На грани
Шрифт:
Вскоре на Пенсильвания авеню Пит выключил мотор и сказал:
– Всё, выходим.
Некоторое время мы ещё шли пешком. Через несколько минут мы остановились. Что я увидел? На самом деле, ничего особенного. Передо мной находилось нечто вроде парка. Через дорогу были магазины. И, по правде говоря, я очень сильно удивился, почему мы оставили автомобиль так далеко. Но ещё больше я был удивлён, когда оказалось, что мы уже пришли в нужное место.
– И куда же завела нас дорога на этот раз? – с удивлением и явным недоверием к происходящему спросил я.
– А ты просто обернись, – ответил он.
Верно, как же я сразу не догадался оглянуться? Очень зря, потому что
– Чего застыл на месте? Идём, – сказал мой друг.
Я последовал за ним. Пару минут спустя, мы уже стояли перед входом. Охранников и телохранителей здесь было гораздо больше, чем в доме Патрика Рейнольдса. И я был вновь удивлён, или, скорее, даже потрясён тем, что и здесь хранители порядка знали моего, порой казавшегося сумасшедшим, друга.
– Добро пожаловать в резиденцию президента, мистер Рейд, – сказал охранник.
Вот мы были внутри. Роскошь излучалась отовсюду: идеально сделанные кабинеты были украшены портретами Линкольна, Франклина, Вашингтона и прочих известных политиков, и деятелей Америки. Здесь также была и дорогая мебель, в частности столы, диваны и стулья. В комнате обязательно стоял флаг государства.
Мы шли длинным коридором и наконец пришли в одну из комнат. Я так полагаю, что это была комната ожидания. Служащий остановил нас и медленно, но с полной серьезностью проговорил:
– Присаживайтесь, пожалуйста.
После того, как он удалился, мы прождали ещё примерно полчаса в полной тишине. Я уже было подумал, что это шутка, розыгрыш. Всё что угодно могло случиться: от простых подарков до чего-то очень непредсказуемого. В тот момент я больше склонялся к варианту чего-то очень удивительного, если не странного. К тому же, полная тишина заставляла меня нервничать, и я ничего не мог поделать со своим нетерпением. Зачем мы здесь? Что вновь задумал Пит? Ответы на все свои вопросы я получил лишь после мучительного ожидания.
Вот дверь распахнулась и перед нами предстал мужчина лет шестидесяти. Мы встали, но когда я присмотрелся, то чуть было не упал. Я потерял дар речи, ведь я узнал этого незнакомца, стоявшего напротив нас. Значит, в школе я учился не напрасно. Перед нами стоял президент Соединённых Штатов Америки.
Он был почти такой же, каким я запомнил его с фотографий: стареющий мужчина, который уже начал лысеть и на лице которого начали появляться морщины. Мистер президент, как и всегда, был одет официально: тёмный смокинг, слепяще-белая рубашка и идеально подходивший ко всему этому галстук.
– Мистер Рейд, – поспешил поздороваться глава государства, протянув руку.
– Мистер президент, – ответил Пит, пожав протянутую ему руку.
– Буду иметь за честь познакомиться с вами, молодой человек, – сказал, повернувшись ко мне, президент и протянул руку.
– Взаимно, мистер президент. Меня зовут Томас Бальдбридж, – ответил я, пожав его руку.
Вот это был подарок! Мы были в Вашингтоне, а передо мной стоял и сжимал мою руку никто иной, как президент страны. Но было во всём происходящем нечто неловкое, что-то, что меня смущало, и что я никак не мог понять. Всего лишь несколько недель назад я был самым обычным подростком, переживавшим тяжелый период. Теперь же я стоял в Белом доме рядом с президентом.
Уже тогда я начал понимать, что моя жизнь кардинально меняется, пускай это не заметно в данный момент. Я не только начал покидать депрессию, но
и стал замечать за собой моменты радости и безмятежного счастья, которые с каждым разом длились дольше. Это был признак того, что я на верном пути, и что спонтанное решение отправиться в путешествие с незнакомцем не было ошибкой.Ещё больше в своих мыслях я удивился, когда президент узнал моего друга, или, скорее, наставника. Неужели его весь мир знает? Тогда почему же я не знал его и почему он выбрал именно меня?
Я вновь был вынужден вернуться из своего мира мыслей в мир настоящий, где у меня накопилась масса вопросов и, увы, ни единого ответа. Однако, это вовсе не значит, что я собирался оставить эти вопросы нерешёнными.
Тем временем Пит с президентом почти единогласно звали меня, и когда я всё же отозвался, в мой адрес прозвучал вопрос:
– Заснул? Пора просыпаться.
– Нет, просто потерял контакт с реальностью. Задумался, иными словами, – поспешил ответить я, чтобы выйти из неловкого положения.
Далее мы, во всяком случае я точно, открыли для себя, что такое завтрак по-президентски. На столе стояло много блюд, подобно пиру в королевские времена. Прочие блюда ещё приносились прислугами, если того желал президент или его гости. Комната, называемая столовой, мало чем отличалась от кабинетов и коридоров. Единственной разницей, которую мне удалось заметить, была мебель. В остальном всё было то же самое.
Мистер президент встал и, взяв бокал белого вина, вымолвил тост:
– Кто бы что ни говорил, жизнь прекрасна. Разница лишь в том, как мы воспринимаем эту красоту. Кто-то находит счастье в любви, кто-то – в работе. Поэтому этот бокал прекрасного вина я хочу поднять за тебя, Томми, и пожелать, чтобы ты нашёл своё счастье. Не важно, в чём ты его найдёшь, главное ищи и наслаждайся жизнью. Тебе лишь пятнадцать, мне же несколько дней назад исполнилось шестьдесят два. Поверь словам старика. С Днём рождения, Томас!
Они выпили вино практически до дна и, увидев, что моё вино в бокале так и осталось нетронутым, с лёгким недоумением глава государства спросил:
– Почему же ты даже не попробовал?
– При всём моём почтении, мистер президент, я не пью алкоголя.
– Алкоголь? Брось, это всего лишь вино! Я не заставляю тебя пить, я лишь прошу попробовать. Не бойся, от одного глотка ничего не будет.
Я знал, что даже так называемый «один глоток» не пройдёт бесследно. Но всё же я не смог отказать и отведал из своего бокала вина. Напрасно я отказывался пробовать. Не потому, что алкоголь сделал меня чуточку веселее, а скорее из-за тонкого, изысканного вкуса белого вина. Попробовав лишь совсем немного, я осознал, что это вино прекрасно, несмотря на мой уровень знаний в этой области, который был равен нулю. Я понял, почему к столу подали именно это вино. Вначале я ощутил аромат зимней свежести, как будто напиток только внесли с мороза. Затем добавилась изысканная гамма весенних ветров, напоенных нектаром цветов и трав. А уже после первого глотка появился вкус первых летних ягод и плодов.
После завтрака ещё некоторое время я провёл с президентом. Мы весело поговорили и в конце он вручил мне упакованный подарок, попросив не открывать его, пока я вновь не окажусь дома. Судя по размерам, это было нечто довольно габаритное. Затем мы вынуждены были ехать, ведь у нас, и у президента были дела.
Моментально наш автомобиль появился около входа. Судя по всему, Пит дал ключи парковщику, так как иной идеи, как машина преодолела расстояние примерно в триста футов у меня не было. Мы сели и вновь уехали. Пока я прощался с президентом, он добавил: