На изломе
Шрифт:
— Это Эмброуз ДеМарс. Надеюсь, я вас не отвлекаю, но у нас возникло несколько вопросов на основе видеозаписей, которые вы нам вчера предоставили.
— Люди, которые не хотели, чтобы их интервью были опубликованы? В чём дело?
— Вы сказали, что ни у кого больше нет или не было доступа к тем видео, которые вы не выложили, верно?
— Да. Я не могу представить, что кто-то мог получить доступ, если только облачное хранилище не взломали. Но нет никаких свидетельств этого.
— Даже ваш оператор?
— Франко? Нет. В этом нет необходимости.
— Можете рассказать мне немного о Франко?
— Конечно. Он — хороший парень. Тихий, но очень надёжный и серьёзный, и хорошо выполняет свою
Эмброуз почувствовал, как по нервным окончаниям пробежала лёгкая дрожь. Такую дрожь он ощущал, когда выходил на след преступника, которого ему поручали выследить. Он знал, что близок к цели. Он чувствовал это.
— Как фамилия Франко?
— Джироун. — Джамал произнес её по буквам, и Эмброуз кивнул Леннон, которая побежала в гостиную за ноутбуком.
— Можете рассказать о нём что-нибудь ещё?
Джамал сделал небольшую паузу.
— Дайте-ка подумать. Мама Франко была активным сторонником помощи бездомным. Она руководила программой помощи. Сейчас я не могу вспомнить её название. К несчастью, её убили. Я не знаю всех подробностей. Кажется, я узнал об этом от кого-то, у кого брал интервью, но я уже слышала её имя раньше. И по сей день её часто вспоминают и чествуют на мероприятиях. Когда Франко попросился ко мне в операторы, он сказал, что хочет продолжить её дело, но у него не такой общительный характер, как у его матери. Он предпочитает оставаться в тени и помогать рассказывать истории улиц Тендерлойна, находясь по ту сторону объектива.
Эмброуз поблагодарил Джамала и повесил трубку, а затем подошёл к Леннон, которая склонилась над экраном своего ноутбука.
— Взгляни на это, — сказала она, указывая на новостную статью. — Зета Джироун была убита в своём доме. — Она подняла ноутбук с комода, повернулась и забралась в постель, и, откинувшись на подушки, положила ноутбук на колени.
Эмброуз сел на край кровати и повернулся к ней лицом. Она потратила минуту, чтобы просмотреть статью, очевидно, быстро читая.
— Зета Джироун была приёмной матерью четырёх подростков, которых взяла к себе, когда они были переданы в систему клиентами её фонда «Лучи надежды», расположенного в районе Тендерлойн в Сан-Франциско.
«Лучи надежды».
Где-то он уже видел это название. Может, проходил мимо него, когда был в Тендерлойне? Должно быть, да. Он подождал несколько минут, пока Леннон щёлкала мышкой.
— Цель команды «Лучей надежды» — это полная ликвидация семейной бездомности в Сан-Франциско. А до тех пор мы предлагаем помощь с жильём, а также финансовую и наркологическую помощь, — сказала она, очевидно, читая текст с сайта, который, должно быть, открыла в браузере.
— Значит, он всё ещё открыт?
Леннон кивнул, сканируя экран.
— Итак, Зета Джироун приютила четырёх подростков, которые затем убили её в своём же доме. Однако, прежде чем убить, они почти год держали её в заточении в собственном подвале. И, судя по всему, забирали деньги, которые она получала за проживание и уход за ними. — Леннон покачала головой. — Вот дерьмо, — пробормотала она, прокручивая страницу вниз. — Она взяла перерыв в работе, чтобы направить все свои усилия на помощь этим подросткам в адаптации и получении образования, поскольку они сильно отставали и всё ещё испытывали последствия диагностированного у них посттравматического стрессового расстройства. — Она взглянула на Эмброуза, а затем вернулась к экрану, на несколько мгновений приостановив чтение, а затем продолжила резюмировать: — Со слов тех, кто был знаком с делом, подростки связали её, пытали и издевались над ней в течение одиннадцати с половиной
месяцев. В конце концов, они зарезали её, когда перестали приходить деньги из-за неоформленных вовремя официальных бумаг и пропущенных визитов на дом. Её тело нашёл сын, Франко, который учился в колледже на Восточном побережье во время её плена и убийства. — Она подняла глаза на Эмброуза. — Химия. Франко изучал химию.— О, боже. — Он провёл пальцем по губам. — Сейчас я напишу Доку и узнаю, не говорит ли ему о чём-нибудь имя «Франко».
