На грани фола
Шрифт:
Виктор пожал плечами.
– Она симпатичная. Но будто бы что-то не то. В общем, я и не планировал ничего серьёзного.
– А ты жесток.
– Кто бы говорил, – усмехнулся Вавилов и процитировал приятеля: – Она всё испортила тем, что я ей понравился!
Они оба рассмеялись и пошли на пару.
Уже после всех занятий друзья отправились домой к Вавиловым. На середине пути Виктор вдруг резко остановился и заговорил:
– Перед тем, как дойдём, я хотел тебе кое-что рассказать.
– Ну, что ещё стряслось? Что за тайны? – выдохнул Ден.
– Да, ты
– Василисе? Это становится всё интереснее.
– В общем, она влюбилась в тебя. Ты с ней поаккуратнее… ладно?
Ден ошарашенно моргнул.
– Ого, неожиданно. С первого взгляда, что ли? Мы же виделись лишь однажды.
– Не знаю уж, с какого там взгляда это произошло, – слегка раздражённо бросил Виктор, – но это правда.
– Она сама тебе об этом сказала?
– Да.
Вавилов отвернулся. Безусловно, его сестра ничего ему не говорила – он соврал. Однако, чтобы понять, что она влюбилась, никаких её слов для него и не требовалось. Виктор всё прекрасно понял ещё там, в их прихожей.
Ден закатил глаза и съязвил:
– Вот я ещё в таком возрасте пятнадцатилетним девочкам не нравился! Извини.
Виктор усмехнулся, но ничего не ответил.
Вскоре они добрались до квартиры Вавиловых, и их уже в коридоре встретила Василиса. Вообще, девушка думала, что Виктор пришёл один, но, когда увидела с ним ещё и Дена, резко замерла на месте.
Она опустила глаза вниз, и в прихожей повисло неловкое молчание. Возможно, до этого Русанов ещё и сомневался в словах Виктора… Но теперь-то он сам увидел: Василиса, похоже, действительно влюбилась. По крайней мере, её поведение могло рассказать о многом.
– Привет, маленькая Лиса, – улыбнулся Ден.
Девушка вспыхнула, но скорее не от смущения, а от возмущения его словами. Она была подростком и не любила, когда указывали на её возраст. Особенно, если это делал нравящийся ей парень. Ведь таким образом Ден будто разграничивал их положение, подчёркивая, что она слишком для него мала.
– Ничего и не маленькая! – бросила Василиса, повысив голос. Затем она резко развернулась и исчезла в своей комнате.
Уже который раз за день Русанов удивился, непонимающе взглянул на Виктора, а тот просто пожал плечами, мол, понимай это как хочешь.
– Ты иди в мою комнату, я пока нам еды наберу, – сказал Вавилов.
И лишь когда Ден скрылся из вида, на лице Виктора появилась настоящая искренняя улыбка. Он был чертовски доволен собой и полученным результатом.
***
Лиса, наши дни
Комната брата оказывала на меня странное влияние: с одной стороны, меня тянуло заходить туда, но с другой – она меня пугала. Сейчас комната принадлежала уже умершему человеку, и от этого становилось жутко.
У меня было ощущение, что я всё ещё чувствую присутствие Виктора рядом. Казалось, что ещё секунда – и он зайдёт в дверь, посмотрит своим привычнм хмурым взглядом и что-то спросит.
Я поёжилась и пробормотала:
– Ну,
так и в психушке оказаться недолго…Но здравые рассуждения не помогали. Мне действительно здесь было не по себе, по крайней мере, одной… Да, с Деном однозначно всё становилось легче и проще. И тут оставался лишь один вопрос: мне нужен просто кто-то рядом или же именно он?
Мы не договаривались, когда увидимся в следующий раз. Сегодня Ден поедет после работы к следователю, а потом…? И вроде бы я понимала, что у него есть девушка и не надо бы вообще туда соваться. Но отголоски прошлого давали о себе знать. Тем более, если рядом больше нет строгого старшего брата с его постоянным надзором.
Вот опять думаю о нём. Да нет, на самом деле Виктор всё ещё рядом, просто присутствие его теперь стало незримым. Неужели я до сих пор нахожусь под его контролем?
– Прекрати, пожалуйста, – обратилась я куда-то в пустоту. Голос при этом, конечно же, дрогнул, и просьба вышла больше всего похожей скорее на мольбу.
И я опять зашла в комнату Виктора, будто надеясь найти там все ответы.
Его телефон был по-прежнему включен и лежал на столе, однако теперь он не привлекал особого внимания: всё, что можно, мы там с Деном уже просмотрели.
Затем на глаза попался ежедневник брата, и я открыла его. Это оказался обычный блокнот с рабочими пометками и списками дел. Я листала его, одну страницу за другой, как вдруг мой взгляд зацепился за одну запись, которая показалась весьма любопытной.
Около месяца назад Виктор сделал заметку о командировке, и планировал он поехать как раз туда, куда в итоге отправился Ден. Я знала, что обычно в другие города их газета не снаряжает сразу двух репортёров… Тогда что это значит?
Я видела два возможных объяснения: либо Русанов отобрал эту командировку у моего брата, либо же они оба претендовали на эту работу и начальство выбрало лучшего.
– И если первый вариант верен, то Ден в этой ситуации выглядит фигово, – хмуро подытожила я.
Одно очевидно: смерть Виктора не была причиной того, что в итоге поехал Ден, потому что отправился он туда сразу же, в тот же день, когда случилась эта трагедия, а значит, этот рабочий момент разрешили заранее. Да и брат бы поделился со мной новостью о предстоящей поездке, как он всегда и поступал. Ведь как же так: я осталась бы тут совсем одна, без его зоркого взгляда.
В конце концов я решила поинтересоваться обо всём у самого Дена при первом же удобном случае.
Пройдясь вновь по большой и пустынной квартире, я поняла, что ощущаю не одиночество, а скорее – свободу. Ведь Виктор действительно держал меня под тотальным контролем, даже в мои двадцать пять лет.
И тут на ум пришли слова моей подруги Ксюши, с которой я обычно делилась всем наболевшим:
– А тебе не кажется, что отношение твоего брата… как бы это сказать… слишком уж странное?
– Что ты имеешь в виду? – удивлённо спросила я тогда.
На тот момент мне было около восемнадцати лет, и я отличалась некоторой наивностью, поэтому сначала даже не поняла, к чему клонит Ксюша.