My way
Шрифт:
Осталось обсудить с прокатчиками, сколько кинотеатров начнут прокат и когда выйдут диски с фильмом. Пришли-то они с кислыми лицами, вот еще, очередной боевичок категории "Б", а сейчас потирают лапки в предвкушении бабла. Эти ребята чуют прибыль на три метра под асфальтом, и они готовы!
Только вечером вырвался, бои с прокатчиками длились несколько часов. Решили зарядить фильм везде, где только можно, и готовиться к продажам за границу. Дубляж, или озвучка позже. А я пополз до кроватки, и баиньки, у меня отходняк. Следующий проект через полтора месяца, синопсис "Один дома" уже пишу.
29 мая, Санта-Моника, день.
Позавтракали, и поехали Джун деду показывать, а деда- ей. Сами тоже волнуемся, не обидел
– Нам надо встретиться с Джоном Карпентером. Это по поводу его сына, Глена.
– Подождите, я спрошу у хозяина.
– И тишина.
Минут через пять нам открыл престарелый слуга, возрастом как бы не под 90 лет, и повел нас в дом. Прошли холл, и вот, наконец-то. В кресле-каталке у камина сидит старик. Сразу видно, в молодости это был здоровенный мужик с широкими плечами и рублеными чертами лица. Чем-то на нашего Эсперо похож.
– Азиаты...
– Бормочет дед.
– Кто вы и что знаете нового о моем давно погибшем сыне. Дед суров, и я его понимаю- сын-то в Азии погиб, конкретно- в Корее. Джун меня дергает за руку: -Это мой прадедушка? На корейском, английский у нее пока слабый.
– У вашего сына была жена, кореянка. Они зарегистрировали брак за месяц до его гибели. У него еще до свадьбы родился сын, которого отдали в приют после его смерти. Сын вырос, женился, у него родилась дочь, ваша правнучка. Сына тоже уже нет, как и матери Джун. Так зовут вашу правнучку. Я ее приемная мать, и родня по линии ее мамы. Если сомневаетесь, можете сделать тест ДНК, но сразу могу сказать- Джун не нуждается ни в чем, она богатая наследница, мое состояние более двухсот миллионов.
– Присмотрелся к деду- вроде дышит. Наконец он отмер и внимательно начал рассматривать Джун. Та тоже подошла поближе и разглядывала прадеда. Потом подошла вплотную и погладила по морщинистой руке. Оглянулась на меня: -Деда старый, у него ножки болят?
Мама вытирает слезы, чувствительная она у нас, да и у меня щиплет глаза.
Дед кремень, только улыбается, и то уголками губ.
– Можно и тест сделать, но я и так вижу, что это моя кровь. Патрик!
– Кричит он. Пришел старый слуга, и дед его послал за альбомом с фотографиями. Принесли его, открыл в самом конце, а там на выцветшем фото маленькая девочка, годика три-четыре, в старинном платье, вылитая Джун.
– Это моя сестра младшая, она умерла совсем малышкой, простудилась и умерла. Воспаление легких. Наша семья тогда небогата была, не смогли спасти.
В общем, залезла мелкая к деду на колени, и болтает, мешая английский с корейским, а я перевожу. Спросил у деда, как он живет один практически, Патрик-то тоже стар. Говорит, приходит кухарка, готовит, или из ресторана еду заказывают, уборку тоже раз в неделю клининговая фирма производит, в общем, нормально все. Спрашивал, где я живу, ответил- в Сеуле, в США по работе приехал, кино снимать. И маму с дочкой привез, кино- дело долгое.
Пробыли мы у прадеда Джун до вечера, навещать не обещали, только когда я новый проект начну, а это месяца через полтора. А отель ехали задумчивыми, дед прожил интересную жизнь, учился на гранты как проклятый, открыл свое дело в авто производстве, запчастями занимался. Жена рано умерла, сына сам растил, родни нет больше. После смерти сына не сломался, помогал сиротам, прям как я. В конце сказал- не зря ждал, есть кому продолжить род.
30 мая, дом Юн Ми, вечер.
Хорошо дома все-таки. В отеле неплохо, а дома лучше. Надо Чжу Вону позвонить, пока опять не забыл.
– Привет, Чжу Вон, как служба, как здоровье?
–
Все в порядке, сержантом стал, командир отделения. Сама-то как, хальмони жаловалась, ты себя не бережешь совсем? Не отдыхаешь? Фильмом только и занята.– Да все уже, закончили мы. Премьера 1 июля. Джун скучает, спрашивает, когда ты приедешь, ты когда служить закончишь?
