изъ него вытекшiя, нераздльно съ нимъ связанныя, —
"Затмъ представляется другой вопросъ: можетъ ли быть принесено въ жертву воззрнiямъ народнымъ, можетъ ли быть отвергнуто то право, которое основывается на начал юридическомъ? Мы отвчаемъ положительно, что отвергнуть его нельзя безъ нарушенiя справедливости, потомучто оно уже само жило жизнью историческою, было признано законодательствомъ, выразилось законно во вншнихъ явленiяхъ… Мы говоримъ не о самомъ начал, но о прав, возникшемъ изъ начала, однажды допущеннаго нашею общественною жизнью. Нарушенiе этого права привело бы къ разоренiю цлаго сословiя и пало бы всею своею тяжестью на невинныхъ, на тхъ, которые были вовсе непричастны первоначальному допущенiю неправды и только унаслдовали положенiе, измнить которое сами были невластны. Слдовательно необходимо соблюсти вс требованiя справедливости относительно матерьяльныхъ интересовъ помщичьяго сословiя.
"Разршается ли эта трудная задача современною дйствительностью? Едвали. Съ одной стороны крестьяне отказываются входить въ добровольныя соглашенiя и продолжаютъ пребывать въ какомъ-то смутномъ ожиданiи, весьма невыгодномъ для нихъ самихъ и для всего государства въ отношенiи экономическомъ. Съ другой стороны помщики… Если многiе, предпочитая скорйшую развязку дла, охотно жертвуютъ и въ состоянiи жертвовать значительною частью своихъ настоящихъ матерьяльныхъ выгодъ, то такого рода образъ дйствiя для мене богатыхъ большею частью невозможенъ, да и нежелателенъ, потомучто клонился бы къ ихъ разоренiю.
"Итакъ, какимъ же образомъ выдти изъ этой дилеммы?.." ("День" № 7).
Выходъ изъ этой дилеммы предлагается въ стать г. Д. Самарина: Уставная грамота, помщенной всдъ за вышеприведенными словами. Г. Самаринъ, для примиренiя помщичьихъ интересовъ, основанныхъ на юридическомъ прав, съ бытовыми воззренiями народа, полагаетъ достаточнымъ, чтобы повинности или оброкъ за пользованiе землею, оставаясь въ томъ же размр, перестали быть повинностями за пользованiе землею и вносились бы не помщику, а в казну, какъ подать и вмст съ податью; а помщики были бы вознаграждаемы изъ казны ежегодною рентою. Такимъ образомъ оброкъ, платимый крестьянами, проходя чрезъ казну, такъ-сказать измнился бы въ самомъ принцип.
Редакцiя «Дня», невдаваясь сама въ обсужденiе мысли г. Самарина, изъявляетъ желанiе, чтобы приняли это на себя другiе, разумется хорошо знакомые съ дломъ.
Слдуетъ потомъ размышленiя по второму вопросу, тсно связанному съ первымъ, или лучше — неизбжно вытекающему изъ него:
"… Крестьянское дло есть въ тоже время и дворянское дло: оно въ ровной степени затронуло интересы крестьянъ и помщиковъ, оно сдвинуло оба сословiя съ ихъ вкового подножiя… Дворянство на запад, въ обстоятельствахъ подобныхъ нашимъ, во все не задавало себ тхъ тревожныхъ вопросовъ о своей судьб, какими смущается теперь дворянство у насъ въ Россiи. Почему же это такъ?.. Отчего могъ родиться вопросъ: что такое русское дворянство въ настоящее время? И чт`o же такое въ самомъ дл теперь — русское дворянство?"
