Наруто – Театр Теней
Шрифт:
Хацуо-сенсей считал участие откровенной авантюрой, но вместе с тем признавал, что текущие риски гибели куда меньше, чем на других подобных мероприятиях в прошлом — всего четверо смертей против нескольких десятков последнего Экзамена на Чунина — и приобретённый опыт того стоит. Застав правление Хино Каратачи, живодерскую практику обучения в Академии, где выходцев из простого народа считали за людей третьего сорта и относились соответственно, генин с трудом воспринимал произошедшие изменения, приготовившись выгрызать себе место под солнцем любым способом, но реформы Четвертого Мизукаге сделали выпуск не таким кровавым, а подоспевший турнир позволил выделиться другим способом, чем вырезание всех одноклассников. С гарантией каждому из кандидатов бесплатной медицинской
Глава 72
Оглядывая полный зрителей стадион, куноичи едва сдерживала довольную ухмылку от уха до уха — устроенный Мизукаге турнир играл ей на руку лучше, чем все личные попытки заставить доводящего до исступлённого бешенства Кагуя принять бой! Достаточно лишь занять первое место, получить Ибуки и стать первым членом нового поколения Кири но Шинобигатана Шичинин Шу, чтобы от её желаний не получилось так просто отмахнуться, чтобы там не говорили главы кланов!
Вновь всплывшие воспоминания о том, с какой легкостью этот здоровый мужлан просто выкидывал её из кабинета словно нашкодившего котенка, зажгли в груди знакомое пламя гнева, жажды битвы и желания доказать! Доказать собственную силу! Чтобы равнодушно-снисходительно-раздраженный взгляд этих завораживающих глаз сменился на уважительный, признающий ценность… восхищающийся! Никто не смеет обращаться с Амеюри Ринго, куноичи Эс-ранга, подобным образом! Никто!
Неизбежно возникавшие предательские мысли о желании откусить кусок намного больше собственных возможностей, девушка старательно гнала из готовы, сваливая всё на последствия тяжелого ранения и обнаруженной болезни. Полностью здоровая, она тоже сможет поравняться силой с лучшими из лоялистов или даже Третьим Мизукаге! Как только главный ирьёнин закончит курс назначенного лечения и наконец отстанет со своими нудными нравоучениями, не имеющими никакой практической пользы для битвы, Ринго намеревалась основательно заняться восстановлением физической формы и уже после этого вызывать Икимори Кагуя на бой. Исключительно в такой последовательности, так как вновь попадать в госпиталь и руки царствовавшей там личности не хотелось. Сильно не хотелось!
По позвоночнику Ринго пробежала волна мурашек. И-и вовсе не потому, что этот здоровенный монах, увитый толстенными жгутами мышц и башней возвышавшийся над миниатюрной куноичи, не вызывал ни малейшего желания подраться, откровенно пугая. В памяти еще оставались свежи моменты, когда во время одной из попыток побега, стремительного касания оказалось достаточно для полной парализации тела и последовавшей следом шестичасовой лекции касательно заботы о здоровье с многочисленными неприятными последствиями безалаберного отношения и всё это под самым тяжелым взглядом, ни разу не моргавшим и буквально утрамбовывавшим в стул… Ярость, обычно просыпавшаяся в такие моменты, куда-то исчезла, оставив лишь ощущение парализованной мыши перед огромным удавом.
Головой джонин понимала собственное превосходство в силе над Ишигавой-доно, но отшлифованные сотнями сражений инстинкты настойчиво твердили не связываться и держаться подальше. Проклятые монахи со своими непонятными силами! Теперь хоть понятно, почему при упоминании Храмов ссали кипятком буквально все старшие ниндзя из прошлого Совета Селения. После унизительного опыта, куноичи дисциплинированно отлежала в кровати положенный срок, получила выписку в регистратуре под понимающе-сочувственными кивками знакомых коллег, имевших несчастье на собственной шкуре ощутить необходимость выполнения всех правил госпиталя и без возражений или опозданий ходила на все назначенные процедуры.