– В конце августа, немного осталось, если не задержат. Редко, но бывает.
– Понятно. Я уже буду новый проект делать.
– А сам думаю, надо срочно рабочую визу делать! Или вид на жительство? Вроде замужним дамам проще получить его. И в Корею ни ногой! Правда, у Пацака не заржавеет и самому припереться, но это от меня уже не зависит. Сейчас я не имею права работать в Штатах, так я не работаю, кх-кх-кх. Я спонсор, и все. Даже снялся в кино бесплатно. Союз киноактеров только может прикопаться, и то вряд ли.
– Ты так торопишься, как будто время заканчивается. Не пора ли притормозить, отдохнуть.
– Никто не знает своего срока, я умирала, я знаю! Пока в голове есть идеи, сценарии, музыка- я буду работать! Я тебе честно так и говорила.
– Пацак молчит, заклинило. Блин, надо перевести на японский про заклинивший Гартлинг. Хорошая песня может выйти, думаю. И Пацак думает.
– Да, я помню. Я подожду. Отдыхай, Юна.
– И отключился.
Такой раньше мажор дятел был, а теперь прям мужЫг! Бедняга. Но я не виноват- он сам пришел! Как пришел, так и обратно пусть идет, ибо нехрен.
Хватит фигней страдать, надо делом заняться, поесть, к примеру. Доча, пойдем, поедим? Мульча, что ты мявкаешь? Ты не доча, ты свинка толстая, какая тяжелая стала. Идем, Джун. Тоже на ручки? Мульча, свободна!
Чуть позже
Ужинаем, онни с Кваном в ресторане, пригласил он ее. Мы с мамой смотрим новости. Ведущий рассказывает о переходе издательства *Спорт Ньюс* в лапы...ой, во владение Сиа Групп. Удовлетворенно вздыхаю. Осталось сказать: -Так будет с каждым, кто покусится... Короче, наказали клеветников, и даже я не понадобился в суде, юристам Сиа Групп большой респект. А мне надо подумать, как дальше жить. Оставил Джун с мамой, и пошел на матрас раздумий.
Первое- *праздники* стали регулярными, и не доставляют особых проблем, как раньше. Перепады настроения есть, но в меру, физически тоже себя сносно чувствую. То ли перестали гормоны бушевать, то ли что? Второе- это моя внутренняя девчонка. Вроде душа ее ушла, как обещала Гуань Инь, но иногда шалит тело. То меня припрет тряпку купить симпатичную, то блестяшку на уши. Сентиментальность повысилась. А собственно, почему я про это не знаю? Должен же был выяснить первым делом, сразу, как попал сюда. Почему не стал выяснять? Правда, тогда я был как ушибленный, пока привык, пока в общество влиться пытался, потом деньги зарабатывал, а вопрос-то жизненно важный! Вот сейчас и посмотрим. Нахожу в поисковике статьи про буддизм, кто еще-то должен знать такие вещи? Примерно за полчасика выяснилась интересная вещь- это душа Юн Ми ушла, тут все верно Богиня сказала, а вот дух мог частично остаться! И не начни я спорить с Богиней и время тянуть, неизвестно, кем бы я сейчас был. Обычно-то как происходит? Тело померло, душа ушла на перерождение, а дух, то есть, накопленные телом память и привычки, рассеиваются в астрале. Если дух силен и не до конца выполнил предназначение, как он считает, он может частично остаться, так появляются привидения. Они тоже постепенно исчезают потом. А у меня как? Душа ушла, тело умерло, дух начал развеиваться, а тут бац- и тело ожило. Само собой, дух за него и зацепился. И вот уже он, в отличии от души, пол имеет! В моем случае как раз женский. Вот и живу я с соседкой, от которой осталось не много- десять минут клинической смерти, зато он привязан к телу и им поддерживается, не собираясь развеиваться. Жесть! Хорошо хоть, он сильно ослаблен, и захватить тело не сможет точно, если я сам слабину не дам. Можно и другие варианты рассмотреть, но что-то мне подсказывает, что я прав. Уж очень хорошо в эту теорию укладываются все факты. Получается, мне надо тело баловать, но в меру. Посещать СПА, к примеру. Можно иногда маникюр делать, или стрижку красивую. Можно покупать тряпки или обувь. Троллить Пацака нельзя! Нефиг парня обнадеживать, и так накосячил уже.