На грани мести
Шрифт:
Я сидела и нервно теребила кулон на цепочке:
– А второй вариант?
– Думаю, что второй вариант для нас более радужный… Мы подадим прошение на изменение проекта комплекса! Проблема в том, что о страховке от землетрясений можно будет забыть, что опять делает возможным потерю огромных средств при обрушении.
– Но тогда всё равно придется заново заказывать стройматериалы, переделывать план здания, вернее полностью заново его проектировать. Ведь теперь нельзя ставить объект такой высоты, а материалы, которые мы заказали не такие надежные, как нам понадобятся в таких условиях.
– Все это менее сложные вопросы в сравнении с теми, которые могут возникнуть
– Я-то тебе верю, только осталось сообщить все это нашему «доброму» директору… Боюсь, моя работа на этом будет закончена и не только над этим проектом, а в фирме вообще, – задумчиво сказала я.
– С чего ты взяла?
– Ты как-будто его не знаешь… Когда я все ему рассказала, он стал кричать, что вся ответственность на мне… В любом случае, будут крупные финансовые потери, а виноватой буду я.
– Близко, конечно, я его не знаю, да и никто не знает, но когда я сталкивался с ним по работе над некоторыми объектами, я усвоил, что да, он довольно требователен, и добивается послушания жесткими методами, но при этом дорожит хорошими работниками! А ты хороший работник, у всех бывают ошибки…
– Но не такие!
– Ошибки бывают разные, к тому же это твоя первая. Я думаю, он даст тебе шанс её исправить, а ты должна не упустить его!
– Ты правда так думаешь? – после его слов мне стало намного спокойнее, хотя я в это не верила, но надежда на благоприятный исход всё же появилась.
– Если бы я так не думал, я бы этого не говорил. И так как нам придется несколько дней провести вместе с Дмитрием Эдуардовичем, перестань смотреть на него, как на монстра, это так, дружеский совет, – засмеялся Максим.
– Слушай, спасибо тебе, – искренне произнесла я, – я уже думала от злости на себя, из самолета выпрыгнуть и с работой попрощаться, ситуация казалось безвыходной!
– Ты же знаешь, что таких ситуаций не бывает, нужно просто, чтобы кто-то этот выход подсказал.
– Честно скажу, я была о тебе не высокого…
– Мнения? Можешь не говорить, это было написано у тебя на лице, – он снова засмеялся.
– Ну все, теперь мне стыдно. Но меня оправдывает то, что мы до этого не работали над общими проектами.
– Как хорошо, когда мнение о тебе других людей меняется в лучшую сторону. Ты, кстати, знаешь, как так получилось, что тебе попал на стол тот документ?
– Ума не приложу! Настя говорит, что отправляла его только электронным письмом… Причем этого письма нет ни у неё, ни у меня.
– Так значит, это не совсем твоя ошибка, скорее её.
– Наверно… Только я должна была все проверить, её ошибка автоматом становится моей.
– Будь осторожна.
– В чем?
– Скажу тебе, как человек, долгое время проработавший адвокатом у частных лиц, что такие ошибки могут иметь глубокую подоплеку и не совсем случайный характер.
– Ты думаешь, она специально?..
– Пока я ничего конкретно ни про кого не думаю, просто говорю тебе, чтобы была внимательнее и осторожнее. Смотри, стюардессы, еду принесли, пойдем, поедим, тем более ты с нами не обедала! Не доводи себя раньше времени.
Мы встали и вернулись к коллегам, Макс сел рядом с Вероникой, которая мгновенно расцвела при его появлении. А Андрей придвинулся ко мне и начал снова в красках рассказывать, как бы им всем хотелось прогуляться по красивейшим местам неподалеку от города. Я слушала его в пол уха, вежливо улыбаясь и кивая. Мне нужно было заново проделать огромную работу, причем в сжатые
сроки, к тому же теперь не давали покоя слова Максима о том, что кто-то специально подбросил мне это письмо. Теоретически, конечно, это возможно, но мне было тяжело поверить, что окружавшие меня люди на такое способны.Я открыла глаза от того, что Андрей взял меня за руку:
– Элина, проснись, мы подлетаем, смотри…
Наверно, я задремала, но моментально проснулась, посмотри в иллюминатор… Мы летели чуть выше облаков, освещаемых солнцем, а посреди белой ваты возвышалась снежная вершина, которая просто светилась от отражаемых лучей. Медленно обогнув конус вулкана, взгляду открылся еще один, а вдалеке и ещё. От такого великолепия просто невозможно было оторвать взгляд. Огромные заснеженные горы манили своей мощью, размерами, неизведанностью и опасностью. Для любого, видевшего эту картину в первый раз, зрелище было сопоставимо с чудом природы. Даже Вероника, уже много раз видевшая подобное, сидела, затаив дыхание и глядя на это великолепие. Никто не мог оторвать взгляд, прикованный к иллюминатору, пока не запищала вывеска «пристегнуть ремни», и стюардесса не подошла к нам, сообщив о снижении.
После того, как самолет оказался под облаками, перед нами открылась не менее притягательная картина, снежные горные хребты были видны на многие километры вдаль, с такой высоты уже можно было различить отдельно стоящие вулканы среди остальных массивов.
Самолет сел мягко, мы почти не почувствовали касания с землей. Но когда открылась дверь, настроение упало, на улице была слабая метель с дождем, все казалось серым и мрачным, взгляд упирался в огромную гору, видневшуюся невдалеке от аэропорта. Вокруг были видны только две посадочные полосы, а сам аэропорт был крошечным, словно мы оказались на вокзале. Так нас встретил аэропорт Елизово, находящийся в нескольких километрах от Петропавловска. На одной единственной стойке на весь аэропорт проверили наши документы, как такового получения багажа не было вообще, наши чемоданы уже погрузили в машины такси, которые ждали нас за пределами аэропорта. Но, думаю, это только благодаря тому, что с нами была такая влиятельная персона, обычно людям пришлось бы долго ждать, чтобы сойти с самолета и получить багаж.
Мы вчетвером стояли у выхода из аэропорта, прикрывая глаза от снега и ежась от холода, Дмитрий Эдуардович вышел сразу после нас в сопровождении охранника и подошел к нам:
– Элина Андреевна, я планировал встречу сразу после прилета, но учитывая местное время, отложим до утра. Ваш визит к геологам тоже переносится на утро. Машина отвезет вас в Петропавловск в гостиницу. Жду всех в 9 в номере 38, – и, не дожидаясь ответа, ушел в первую из двух машин.
Пока мы приземлились, вышли из самолета и дошли до площади перед аэропортом, где нас ждали машины, стало совсем темно. Других автомобилей и людей вокруг видно не было, да и не удивительно, ведь обычно в это время аэропорт не работал, авиарейсы совершались только днем, это только ради нашего директора зажгли полосу так поздно и дали разрешение на посадку в такую метель.
Уже изрядно промокшие и замерзшие мы влезли в предназначенный для нас микроавтобус, я залезла в самый конец и села к окну, мне хотелось побыть одной… Максим сел, конечно, с Вероникой, и они снова принялись обсуждать прогулки по горам, девушка постоянно рассказывала что-то новое, а Макс слушал её с таким вниманием, которое удивляло меня. Я боялась, что Андрей, зашедший последним, сядет рядом со мной, но, наверно, понял по моему лицу, что не стоит этого делать и сел через кресло впереди, а я с облегчением вздохнула.