Чтение онлайн

— Пять лет. Уехал, едва окончив институт. Хотел раньше, но решил дождаться диплома.

— И ты совсем не скучал по дому? Совсем-совсем?

— Нет.

— Я бы так не смогла, — вздохнула я. — Я очень люблю свой дом, свою семью. Я даже живу до сих пор с родителями, — у меня вырвался смешок. — Не представляю, как можно вот так все бросить и уехать на другой конец света.

— У тебя замечательная семья. Тебе не нужно это даже представлять.

Его голос едва уловимо дрогнул. Будто случайно сорвался. Но стоило заглянуть в глаза, и сразу становилось ясно — не случайно. Надо же, я три года проработала в компании его отца, и никогда бы не подумала, что

этот приятный, интеллигентный и крайне умный человек мог так сломать своего собственного сына. Правду говорят: чужая семья — потемки. Что он делал? Бил, унижал, был домашним тираном? И как вообще мальчик из богатой и благополучной семьи оказался в интернате? Столько вопросов и ни одного ответа. Но, если честно, меня это не особо и касается — наши встречи и ночь, проведённая вместе, совсем не означает, что мы стали кем-то большим друг для друга.

— О чем задумалась? — Влад словно прочитал мои мысли.

— Ни о чем, — отмахнулась я. Так не хотелось портить сегодняшний вечер. — Расскажи мне лучше вот что. Это правда, что ты метишь на место одного из начальников отдела? Например, нашего?

Он округлил глаза, а затем тихо рассмеялся.

— Откуда ты это взяла?

— Разные слухи ходят, знаешь ли. Много кто переживает за свое место — ведь, подумай сам, в компанию пришел работать сын шефа и явно не простым менеджером.

— Нет, я не займу ничье место. Особенно в вашем отделе — Максим меня устраивает целиком и полностью.

— Да ладно?! — я так облегченно выдохнула, будто это моя карьера висела на волоске. — Я ему завтра расскажу, он умрет от радости. А то у него остановка сердца случается всякий раз, как ты мимо кабинета проходишь.

— Не думал, что вызываю у людей такой страх, — Влад покачал головой.

— Не ты, а перспектива потерять работу.

— Звучит немногим лучше.

— Тогда что ты планируешь делать в компании?

— Занять место отца, конечно же, — он ответил это таким тоном, словно это что-то само собой разумеющееся и совершенно очевидное.

— Да ладно? — моя рука так и зависла в воздухе, не донеся стаканчик чая до рта. — А он?

— А он планирует… Отдохнуть? Уйти на пенсию? В общем, он передаст мне дела и уйдёт.

Я стояла, потрясенная неожиданной новостью. Шеф ни разу никому даже словом не обмолвился о том, что скоро покинет свою компанию, которую строил годами. Да и как-то в голове не укладывалось, что мужчина в полном расцвете сил и абсолютно здравом уме вдруг засобирался на пенсию.

— Вот только об этом никому. Он сам скажет, когда приедет время.

— Да, хорошо…

Нас прервал телефон, зазвонивший в кармане его куртки. Влад нашарил аппарат и, увидя имя звонившего, нахмурился и на несколько секунд завис, раздумывая стоит ли отвечать. Потом, все-таки приняв решение, отошёл в сторону.

— Да, — его ответ прозвучал довольно грубо.

С того конца телефонной трубки начали быстро что-то говорить, и Влад постепенно менялся в лице. На нем все отчетливее появлялись разочарование, страх и боль. Я не слышала слов говорившего, но неосознанно напряглась, едва ли не кожей почувствовав, что ему сейчас говорят что-то ужасное.

— Понял, скоро буду, — наконец, кратко бросил он и нажал на отбой.

Поднял на меня глаза, в которых снова засверкал лёд. Я почувствовала, как внутри живота все сжалось в болезненный узел.

— Что-то случилось? — тихо спросила я.

— Отец в больнице, — ответил он так, будто каждое слово давалось ему с большим трудом, — прости, мне нужно ехать. Придётся продолжить нашу прогулку в другой раз.

— Какой кошмар!

Что случилось?

Влад проигнорировал мой вопрос, словно не услышав или просто не захотев отвечать. Он выглядел таким потерянным, что я, обхватив его ладонями за лицо, заставила посмотреть мне прямо в глаза.

— Я поеду с тобой, слышишь? Никто не должен проходить такое в одиночку. И плевать, если ты скажешь, что это не мое дело, и ты справишься сам.

Влад смерил меня долгим внимательным взглядом, по которому я не смогла понять совершенно ничего — зол он, рассержен или рад, что я навязалась ехать с ним. А затем кивнул:

— Хорошо, поехали.

Мы домчались до здания больницы минут за пятнадцать. Поджав губы, Влад летел вперёд, превышая скорость и нарушая с десяток правил дорожного движения. Он молчал, о чем-то напряженно думая, и я так и не решилась ничего сказать или спросить.

Бросив машину на парковке, он быстро пошел в здание, так, что я едва поспевала за ним. Войдя в просторный холл, мы сразу увидели Татьяну и Кирилла.

Женщина судорожно всхлипывала, обнимая себя за плечи руками и выглядела просто ужасно — красные от слез глаза, опухшее лицо, растрепанные волосы. В ней сейчас очень сложно было признать шикарную хозяйку дома, который мне довелось посетить два дня назад. Кирилл же, напротив, стоял, как неживой, уперев взгляд в одну точку. Он будто находится в ступоре и не понимал, где находится и что происходит. Сердце сжалось от жалости к обоим — они проживали свое горе так по-разному, но больно им было одинаково сильно.

Влад размашисто подошёл к ним и, даже не поздоровавшись, спросил:

— Как он? Что с ним?

Татьяна всхлипнула.

— В реанимации. Врач сообщил, что пока ничего конкретного сказать не может, нужно ждать. Мы здесь уже сорок минут, но больше к нам никто не выходил, — она снова зарыдала.

Влад только поморщился, словно ее слёзы были ему не просто неприятны, а до ужаса раздражали.

— Пойду поговорю с врачом, — коротко бросил он и направился в отделение.

Я замерла, не зная то ли следовать за ним, то ли остаться здесь. Но, похоже, Влад не нуждался в моей компании и я, вздохнув, повернулась к Татьяне. Она старательно пыталась вытереть лицо от слёз уже совершенно мокрым платочком. Я шагнула вперед и неловко приобняла ее за плечи.

— Тише, тише, — шепнула я, поглаживая ее по руке, — все будет хорошо. Обязательно! Сергею Ивановичу станет лучше, и он вернётся домой.

Она замотала головой, будто отмахиваясь от моих слов, но всхлипывать стала реже. Не переставая ее обнимать, я осторожно спросила:

— Что вообще случилось?

— Я не знаю, — пробормотала Татьяна, — Серёжа пришёл домой в обед, сказал, что неважно себя чувствует. Но пошёл поработать в кабинет, а когда я вечером заглянула к нему, чтобы позвать на ужин, обнаружила его лежащим на полу без сознания. Бедный, бедный Серёжа! За что ему это все…

Слова слились в сплошной поток рыданий, разобрать что-то в котором стало невозможно. Я убрала свою руку с ее плеча и пробормотала:

— Я сейчас.

Дойдя до кофейного автомата, я взяла два стаканчика кофе и отдала их Татьяне и Кириллу. Мальчишка принял напиток у меня из рук без каких-либо эмоций, но пить стал. Татьяна схватила его обеими руками, будто грелась, и попыталась унять дрожь.

— Спасибо, — шепнула она. — Это очень мило с твоей стороны, Полина. Особенно, учитывая тот факт, что ты здесь с Владом.