Для разъясненiя этого вопроса надо было заглянуть въ исторiю, и исторiя показала, что "люди въ Россiи длились нестолько по происхожденiю, сколько по наслдственному роду занятiй; " что народъ и дружина, служилое и земское сословiе — составляли главное дленiе населенiя въ древней Руси, и въ основанiи этого дленiя лежало то же начало, т. е. родъ занятiй,
а также и отношенiе ихъ къ государству; что земля жила обычаемъ, подъ закономъ общиннаго быта и общиннаго владнiя: дятельность ихъ была личная, равно какъ и отношенiя къ власти; землю получали они отъ государя, за службу и вмсто жалованья, въ личное пользованiе и владнiе, въ пожизненное или потомственное. Дале исторiя указала на два событiя, недавшiя возрасти и укорениться сословному значенiю служилыхъ людей: табель о рангахъ отняла у нихъ генеологическiй или аристократическiй характеръ, открывъ къ нимъ доступъ лицамъ другихъ непривилегированныхъ сословiй, а указъ Петра III о вольности дворянства, предоставившiй дворянамъ право не служить, отнялъ у сословiя одинъ изъ его сщественнйшихъ признаковъ. Другой (и послднiй) существенный признакъ оставался въ своей сил до нашихъ временъ. Наконецъ "19-ое февраля 1861 года уничтожило на вки вковъ крпостное право, а съ нимъ и существеннйшiй признакъ дворянскаго достоинства, т. е. привилегiю…""Распущенная дружина обращается домой, въ земство, и вноситъ въ него новые элементы. Въ земств мы видимъ или скоро увидимъ два начала, дв бытовыя стихiи: начало общины и начало личности, начало общиннаго поземельнаго владнiя и начало личнаго поземельнаго владнiя, общинниковъ-крестьянъ и личныхъ землевладльцевъ, большинство которыхъ едвали не исключительно составляютъ ныншнiе дворяне. Другихъ дленiй намъ не предвидится." ("День" № 8)
"Дворянамъ необходимо (продолжаетъ «День» въ слдующемъ 9 No) опрделить себ самимъ, чт'o они такое и чмъ могутъ быть, пристроить себя, отыскать себ почву и фундаментъ общественный." Вн этой главной задачи, по мненiю «Дня», вс вопросы, разсужденi и соображенiя преждевременны и не могутъ быть, даже въ теорiи, ни правильно постановлены, ни правильно разршены… "приписка дворянина, какъ дворянина, къ волости невозможна, или по крайней мр будетъ явленiемъ насильственнымъ, искуственнымъ и нисколько не плодотворнымъ. Точно также безполезно было бы теперь соединенiе выборныхъ отъ всхъ сословiй для контроля земскихъ повинностей, пока еще не ршонъ самый вопросъ о соловiяхъ, пока крестьяне и помщики не развяжутся между собою, пока раздляютъ ихъ преданiя о полноправности одного и безправiи другого соловiя."
"Русскимъ дворянамъ (говорится дале) необходимо было бы вопервыхъ вникнуть въ историческiй ходъ дворянскаго учрежденiя и проникнуться сознанiемъ, что дальнйшее существованiе дворянскаго сословiя, на прежнихъ основанiяхъ, посл великаго дла 19 февраля 1861 года, невозможно; вовторыхъ отршиться отъ прежнихъ воспоминанiй, безплодныхъ сожалнiй и отъ великаго духа сословной гордости и исключительности; втретьихъ устранить вс перегородки, которыя отдляютъ его отъ народа какъ въ политическомъ, такъ и въ нравственномъ смысл; вчетвертыхъ опредлить свои отношенiя къ прочимъ сословiямъ… Таковы общiя начала; ближайшею же заботою дворянства должно быть примненiе къ положенiю 19 февраля устава о выборахъ и дворянской грамоты, т. е. III и IX т. Св. Зак. Необходимость такого примненiя очевидна даже и при сохраненiи начала сословности: прежнее осноавнiе права голоса на дворянскихъ выборахъ лежало въ привилегiи крпостного права, въ извстномъ числ душъ, которыми владлъ помщикъ; но теперь это основанiе уже не можетъ имть никакой силы."
Это послднее замчанiе повело къ вопросу о ценз, развитому въ 11 No «Дня». Вопросъ этотъ въ примненiи къ намъ совсмъ новый, и потому мы прослдимъ и высказанныя о немъ мысли.
Начинается съ того, что «День» не видитъ вообще никакого нравственнаго основанiя для идеи ценза. "Трудно понять, — говортиъ онъ, — почему человгкъ, владющiй сотнею десятинъ земли, признается боле способнымъ, боле разумнымъ, боле надленнымъ тми условiями, какiя необходимы для полезнаго участiя въ общественномъ дл, чмъ человгкъ, обладающiй девяносто-девятью и девятью-десятыхъ десятинами? Почему меньшинство «имущихъ» иметъ право ршать участь громаднаго большинства «неимущихъ»? Почему это громадное большинство, составляющее то органическое ядро, которое хранитъ въ себ всемiрно-историческую идею извстнаго народа, должно быть лишено голоса въ вопросахъ, непосредственно до него касающихся?.."
Затмъ разсматриваются два возраженiя защитниковъ ценза. Первое то, что «имущiе» боле заинтересованы въ сохраненiи твердаго порядка вещей, въ усовершенствованiи законодательства и вообще въправильномъ развитiи гражданственности. Второе возраженiе состоитъ въ томъ, что считаютъ необходимымъ создать сильное замкнутое сословiе или увеличить силу существующаго, учрежденiемъ поземельнаго ценза, дающаго право вступить въ сословiе и исключающаго изъ него всхъ владющихъ землею въ меньшемъ размр.