Нас учили рисковать
Шрифт:
Все это время Зарема молчала. Ее усадили на заднее сиденье какой-то иностранной машины и повезли через город. Глядя в окно на красиво одетых людей, дома и рекламы, она отвлеклась от своих мрачных мыслей. Вскоре вдоль шоссе потянулись поля и березовые рощи. Близился вечер, но солнце все еще ярко светило. Листья деревьев слепили желтизной. На фоне гор они смотрелись особенно эффектно. Промелькнул указатель «Аэропорт». Зарему охватило волнение. Она никогда не летала на самолетах и стала про себя молиться.
Все это время Ханпаша, не переставая, кому-то названивал. По обрывкам фраз она поняла, он обсуждает ее перелет в Москву. Когда подъехали к зданию гостиницы, Ханпаша развернулся на сиденье:
– Иди в десятый номер. Там тебя ждут. Человека зовут Саловди
– Я должна стать его женой? – с ужасом спросила Зарема.
– Иди, он все расскажет. Но слушайся как мужа, – напутствовал ее Ханпаша и многозначительно посмотрел на сидевшего за рулем Тархана. Тот, спохватившись, выскочил наружу и открыл Зареме дверцу.
– Спасибо, – смутилась она.
На первом этаже, у стойки, за которой стояла красивая девушка, толпились несколько человек. Зарема обвела взглядом зал и увидела, как из кресла, стоявшего рядом с колонной, поднялся рослый мужчина. На ходу складывая газету, он подошел к ней:
– Здравствуй, Зарема.
– Здравствуйте, – выдавила она, гладя на пуговицу черного цвета рубашки.
– Пойдем со мной. – Мужчина развернулся и направился через вестибюль, уверенный, что женщина последует за ним.
Номер оказался двухместный. Это сразу смутило Зарему. Кровати стояли на небольшом расстоянии друг от друга.
– Слушай и запоминай, – указав Зареме на кресло, заговорил Саловди. – Самолет утром. Полетишь в Москву. Аэропорт называется «Внуково». Смотри, как ведут себя и куда направляются пассажиры, с которыми ты прилетишь, и делай то же самое. Выйдешь из здания аэропорта, пойдешь к стоянке такси. Не останавливайся, если на пути будут появляться люди, которые предложат подвезти. Это частники, три шкуры сдерут. На стоянке выбери «Волгу», они все желтого цвета и у них на крыше большой треугольный фонарь. Подойдешь к задней дверце и остановишься. Запомни, всем своим видом ты должна показать свою уверенность. Таксист откроет дверцу, скажешь «благодарю» и сядешь. Назовешь адрес: Казанский вокзал. Делай вид, будто ты татарка. Хотя нет, – спохватился он, – опасно это. В Москве много людей из Казани. Просто молчи. Там заплатишь тысячу двести рублей и выйдешь.
– А если он будет просить больше?
– Хлопнешь дверью и уйдешь, – процедил сквозь зубы Саловди. – Так ты дашь понять, что часто ездишь и знаешь расценки… В зале касс поездов дальнего следования поднимешься на второй этаж в кафе. Там тебя будут ждать. Все. Теперь повтори, что я тебе сказал.
Зарема имела отменную память и все в точности пересказала.
– Молодец, – похвалил Атабаев. – А сейчас, чтобы завтра ты чувствовала себя увереннее при регистрации и посадке, я проведу с тобой небольшую экскурсию.
Они вышли из номера, снова прошли через вестибюль и оказались на улице. Миновав заставленную машинами площадь, поднялись по мраморным ступенькам крыльца здания, на самом верху которого светилось название города – Нальчик. Бесшумно разъехавшиеся створки стеклянных дверей удивили Зарему. Она замешкалась, не зная как быть. Вдруг они пропускают только по одному человеку?
Однако Саловди быстро сообразил, схватил ее под локоть и провел через тамбур.
– Здесь тебе придется пройти первый контроль, – вполголоса заговорил он. – Это рамка, – он показал на проход из толстой трубы. – Если будет звон, когда пойдешь, тебе скажут выложить все железные предметы на стол и пройти снова. Но у тебя ничего такого нет, – он окинул ее оценивающим взглядом. – Пошли.
Зарема с замиранием сердца миновала рамку. Следом прошел Саловди. Раздался звонок, а сверху замигала красная лампочка. Зарема испугалась и встала. Однако Атабаев с невозмутимым видом подошел к столу, рядом с которым стояла девушка в милицейской форме, выложил из кармана связку ключей, снял массивные часы на браслете, вынул и положил небольшую плоскую фляжку. Снова вернулся к тамбуру и прошел через рамку. Загорелась зеленая лампа, но звонка не было. Саловди подмигнул Зареме. Надел часы, забрал остальные вещи, и они направились дальше.
