Чтение онлайн

– Что вам нужно, доктор Дар? – спросил министр, и в этом вопросе сквозила лёгкая озабоченность.

Учёный торопливо извлёк объёмный носитель. После краткого изучения Либ Ур поинтересовался:

– А если случится неудача? Гибель моих подчинённых будет лежать на моей совести.

– Я не заставлю никого делать то, на что не решился бы сам. Я намерен участвовать лично, господин министр, вместе со своим ближайшим другом и коллегой.

Ожидавший у входа в здание Ви метнулся к Онгу с немым вопросом, как только тот показался.

– Я надавил

– А, Эллен. Наконец-то. Решение готово? – обернулся к ней Патель. – А то это ветвление тут растёт как бамбук.

Обычное для шефа выражение довольства и самоуверенного оптимизма уступило место некоторой напряжённости.

– У нас есть более насущный предмет беспокойства. – Эллен опустила глаза на только что синхронизированный программируемый листок, затем перевела взгляд на Пателя.

– Что может быть более насущным, чем это? – капризно спросил тот – признак поднимающегося раздражения, который Эллен намеренно проигнорировала.

– Каким образом здесь взялся этот журналист?

Патель закинул голову назад:

– Ты опять об этом…

– Нет, Раджеш, не об этом. Кто его порекомендовал? Кто-нибудь его проверил?

– Ну разумеется. – Патель издал многозначительный пшикающий звук. – Его издание связалось напрямую с Рааной. Она, очевидно, обеспечила внесение его идентификатора в базу пропусков. Меня поставили в известность сегодня утром. Я ещё в душе стоял, когда браслет завибрировал. А когда приехал на работу, он меня здесь уже в моём кабинете ждал.

Раана Кетаби была основателем и основным акционером. Но имена и чины никогда не производили особого впечатления на Эллен, в отличие от Пателя. Может быть, именно поэтому он был её начальником, а не наоборот.

Джефферсон не отводила взгляда, и Патель развёл руками:

– Что?

– «Очевидно», Раджеш, опасное слово. Ты разговаривал с Рааной или это тебе сказал сам Антонов?

– Я получил сообщение, – в недоумении надулся Патель.

– Дело в том, Раджеш, – невозмутимо продолжила Эллен, – что сервер-секретарь «Блю Глоуб Ньюз» только что подтвердил в ответ на мой запрос, что в базе данных сотрудников издания никакой Владислав Антонов не числится.

– Тогда кто он такой? – потряс подбородком Патель. – И почему Раана приказала выдать ему пропуск?

Эллен устремила на шефа многозначительный взгляд. Тот медленно кивнул:

– А-а-а…

– Это не самое интересное, Раджеш. Интереснее, что он здесь делает. Во время интервью он задал вопрос о субъекте-авторе первичного ветвления XM^84. Абсурдный вопрос, на первый взгляд: как именно произошла терминация активной фазы субъекта. Я заглянула в логи того периода. И дело в том, что записей о таковой терминации нет. Ни естественной. Ни индуцированной каким-либо взаимодействием в Симуленной.

– Сбой системы? Ошибка программирования? – попытался догадаться Патель.

Эллен покачала головой:

– Меня даже не это поначалу заинтересовало. Как он об этом узнал? Когда он задал вопрос, у меня было ощущение, что он что-то знает

– За какой филигранью ему это нужно? – вскинул руками Патель.

– Не знаю, – пожала Эллен плечами. – Научный шпионаж?

– Я свяжусь со службой безопасности, – решительно кивнул Патель, прикасаясь к своему браслету.

– Эй! Что вы делаете?! – гневный окрик Эллен заставил Пателя прыжком обернуться и посмотреть туда, куда был направлен её метавший молнии взгляд.

Без какого бы то ни было признака смущения или вины Антонов, деловито двигавший пальцами по экрану свободного терминала, убрал руки и спокойно встретил подошедших.

– Ради бога, простите, доктор… Не смог удержать любопытства. Очень хотелось узнать побольше о внутренней структуре системы. Хобби ради…

– Вам лучше перейти в переговорную, мистер Антонов, – звенящим металлом голосом предложил Патель. – Вы закончите интервью, как только доктор Джефферсон освободится.

Эллен были ясны намерения шефа. Как только журналист окажется в переговорной, его без лишнего шума примут на попечение парни из службы безопасности.

– Что вы собираетесь делать? – дружелюбный голос Антонова категорически не вязался с обликом его собеседников.

– Потрудитесь уточнить вопрос, мистер Антонов, – соревнуясь с ним самообладанием, попросила Эллен.

– Простите… Я думал, это очевидно. Я так понял по обрывкам разговоров сотрудников, что вы намерены осуществить какой-то вброс?

– Мы намерены восстановить нарушенную траекторию, – коротко ответила Эллен. – Отсечь ветвь. Вам, кажется, пора идти.

Антонов упёр руки в бока и опустил голову будто в задумчивости.

– Вы сами знаете, насколько это опасно, доктор. Опасно и… бесчеловечно. Боюсь, я не могу позволить вам это сделать…

– Больно будет, док? – спросил один из армейцев – внушительных размеров боец, когда Онг Дар прилаживал на него шлем и прочую аммуницию, опутанную проводами и поблёскивающую радужными мембранами, содержащими сверхпроводящий жидкий сплав.

Вопрос, заданный намеренно шутливо, немало позабавил остальных вояк.

– Я не того толка доктор, – парировал Онг, хотя самому ему было не до веселья. То, что должно было произойти, являлось кульминацией более чем трёх лет напряжённого труда, прошедших с того момента, когда министр Либ Ур поставил своё одобрение на предложенном доктором Даром проекте и согласился выделить ресурсы.

Ви стоял уже в полном «обмундировании», и напряжённая поза его выдавала нешуточное волнение. Онг выронил одну из пластин и, нагнувшись за ней, проговорил, обращаясь неизвестно к кому:

– Только бы успеть. Только бы успеть…

Оставался только сам доктор Дар. Неловко поворачиваясь, он помогал, пока главный лаборант Имр Садр прилаживал, подгонял и скреплял. Онг не терял времени, давая последние наставления:

– Результаты в сводном виде выйдут сразу в объёмной форме. Отправьте их немедленно министру. Надеюсь, токтроника не подведёт. Держите оборудование на ходу. Если всё пойдёт, как я надеюсь, то ответное проявление материализуется через несколько лет. Может быть, через пару десятилетий.