Чтение онлайн

— Как его зовут? — продолжал допрашивать мужчина, зорко оглядывая пляж.

— Володя. Ему только четыре годика, — ответила плачущая женщина и заметалась по пляжу.

За ней устремилась толстуха. Мужчина немного подумал и пошел в направлении ларьков с мороженым.

Сеня с Никитой переглянулись.

— Только четыре годика! — сказал Никита.

— И плавать совсем не умеет, — добавил Сеня и посмотрел на горн и пустынные скамейки под навесом.

Дежурным уходить от горна не полагалось. Но разве можно спокойно стоять на месте

и смотреть, как ищут маленького Володю?

Никита взял горн, положил его на скамейку и, оглянувшись кругом, прикрыл горн полотенцем. Семен подумал и положил сверху еще рубашку Константина Ивановича. После этого, ни словом не обмолвившись, мальчики бросились бегом вдоль длинного пляжа.

— Не видели поблизости мальчика лет четырех? — спрашивали они встречных.

— Нет. А какой мальчик? — спрашивали встречные в свою очередь.

— Он голенький, в белом картузике.

— Может быть, и видели, — говорили одни. — Мало ли здесь голых ребятишек!

— Что же вы плохо смотрите за малышом? — спрашивали другие и добавляли при этом — Два таких лоботряса выросли, а за маленьким братишкой не усмотрели!..

Иногда Сеня, обидевшись, пытался было объяснить, в чем дело, но Никита мчался дальше. Разговаривать было некогда.

Скоро они сами наткнулись на голого мальчишку в белой панамке. Малыш сидел на корточках и старательно сыпал песок в маленькое голубое ведро. Никита обрадовался и сразу же схватил малыша за руку.

— Он?

Но малыш вырвал руку, сел на песок и, схватившись за ведерко, громко закричал:

— Ма-а-а!

Из соседней простынной палатки выглянула женщина и ласково спросила:

— Ты что, Андрюшенька, ты что?

Сеня с Никитой поспешно отошли в сторонку, но маленький

Андрюша протянул в их сторону вымазанную песком руку и пожаловался:

— Ведёлку белут!

Мать посмотрела на ребят и сердито нахмурилась. Ребята не стали ждать, что именно она скажет, и повернули к ней спины. Но Сеня все же услышал ее возмущенный голос:

— И как не совестно обижать малышей! А еще небось пионеры…

Наконец ребята наткнулись на низкий заборчик, отгораживающий небольшой участок пляжа. Дальше бежать было нельзя. Ребята остановились.

За оградой стояли большие грибы-навесы. Под ними копошились в песке голые малыши в белых панамках и картузиках. Полная женщина в белом халате расхаживала от навеса к навесу. Вот она посмотрела на часы и что-то крикнула малышам Они сразу же вышли из-под навесов и улеглись рядком на теплом песке. Женщина опять посмотрела на часы и скомандовала:

— Теперь повернулись на животики!

И все ребятишки улеглись на животы, подложив под головы руки.

Вот так головастики! — удивился Никита. — Все по команде!

— По-моему, они сами как грибы, — сказал Сеня и вдруг схватил

Никиту за руку. — Гляди-ка, еще один!

В стороне остался еще один малыш. Он сидел под зонтиком на песке и смотрел на ребятишек. Руководительница только что направилась в его сторону.

Никита не стал долго раздумывать.

— Володя! — громко позвал он малыша.

Мальчик повернул голову в сторону пионеров.

Женщина тоже остановилась и посмотрела на них.

— Он! — крикнули ребята в один голос и, не сговариваясь, начали перелезать через забор.

— Это что за безобразие! — строго прикрикнула на них женщина. — Вы что, не видите калитки? И, кроме того, на территорию детского сада вход запрещен.

Но было уже поздно. Семен с Никитой перемахнули через низкий заборчик и, подбежав, ухватили мальчика за руки.

— Это ваш малыш? — уже не так строго спросила женщина.

— Наш! — хором ответили друзья и стали тянуть упиравшегося мальчонку.

— Что же вы плохо за ним смотрите? Он так может у вас и в море уйти.

— Теперь не уйдет, — ответил Никита, поднимая мальчика на руки.

Но Володя не желал уходить. Он начал отбиваться от Никиты руками и ногами. Он кричал и плакал.

— Погодите, так нельзя, — сказала женщина и отобрала малыша у Никиты.

Она заговорила с ним ласково и серьезно, как со взрослым:

— Постой, Володя, не плачь. Почему ты не хочешь идти с братишками?

— Не хочу. Хочу на животик. — И Володя показал коротким пальчиком на лежавших ребятишек.

— Надо ей сказать, что мы не братишки, — шепнул Семен Никите.

— Ну да! Она тогда не отдаст мальчишку. Молчи! — ответил Никита и стал манить мальчика: — Пойдем, пойдем, Володенька! Там мама. Она плачет: «Где мой мальчик? Где мой Володя?» — Никита вертел головой и тер кулаками глаза, изображая Володину маму. Это было смешно.

Володя заинтересовался и уставился на Никиту. Никита воспользовался этим и снова ухватил его за ручонки. Мальчик не сопротивлялся. Но когда ребята направились к калитке, он вдруг снова стал вырываться и кричать:

— Не хочу к маме! Хочу с ребятами на животик! На животик хочу-у!

Но Никита волок его к выходу. Только когда Семен закрыл калитку и они с мальчиком очутились за оградой, Никита сказал сердито:

— Сенька, держи его за ноги. Не видишь — он мне все коленки отбил!

Пока добирались до своего пляжа, они несколько раз останавливались. Приходилось перехватывать тяжелую, упирающуюся ношу. Наконец показались знакомые навесы.

Купанье уже кончилось. Все ребята были в сборе. Они серьезно и внимательно смотрели на приближающуюся к ним странную группу. Два пионера, оставленные дежурить возле горна, исчезли неизвестно куда. А теперь, взмокшие и пыльные, волокут упирающегося, орущего мальчонку, голого, в одном только белом картузике! Дежурство брошено. Гори оставлен на скамейке. Было отчего рассердиться Константину Ивановичу.