Он схватил свой телефон и отправил Доку сообщение, а затем оглянулся на Леннон, которая всё ещё читала с экрана.
— С деньгами в семье было туго, поэтому Франко работал на летних и рождественских каникулах, чтобы оплатить своё обучение, — сказала она. — Переписка с матерью стала редкой, на сообщения он отвечал всего несколькими словами. Он думал, что она сердится на него за то, что он так далеко уехал. Видимо, они поссорились из-за этого. Когда парень вернулся домой, то обнаружил её изуродованное тело.
Эмброуз почувствовал тошноту. Боже, на какие отвратительные вещи способны люди.
Леннон развернула экран, и Эмброуз посмотрел на фотографию. На ней были темноволосый мальчик и женщина с яркими рыжими волосами. Мать обнимала сына, и они оба счастливо улыбались в камеру. Позади них было окно с логотипом «Лучей надежды», вокруг которого расходились солнечные лучи. Его взгляд переместился на Франко. Симпатичный паренёк, его улыбка была искренней. Был ли он тем человеком, который собирал наркоманов и бездомных и провоцировал их травмы самыми ужасными способами, побуждая избивать и закалывать друг друга?
— Как думаешь, он мстит за свою мать, чтобы поквитаться с теми, кого считает неисправимыми? — спросила Леннон, затем сделала паузу. — Боже, она приняла их в своём доме, а они пытали и убили её из-за нескольких тысяч долларов. Это отвратительно.
— Если мы правы, это и то, что он делает, тоже ужасно.
— Да. Я знаю. Это всё ужасно. — Её плечи поднялись и опустились, когда девушка сделала глубокий вдох. — Мне нужно сообщить обо всём лейтенанту Берду.
Эмброуз забрал у неё ноутбук и наблюдал, как она звонит своему боссу и объясняет ему, что ей удалось узнать о подкасте и Франко Джироуне. К его чести, тот не стал тратить время на расспросы о том, как и когда она провела все эти исследования. Вместо этого он выслушал информацию и сказал, что немедленно объявит его в розыск.
Леннон положила трубку и посмотрел на Эмброуза.
— Если Франко разбирается в химии и является человеком, ответственным за эти преступления, то у него наверняка есть импровизированная лаборатория в доме. Это первое место, куда направится полиция. — Она на мгновение отвела взгляд в сторону, явно размышляя. — Итак, если это он, то мы знаем, как он выбирает своих жертв и как находит информацию об их триггерах. Но я не понимаю, как он мог узнать о таблетках. На первом месте убийства таблетки были по тому же рецепту, что и у доктора Суитона. Очевидно, с тех пор наш убийца экспериментировал. Но изначально он начинал с них. Но как? Как он получил одну из этих таблеток, чтобы использовать её для производства других, если все лишние препараты немедленно уничтожаются?
Эмброуз провёл рукой по подбородку, задумавшись.
— Но ему не нужна таблетка. Только формула.
— Верно, — сказала Леннон, отведя взгляд и прикусив губу. — На самом деле, так даже проще. Где доктор Суитон может хранить такую информацию?
— Все файлы, относящиеся к проекту «Синяя птица», хранятся у него в домашнем кабинете, — сказал он. — Я уверен, что это включает и формулу препарата, который он использует. Но его кабинет находится под замком. Он даже свою домработницу туда не пускает. Я доверяю ему, Леннон.