Находка для шпиона
Шрифт:
– Да, скорее всего, так. Ну и роскошняк. По крайней мене выдрыхнемся от пуза! Тоже не хило!
На этом друзья простились. Гошка еще позвонил Саше, но ее не оказалось дома. Тогда он известил обо всем Ксюшу.
И с облегчением вздохнул. Но мысли против воли возвращались к этой истории. И что стоило этому Гореничу раньше догадаться маме позвонить? Дурной какой-то… Однако Гошкины мысли опять прервал телефон.
– Могу я поговорить с Георгием Гуляевым? – спросил незнакомый мужской голос.
– Я слушаю!
– Здравствуй, Георгий. У меня к тебе дело.
– Какое дело?
– Я вот вчера вернулся из Германии, привез тебе посылку от твоего папы. И письмо.
– Мог бы. А когда?
– Давай уж завтра, Георгий. Сегодня у меня еще куча дел…
– Хорошо. А куда надо приехать?
– Университетский проспект знаешь?
– Найду!
– Вот и отлично. В одиннадцать часов сможешь?
– Конечно.
– Тогда запиши адрес!
Гошкино сердце взволнованно билось. Все-таки отец не забыл про него! Прислал что-то, а в письме, наверное, приглашение на зимние каникулы, как он и обещал. Гошкин отец, Андрей Иванович Гуляев, художник, много лет назад уехал в Америку и сгинул. Ни жена, ни сын ничего о нем не знали. В сентябре Гошка с мамой на неделю ездили отдыхать на Майорку. И вот на Майорке они случайно повстречались с Андреем Ивановичем. Теперь он жил в Германии и чрезвычайно обрадовался встрече с сыном. Всю неделю они провели вместе, отец даже предложил Гошке перебраться к нему в Германию, на что Гошка ответил категорическим отказом. А вот приехать на зимние каникулы согласился… Этот мужик сказал, что посылку. Интересно, что там? Гошка заволновался. Значит, отец все-таки любит его. Заслышав, как поворачивается ключ в замке, он бросился в прихожую:
– Мама!
– Гошка? Ты дома? Что стряслось?
– Мамочка, папа посылку прислал! И письмо!
– Ну и что же он пишет?
– Не знаю, завтра к одиннадцати поеду за посылкой. Здорово, правда?
– Посмотрим, – без всякого восторга отозвалась мама. – А кто привез посылку?
– Не знаю, какой-то мужик звонил. Мам, а ты что, не рада?
– За тебя рада. Даже очень.
– Понятно.
В этот вечер все Гошкины мысли вертелись вокруг посылки и письма. А утром он никак не мог дождаться момента, когда уже надо будет ехать за посылкой на Университетский проспект.
Дверь ему открыл веселый толстый мужчина с пышными усами и большой лысиной.
– Георгий? – спросил он.
– Да.
– Ты, говорят, мастер по виндсерфингу?
– Я? – задохнулся Гошка. – Что вы, нет, я только недавно научился.
– А твой отец уже хвастается твоими успехами.
Гошка смущенно улыбнулся. Ему было это приятно слышать.
– Вот, друг мой, посылка! – он протянул Гошке небольшую, но красивую спортивную сумку. – Вот письмо. Вот конверт для мамы, а вот это тебе лично. Как сказал Андрюша – парню на карманные расходы. – И он сунул Гошке пачку русских денег.
– Это все мне?
– Тебе, тебе, кому же еще? Отец очень надеется, что ты их употребишь со смыслом. Не станешь пить водку, баловаться наркотой и все такое. Я лично противник того, чтобы у детей водились лишние деньги, но твой папа уверен в твоем благоразумии. Ты как, и вправду благоразумный, а? – И мужчина подмигнул Гошке.
Тот не знал, что сказать. Ему хотелось скорее попасть домой и все разглядеть как следует.
– Ладно, не смущайся. Еще я обещал твоему папе, что доставлю тебя с твоими сокровищами до дому, а то мало ли и отнять могут. Так что идем, я отвезу. Кстати, меня зовут Юрий Афанасьевич.
