Чтение онлайн

— Драться смогу, — поморщился дружинник, — у меня теперь к этим уродам в красном большой счет.

— Понятно, а что с Зараком?

Орбин подвел его к сидящему у стены дружиннику. Даже в полумраке было видно, что Зарак страшно бледен, его губы постоянно двигались, будто боец напевал какую-то беззвучную мелодию, по телу то и дело пробегала дрожь похожая на судороги. Удар шоковым жезлом не шутка, по второму разу его на своей шкуре не хотят испытать даже полные психи.

— Так, пришло время попрощаться с этим домом, — объявил Томэ, перекрыв галдеж. — Я разведал дорогу, дойдем без проблем.

Марис, Вильд, хватайте Зарака.

— Значит теперь я долбанный санитар? — осведомился Вильд.

Томэ поймал жилистое запястье бойца.

— Следи за языком, гаденыш, пока ты служишь в моем десятке, будешь тем, кем я скажу. Между прочим, помощь раненному товарищу, почетная обязанность. И кстати, если он по дороге сдохнет, я буду знать кто виноват.

Вильд высвободился и неохотно приближается к Зараку, Томэ прищурившись смотрел ему вслед. Как же это он запустил проблему? До сегодняшнего дня Вильд вроде такого себе не позволял… Или позволял, но просто не так явно? И он не обратил внимания…

— Все готовы?! — крикнул он. — Тогда двинулись!

Слова Томэ не успели затихнуть, как заваленная дверь загудела от удара. Баррикада сдвинулась и зашаталась.

— Твою мать, — выдохнул Дарен, — похоже, у них там таран.

Баррикада снова содрогнулась. Еще три-четыре удара, — понял Томэ. Больше не простоит. Они даже из барака выбежать не успеют…

Томэ поднял с пола светильник который там раньше оставил и прыгнул к перекрывающим вход койкам.

— Эй, ты чего задумал?! — взвизгнула из темноты давешняя девица.

Томэ ухватился за ткань, обтягивающую жесткий тюфяк и рывком ее разорвал. Обнажилась серая, слежавшаяся набивка. Он разворошил ее пальцами и одновременно ударил светильником по стойки кровати. Мутное стекло разлетелось вдребезги. Томэ поднес оранжевый огонек к набивке, и та вспыхнула, будто пропитанная маслом. Он едва успел отдернуть руку.

— Еще огня сюда! Матрасов! Быстро!

Дружинники кинулись выполнять команду, сшибая по дороге обитательниц барака. Таран не успел ударить тритий раз, как баррикада превратилась в огромный костер.

— Ублюдки, — заорали ему в ухо, — вы же нас тут живьем спалите.

— В дружине служат только благороднорожденные, — поправил нервную девицу Томэ. — Никаких ублюдков.

— Мы ж это ни за что не потушим — прокашлял кто-то из темноты.

— Я тебе потушу! — Томэ отвернулся от костра. — Ребята, убираемся отсюда. А этих куриц гоните впереди, нечего им тут пожарников разыгрывать.

Подгонятть дружинников не пришлось, они разом ринулись к безопасному выходу. Обитательницы барака бежали впереди, как зайцы, удирающие от гончих. Пламя у входа уже лизало стены и захватывало стоящие койки. Очередной удар сорвал дверь с петель. Порыв ветра вздул пламя до потолка. С улицы раздались перепуганные крики. Томэ злорадно усмехнулся.

— Зараза, как глаза-то ест, — простонал впереди Айгур.

— Замотайте морды какими найдете тряпками! — крикнул Томэ. — И к полу пригнитесь, дым по верху идет. А самое главное — не стойте на месте. Двигайтесь! Остановился — умер!

Отряд пронесся через барак, бежавший в хвосте Томэ, последним перешагнул через порог каморки. Он сплюнул черной от сажи слюной и с наслаждением

вдохнул ночной воздух. Ворота уже были распахнуты, брус засова валялся на земле. Похоже, обитательницы барака посчитали за лучшее убраться как можно дальше от своих непрошеных гостей.

Томэ отбежал от барака и обернулся. Над той стороны крыши, что была обращена к улице, уже поднимались языки пламени.

— Хорошо, горит, — пробормотал Дарен.

— Ага, давно я ничего не поджигал, но видно мастерство еще при мне. А теперь убираемся отсюда, пока лирийцы не нашли обходной путь!

Отряд кинулся к воротам, но не пробежал и половины пути, как двор залил ослепительный свет.

— С вами говорит Схола Столицы, — прогремел с неба хриплый голос, — немедленно остановитесь и бросьте оружие. Любое сопротивление будет немедленно подавлено.

Томэ выругался и, прикрыв глаза ладонью, задрал голову. В небе чернел силуэт "черепахи", основного рабочего корабля Схолы.

— Видно вылетели, как только поймали сигнал, — пробормотал Вильд.

Маленький дружинник уронил порученного ему Зарака на землю и уселся, как на тюфяке.

— Это госпожа Одетта, с самим доместиком, что ли трахается, раз они из-за поганого домишки корабль прислали?! — фыркнул Марис.

— Скорее уж, денег им засылает, — меланхолично отозвался Дарен. — Обычно, они на такие вызовы какого-нибудь кадета с утра присылают. Что бы документы заполнить.

— Вы циники, господа, — укорил подчиненных Томэ, — может, у этой Одетты действительно с доместиком большая и искренняя любовь.

Судя по ехидным гримасам дружинников, версия командира не встретила у них доверия, но они слишком устали, чтобы спорить, или вообще предпринимать активные действия. Пожалуй, оно и к лучшему. Оружие "черепахи" слишком серьезная штука чтобы с ним шутить. Тем более, когда не знаешь, что в голове у людей, которые держат палец на кнопке. Среди схолариев порой попадались просто сказочные идиоты.

— Оружие на землю! На землю! — снова донеслось с неба.

— Как редко в этой жизни мы получаем, то чего хотим, — скал Томэ и повесил плеть обратно на пояс.

Дружинники тихо засмеялись. Расставаться с оружием никто не собирался. Чтобы не подвергать закон новым оскорблением, схоларии, видимо, решили притвориться, что их требование выполнено. "Черепаха" плавно развернулась и пошла на посадку перед воротами двора. В лица дружинникам ударил поток воздуха пахнущего горячим металлом. Томэ нахмурился, настроение у него было прискверное. Ну почему, он каждый раз попадает из переплета в переплет?!

Пентокарх в фиолетовом мундире схолы, старался просверлить Томэ взглядом. Судя по значкам на кителе стража порядка, должность командира отряда в пятьдесят голов к его званию не прилагалась. Возможно, поэтому он казался обиженным на весь окружающий мир. Томэ зевнул.

— Хватит, хватит врать и изворачиваться. Нагадили, так отвечайте за это. Как положено благороднорожденным.

— Ты лучше лирийцам на совесть. Это они во всем виноваты.

Томэ помахал перед лицом ладонью, как и следовало ожидать никакого облегчения это не присело, дым от горящего барака уверенно заполнял двор.