В течение получаса он водил ее по зданию, не спеша рассказывая, что и для чего здесь сделано. В конце инструктажа они проводили пассажиров, улетающих в Санкт-Петербург, и вернулись в гостиницу.– Я хочу спать отдельно, – оказавшись в номере, заявила Зарема и опустила голову.
– А разве здесь есть еще кто-то? – насмешливо спросил Атабаев и оглядел комнату.
– Но вы…
– Этот номер снят для тебя, – успокоил он молодую женщину. – Все, я пошел.
Некоторое время Зарема стояла, глядя на двери, потом направилась в душ. Несмотря ни на что, ей все больше нравилось жить. Она допоздна просидела перед телевизором. Шел фильм про любовь банкира и бедной девушки. Действия происходили в Москве, и она посмотрела кинофильм с огромным интересом. В эту ночь ей снился сон, будто она идет по улице большого красивого города, а все люди вокруг улыбаются. Неожиданно из толпы выскочил перепачканный кровью Виталик. Он показал на нее пальцем и стал кричать:
– Вот она! Ловите эту чеченку! Это Зарема, она приехала вас убивать!
Зарема ощутила на животе тяжесть пояса шахида и увидела, как люди вдруг стали расступаться в разные стороны. С их лиц исчезли улыбки, заплакал ребенок, и она открыла глаза.
В комнате было уже светло. Странно, Зарема проснулась, а плач продолжался. Она села в постели и только тут поняла, что это звонок электронного будильника.
Подтянувшись на руках, Антон заскочил на сложенный из камней забор, вытянулся на нем и замер. В саду было тихо. Пахло помоями, которые сливали в глубокий ров, выкопанный прямо вдоль ограды, прелой листвой и бараньей шерстью. Справа темнела кошара.
Силуэт ушедшего первым Дрона он разглядел не сразу. На фоне деревьев присевший на одно колено майор практически был незаметен. Лишь по едва уловимому движению удлиненного глушителем ствола «вала» Антон определил его позицию и опустил левую руку вниз:
– Туман!
Ладонь заместителя в беспалой перчатке обхватила запястье Филиппова, нога в ботинке встала на плечо сидевшего на корточках внизу Гущина. Минимум усилий, и вот он уже тоже рядом. Они лежат лицами друг к другу, вслушиваясь в звуки. Туман подстраховал Антона, и уже через пару секунд тот был в саду. Группа практически бесшумно осуществляла проникновение во владения Магомеднабиевых. Именно в этом доме, по словам Фатимы и бандитов, имел привычку останавливаться Ханпаша Газиев. Несколько дней провела здесь и Зарема. Антон не исключал, что бандиты не покинули дом, поэтому действовали предельно осторожно и аккуратно. Перед тем, как начать выдвижение, долго наблюдали за ним с прилегающих высот, используя ночные бинокли, однако караульных увидеть не удалось.
Антон не планировал штурм. Спецназовцы подобрались вплотную к дому только для того, чтобы обеспечить безопасность Шамана и Джина. Выдавая себя за схваченных во время последней операции в верховьях Ассы эмиссаров террористической группы из России, офицеры должны были попытаться войти в доверие к Ханпаше. Если бандита не окажется в доме, попытаться узнать у хозяев, где его искать. Они уже добрались до крыльца и ждали, когда «подтянется» группа. На этапе проникновения Татарин и Гайрбек притаились у ворот снаружи и были готовы в любую секунду имитировать атаку с фасада. Для этого в районе засова калитки уже закрепили специальный заряд. В то же время, если что-то пойдет не так и, обнаружив выдвигающихся с тыла разведчиков, бандиты попытаются прорваться на улицу, доктор и милиционер встретят их огнем. Антон взял на себя большую ответственность. Гайрбек еще не только не зачислен в штат группы, он до сих пор сотрудник другого ведомства, и никто не имел права использовать его при проведении данной операции. Непосредственно во двор сейчас шли две пары: Антон с Дроном и Туман с Гущиным. Почти вплотную расположенные позиции, внезапность, прекрасная ночная оптика не оставляли бандитам шансов уйти, если что-то пойдет не так. Но Антон очень надеялся, что его план с офицерами-чеченцами пройдет и все обойдется.