Он и в самом деле довез Гошку до подъезда и даже проводил до квартиры. Гошка вежливо пригласил его зайти, но Юрий Афанасьевич отказался и на прощание сказал:
– Георгий, если будут какие-нибудь затруднения
или проблемы, звони мне. Мы с твоим отцом вместе не один пуд соли съели, так что можешь на меня рассчитывать.– Спасибо, спасибо большое!
Едва закрыв за собою дверь квартиры, Гошка рванул «молнию» на сумке. Сверху лежал небольшой фотоальбом. Гошка открыл его. Там были майорские снимки. Море, пляж, серфинг, Пальма-да-Майорка, Вайдемосса. У Гошки сладко защемило сердце. Как же там было здорово! Но к делу! В сумке он обнаружил куртку, два свитера, две пары джинсов, синие и черные, несколько футболок, две рубашки и шикарные часы на браслете с кучей всяких прибамбасов.
– Ни фига себе! – выдохнул страшно довольный Гошка.
Он заглянул в адресованный маме конверт. Там лежали немецкие марки. Папа на Майорке обещал, что впредь будет помогать бывшей жене и сыну, и слово сдержал. Потом Гошка пересчитал деньги, которые передал ему Юрий Афанасьевич «на карманные расходы». Там было целых две тысячи рублей. Ни фига себе! У Гошки даже голова закружилась от такого богатства. И наконец он вскрыл второй конверт, предназначавшийся ему лично. Там было только письмо, никакого приглашения. В письме говорилось следующее:
«Привет, сынок! Посылаю тебе подарки к Новому году. Надеюсь, все тебе сгодится. Я очень огорчен, но наша встреча с тобой пока откладывается. Дело в том, что меня посылают на несколько месяцев на остров Маврикий. И отказаться я никак не могу. К тому же это фантастически интересно и другого такого случая может не представиться. Ты прости меня, Гошенька, но как только я вернусь, вышлю тебе приглашение. Ты не думай, что я не хочу с тобой увидеться или другие глупости, нет, просто я не так уж давно работаю в этой фирме, и столь лестное предложение свидетельствует о том, что мои дела идут в гору. Так что сам понимаешь… Я пишу тебе все это в письме. Это, конечно, трусость с моей стороны, надо было бы позвонить, но я боюсь услышать разочарование в твоем голосе, мне это будет больно. Разумеется, через некоторое время я позвоню, но тогда ты уже будешь все знать. Прости меня, сынок. Еще раз прости! Но 12 ноября я должен уже быть на Маврикии, ничего не попишешь. Надеюсь в мае вернуться. И тогда мы придумаем что-нибудь сногсшибательное.
Разочарование было велико. В горле стоял комок, к глазам подступили слезы. Хотя что-то такое он в общем-то предчувствовал. Все, к черту сантименты! Ну не поедет он в Германию, и не надо. Новые шмотки? Пусть будут. Пригодятся. Деньги? Тоже нелишнее. Сколько лет мама одна его тащила, пусть ей будет полегче. А все остальное… Как жили без отца, так и будем жить. «И не вздумай мечтать о новых встречах, – приказал себе Гошка. – Скажи спасибо за то, что есть. Главное, чтобы мама не знала, как ты расстроился. Все прекрасно, все отлично!» Он посидел немного над сумкой с подарками, потом перевел дух, пошел на кухню, выпил стакан холодного компота и позвонил маме в мастерскую.
– Мам, привет! Папа столько всего прислал! – нарочно бодрым голосом сообщил он маме.
Юлия Александровна сразу сообразила – приглашения нет. Но промолчала.
– Мам, тут и тебе тоже конверт есть…
– Какой конверт? Письмо, что ли?
– Не знаю, – соврал Гошка.
– А ты вскрой его.
Гошка пошелестел возле трубки бумажкой.
– Мам, тут деньги!
– Деньги? – искренне удивилась Юлия Александровна.
– Марки.
– Да? Отлично! Купим тебе новую куртку! Твоя уже никуда не годится.