Чувствуя, как боевой запал угасает словно угли под проливным дождём, Ринго предпочла усилием воли переключиться на соперников в предстоящем турнире, пока судья продолжал бубнить о никому не интересных правилах, что довелось услышать не раз. Совершенно неожиданно, среди кандидатов затесались
незнакомые ей подросшие ниндзя, имевшие приличный потенциал мечников, хотя раньше куноичи думала, что гражданская война Тумана слишком сильно проредила молодую поросль для заполнения всех свободных мест в организации семи мечников в ближайшие десять-пятнадцать лет. А вместе с этим и отсутствие достойного вызова её навыкам. Тем приятнее оказалось ошибиться, и девушка мысленно отметила в памяти отслеживать рост нескольких чунинов и редких генинов.Более того, наблюдая отборочные бои одной куноичи, Ринго впервые в жизни почувствовала желание взять личную ученицу. Конечно, мотивация оставалась неизменной — чтобы отшлифовать навыки, взрастить до своего уровня и затем получить поистине захватывающий бой, достойный лучшей мечницы Тумана! Пока джонин лишь мусолила в голове неожиданную для себя идею и планировала посмотреть, чего Эри Ягами сможет достигнуть в турнире, начав действовать лишь после получения статуса — так больше шансов получить желаемое без проволочек, так как она не сомневалась, что и другие приметили перспективную поросль.
Как бы она не относилась к клановой политике, но взобравшись на столь высокую ступень иерархии силы в Тумане, понимала ход мыслей глав, озабоченных настолько сильными новичками и искавших способы уравновесить баланс сил любыми доступными способами. Её участие и победа являлись одними из таких способов, хотя в последнее время возникли сомнения в правильности избранной стороны — уж слишком сильно стали надоедать слабаки своими указаниями в последнее время. Амеюри Ринго живёт чтобы охотиться на сильнейших и не им ставить какие-то ограничения!
Девушка не сомневалась в собственной победе, ведь мало кто из девятнадцати участников действительно мог стать достойным соперником даже в текущем ослабленном состоянии — кроме разве что Каширо Кагуя, использовавший Футон в прямой противоположности её Райтону и Хошигаки с некоторой натяжкой, за счет чистой физической силы с большими запасами чакры, способны немного развлечь — а значит, не придётся даже напрягаться, как рекомендовал ирьёнин. Хотя, сражение против другого Кагуя должно оказаться интересным и послужить своеобразной тренировкой перед самым главным боем, занимавшем все мысли Амеюри…
Почувствовав пристальное внимание, интенсивностью ощущавшееся буквально на физическом уровне, Каширо повернул голову и столкнулся взглядом с единственной в Киригакуре куноичи Эс-ранга, расплывшейся в широкой зубастой ухмылке, сделавшей бы честь по кровожадности любому Кагуя старой закалки. Уже одно это заставило джонина напрячься и сильнее пожалеть, что вообще согласился на участие в Кенши Тайкай (Турнир Мечников). Как сильнейший и правящий клан Киригакуре, организовавший подобное масштабное мероприятие, кандидат от Кагуя обязан достойно выступить и попасть хотя бы в полуфинал, поборовшись за Великий Меч. К сожалению, среди уцелевших после гражданской войны бойцов, он единственный обладал достаточной силой и использовал в личном боевом стиле меч, пусть и создаваемый во множественном числе с помощью кеккей генкая.
Именно поэтому глава пришел к нему и «предложил» выступить перед публикой, поманив чеком с кругленькой суммой. Каширо не обольщался насчёт мнимой добровольности, ведь с одной стороны награда, а с другой гнев сильнейшего в клане шиноби — не трудно догадаться, какой выбор правильный. Пусть Икимори-сама не отличался излишне жестокой натурой, но всё еще оставался безжалостным и жестким порождением своего общества и действовал соответствующе. Все прекрасно видели, что может произойти с вызвавшими его недовольство на примере старших поколений Кагуя, не принявших до конца вносимые в жизнь клана изменения. Их просто раздавили как насекомых в назидание колебавшимся. Последних мгновенно не осталось. При всём менталитете гибели в благородной резне, оставшаяся часть Кагуя быстро начала ценить жизнь, появившееся финансовое благополучие и множество комфортных мелочей, что принесло переселение в городскую среду.